Схема района Приэльбрусья и смой восточной вершины. Снимок для общего понятия взял в интернете

№ Дата Вершина Высота Кат. сл-ти Х-р м-та Маршрут участн./ рук. Фамилия рук., число участн.
10.02.1994 Эльбрус восточн. 5621 2-А ЛС ч-з Приют 11 в двойке Харченко

И так 1994 год. Год поворотный для меня. Я и не думал в начале года, что ФАиС (Федерация альпинизма Приморья) начнет свою активную работу в отношении моей персоны со стороны ее ГЕНСЕКА. Наступила холодная война со стороны человека, который просто боялся за свой «трон». Я жил своей жизнью и продолжал в ней двигаться в своем направлении, своим путем. Не мешал окружающим, но заражал их чувством свободного полета, прохладой в горах и РОМАНТИКОЙ Бродяги. При чем, для окружающего мира, со своим финансированием в МЧС. А у меня были другие варианты? Какие? Все строили свою личную жизнь. Бычили на свой будущий капитал, который, в последствии будут прятать в ОБШОРНЫХ зонах. Это я о Москалях. Наши в Приморье со своими капиталами были по проще и проблем у всех была одна – вовремя погасить кредит в банке. Что заработали, тут же или вложили в дело, в семью, машины. Крестьянство, обратившись в капитализм не понимало на Дальнем Востоке сколько денег – ЭТО МНОГО. Вставали в шесть утра, строили свой бизнес. Там, где ночью остановиться их ТАЧКА, там и в ней спали. Если повезет, приезжали домой в час ночи. Кухня дома, как штаб! Накатят и БАИНЬКИ. Так целыми днями и сутками. Затем, нажравшись всего этого, желали только одного, хоть Курума и маленького чувства гор на Баджале.


Ким Герман Николаевич, собственной персоной

Ваш «покорный» слуга, собственной персоной

А Ваш «покорный слуга? Я уже рассказывал ВАМ, что часто гасился у своего самого надежного человека в Хабаровске, Герыча (Ким Герман Николаевич). Он вел такой же образ жизни в коммерческом туризме. Его кошелек, при этом, частенько был такой тощий, что, думаю, это Геру пугало. Он садился за телефон и начинал в «грубой» форме трясти своих должников. Затем поворачивался ко мне, зная, что я слышу его разговоры с клиентами, произносил: «Поезд уйдет, останешься на насыпи один. Без друзей, знакомых, со своим характером и упорством будешь нужен только железнодорожникам тяпкой железнодорожный путь от травы отчищать». Я улыбался и продолжал делать свое, не перспективное, дело. Пробовать вести альпинизм, как вид спорта. При этом, в последствии, оставшись на насыпе железнодорожных путей видел вдали свои горы и был СЧАСТЛИВ. Если у тебя есть РЕЛИГИЯ, как можно остаться ни с чем. Это, даже, не логично.


Генка Шаферов, собственной персоной

Генка Шаферов уже был в Краснодаре, постоянно перезванивался с Владивостокцами. Желал всех видеть в альпинизме. При этом, свою молодежную сборную ни с кем не смешивал и, ни с кем не обговаривал по участию в своих мероприятиях. Только рядом, только со своим составом. А в итоге? В его группе, при восхождении на пик Ленина, участвовал обычный турист, белорус Василий Макаревич. Если у меня правильная информация в этой же группе Игорь Шаповаленко бегал по всему плато пика Ленина и искал барельеф Ильича.

Как получилось, что он пригласил меня к себе в Краснодар, я не помню. Помню, что мне нужно было ехать в Большие горы. Помню, что был один и дома и в спорте. Помню, что не вылазил со скал нашей «Катьки» и скал у моря. Помню много народу, которые жаждали ГОР, но денег для этого у них не было. Помню все. А вот, как я к Генки собрался в февральском восхождении на пик Эльбрус, не помню. Рядом оказался «ВЕЗДЕ сущий» Максушка Харченко. Всегда подтянут, всегда в сомнительном БИЗНЕСЕ, с уставным капиталом на Фуникулёре в один конец доехать. При этом простой, бескорыстный и смешной человечек нашей СТРАНЫ, РОССИЯ.


Макс Харченко, собственной персоной

Тема простая. Генка в Краснодаре вступил в Казачество. Он, по своей натуре сильный человек. Казаки его приняли. А если приняли его, то его напарники в альпинизме, самые преданные, естественно, тоже в деле. Атоман благословил Гену на серьезное дело – Восхождение на пик Эльбрус в суровое зимнее время. Гена созванивается со мной и приглашает меня на сборы. Естественно, я должен быть готов к полной автономки. Значить у меня напарник – «Безумный МАКС» (Максушка Харченко). Едим или летим.

В это время Федерация альпинизма Приморья, под шумок и автостопом решила провести свое очередное мероприятие – Зимний Чемпионат Приморского края по альпинизму. При этом в каком составе никто не знал. Я думаю, даже не догадывался. Почему? Как вы думаете, а сколько людей было от федерации? Подсказка. При штурме самой вершины – ни одного. В каком составе выехала Федерация на Кавказ? Не знаю – два три человека. Больше? Тогда четыре. Были ли они альпинистами-спортсменами в это время? Был ли Толя Черных альпинистом-спортсменом? НЕТ. Он строил свою жизнь, которая продолжиться за рубежом. А там, за бугром, Альпинизм — это не спорт. Это состояние души человека, который по своим физическим меркам определяет себе и горы, и желания в горах. Сам идет и рассчитывает только на себя. А когда ложиться и не идет? Кто тогда его стаскивает в низ? Русские? А свои? У них такая религия. Об одной такой спасаловке я уже написал статью по Хан-Тенгри. Можете прочитать на сайте Димы Кленова в Москве, на моей страничке.


Иностранцы остались от «спасов» в промежуточном лагере, пошли только представители СССР, которые были в это время такими же восходителями

А есть ли за Бугром команды? Полно. Капиталисты всегда имели деньги и могли себе позволить создать из сильнейших альпинистов Запада любую команду, выбрать любой район и делать все то, что под силу самой команды. Ни каких скоростей, нормативных норм, только по своей физической подготовки. Там все это дело каждого. И не нужно было им выпячивать это наружу. По делам их судили в печати, по телевизору и технических фильмах по их восхождениям. Повторяю, альпинисты Запада никогда не понимали систему нашего альпинизма. Простой пример. Мы всегда оставляли записки в турах на вершинах. Иностранец однажды спросил у меня: «А заем вы это делаете?» Я по-боевому, как учили ветераны, ответил: «По правилам горовосхождения я это сделать должен. При этом предоставить контролирующим органам снятую записку предыдущей группы». Он опять за свое: «Зачем?» И тут я, как всегда, в своем амплуа выдал: «А вдруг не поверят, что я на нее поднялся?» Стоять Зорька! Я не говорил такое: «И расстреляют, как врага Народа!»


Контроль и только контроль. Так не верят. При этом, кто контролируют сами лгут так, что зашкаливает. Клоуны вы все!

При этом мы с иностранцами были в горах дружны, просты и понимаемы. Горы нас принимали одинаковы, умирали в горах люди одинаково, делились со всеми одинаково и правила в горах были одни. Запашок просто от всех шел разный. Системы! Никуда не денешься.


АУСБ «Баксан» в металле

Я приезжаю в Краснодар. Ребята Гены Шафирова для себя сняли квартиру. Удобная и большая. Место на полу много. Да, нам другого и не надо было. Быстренько закупаем с Максушкой продукты. Что делаем по вечерам и днем на этой квартире, за большим столом? Прикалываемся друг над другом. Сами хозяева постоянно играли в преферанс. Все, как Владивостоке. Только изменения в другом. Мы в разных командах и цели у нас разные. Деньги и «новый мир» стал вступать в свои полномочия.

Где была Федерация в это время, я не помню. Они жили в своих условиях. Я их там вообще не помню. Мы все делали свое дело. Переехали в Баксанское ущелье и гасились в АУСБ «Баксан». (Честно, не помню уже, я все Базы на Кавказе прошел, не помню. Помню, что директор этой базы принял нас тепло. Условия были отличные, питание до отвала). Потом мы вышли на акклиматизацию в этом же районе. Ходили на вершины – 2А. Не больше. Всей гурьбой. Со смехом и песнями. Ничего не делили экстремального. Естественно, впереди всегда были эти непоседы: Щеглеватых Сергей, Дементьев Сергей и застенчивый Суприянович Игорь (Супер). Генка у них был как Чапаев. То в середине, то позади, то впереди. Когда ему все надоедало он подходил к нам и расслаблялся.


Панорама зимнего Кавказа взята с интернета для общего понятия района этого времени

Прошло немного времени. Суета кончилась пора и дело знать. Было ли в это время у Гены в мыслях Чемпионат Приморского края по альпинизму? Не думаю. Он решал такие проблемы по высоте в бывшей СССР, что эта эпопея была, просто, как акклиматизационный выход перед следующими сборами. Было много народу? Да! Народу было много. Генка понимал, будут проблемы на февральском Эльбрусе. Я чувствовал это и понимал, что Гена сделает все так, чтобы риска при самом восхождении не было. Почему я так думаю. Н восхождение были два состава и две команды – команда Гены и наша двойка. Где были остальные? А мне это нужно было? Время пришло такое. В низу все сидели по вагонам и готовы были ехать в свое «счастливое» будущее, а я стоял у насыпи со своим миром пионера, комсомольца и на заводе «Дальприбор» даже в пол шага от ПАРТИИ, будь она не ладна.


Точная карта горного массива Эльбрус

Мисс «Эльбрус1994», Максушка Харченко, перед победным финалом

За победу нужно бороться, а не значки собирать

И так. Мы в каком-то бункере (Станция «МИР»). Разместились в помещение этой станции. Тут происходит все то, что и должно произойти. Нас накрыли спасатели этих мест. Вердикт один: «Мы вас на верх не отпускаем и Ваши документы нас не трогают». Это было сказано к мероприятию ФАиС. Гена вел себя очень странно и ему эти спасатели были по фигу. А я был во второй команде Генки и мне эти спасатели, естественно, были по фигу в двойне. Я руководил Регионом таких же деятелей у себя на Дальнем Востоке. Не хватало еще, что бы мной командовали рядовые спасатели. Я их в упор не видел и занимался подготовкой к восхождению. Вадим уехал в низ. При чем далеко уехал, день его не было. Переделывал выпускающие документы в ПСС этого района. Переделав, вернулся к нам. Был взвинчен и злой.


Двуглавый Эльбрус всегда манил горовосходителей

Чемпионат был в разгаре, нужны были результаты, а их до сих пор не было. Вот тут началась паранойя Генсека. Ко мне он не подходил. Почему? Рейтинг не позволял. Я его в упор не видел с его Федерацией. Дутой Федерацией. Он подкатил при мне к Максушки и предложил ему участвовать в чемпионате. Совершить восхождение на пик Бжедух по маршруту 3-ей категории сложности. Макс смотрел на него с недоумением, и я это видел. Он, действительно, понимал свои силы и знал, что такое зимний лед. Парень молодой и не глупый. Выслушав Гайнеева он подошел ко мне. Я все слышал и вежливо спокойно спросил у него: «Ты готов идти?» «Нет», ответил Макс. «Какие проблемы, Максушка! Нас ждет Эльбрус. Эта наша цель. Понимаешь? Мы приехали на зимний Эльбрус!» Интересно высказался по этому Чемпионату Толя Черных: «Людей бросать на зимний лед с Приморской подготовкой, в команде одни Зеленые, это безумие. Да, и снаряги ни у кого нет для этого. Все на Эльбрус собрались».


Для общего развития взял схему с интернета. Тут все есть и все для меня знакомое

Вадим был в бешенстве и решил провести собрание. Все сидели вечером в бункере и с любопытством смотрели на ГЕНСЕКА. Тот с трибуны вещал о роли Федерации, массовости и о морально боевой духе альпиниста-горовосходителя, куда не в коем случае не входит Марков. А я к этому и не стремился. Мне это надоело, и я что там ляпнул. Понимаете, я долго не терплю и потом всегда что-то скажу. Но, почему-то из этого маленького что-то вырастает большая куча г….на. В результате – «15 лет без права переписки». Естественно, становлюсь врагом народа, системы и всего окружающего мира. И Вадька, начитавшись трудов Вышинского решил от меня избавиться руками самого трудового пролетариата. Генка Шаферов, прочухав сложившуюся ситуацию, понял только одно – до Французской буржуазной революции остался один шаг и кончиться все это тем, что Робеспьер заточит гильотину. Он закрыл мой рот своей рукой, зная, что я опять что-то ляпну, вежливо обратился к оратору: «Буржуазная революция закончена». Свернул сам это мероприятие и выдал свой окончательный вердикт: «Всем готовиться к восхождению, завтра зимний Эльбрус». Вадим был в гневе, красный, злобный, как Урфин Джус. «Учения Вышинского не сработали сегодня, но обязательно сработают завтра!» На этой мысли он ушел спать. ПИДИРЦИЯ, как пасьянс, не сложилась.


А этот фрагмент говорит обо всем. Тут все есть и все для меня знакомое. Только мы ходили на Восточную вершину

Утро, как всегда на Кавказе. Будь оно не ладно. Ночь, хоть выкали глаза. Колодрыга. Куда нас дураков гнало – ума не приложу. На восхождение кроме нас двух групп пошел и Вадя, и Толя Черных. До «Приюта Одиннадцати» мы прискакали быстро. А вот до скал Пастухова уже стали идти, как положено, не бежали. Вадим с Толей отставали. Гена не хотел так растягиваться и на скалах все собрались, чтобы определиться с дальнейшим движением. Тут произошел казус. Что было с Вадимом, представление не имею. Он был подавлен и что-то у него внутри не складывалось. Гена требовал объяснений. Они последовали быстро: «Я иду в низ». Вадим себя плохо чувствовал. Создалась проблема – Кто его будет сопровождать, хотя все понимали, Толя Черных. И тот все понял. Он быстро все уладил. Они пошли в низ. А мы? Гена был насторожен таким началом. Но, мне ничего не говорил. Я это чувствовал. Пройдя опасный кулуар, на котором были навешены и оставлены перила мы попали на очень щепетильный участок. По нему двигались в верх, проходя по неявным бараньим лбам. Лед зимний. По-разному все вели себя на этом участке. Я, как всегда, был очень осторожен. У меня это в крови.


В 2017 году одному сыну, Димки исполнилось 21 год, а второму, Ромки - 20

А пока им по 14-15 лет. Снежные занятия

Восхождение на Острый Толбачик

За 35 лет моей практике как участника, и как руководителя в горах ни одного несчастного случая. Это я еще не приплюсовал время и опыт Туриста с выполненными нормами на звание «Мастер спорта» по туризму. У меня и в туризме было все ЧИКА-ПУКИ, тем более. А моя группа поднималась в январе на Ключевскую сопку. Я не могу себе позволить такое. Просто не могу. Поэтому у меня и шесть детей в разных семьях. Трое альпинистов (двое начинающих и один, почти, закрыл первый разряд). Если ты лидер, то должен, просто обязан привести всех домой. Сомневаешься – не лезь в это дело. Пережить такое, видя родителей у гроба своего участника, я бы это не пожелал никому.


Еще одна схема для общего развития

В одном месте мне пришлось остановиться. Решил подтянуть до придела ослабленные ремешки на кошках. Гена это увидел. Подходит ко мне, короткий разговор: «Что-то случилось?» «НЕТ, просто нужно все проверить». Договоренность, если что мы идем отдельно в верх в силе. Однозначно – ВВЕРХ и только ВВЕРХ. Команда Генки пошла быстрее. Расстояние у нас было уже метров на 50, как минимум. Так мы вышли на седловину между Восточной и Западной вершины. Там соединились. Так как у Генки был перекур с перекусом, он уже был другой Генка. Спокойный, уверенный в себе человек. Как всегда, мог пошутить. Наш темп до седловины его устроил вполне. Он подошел ко мне и тихо сказал: «В кулуаре мотоциклистов идем вместе, шаг в шаг. Это приказ». «Я воль! Мой генерал». На предвершинную часть горы поднялись весело и дружно. Сама вершина – это небольшое плато с явным триангуляционным знаком. Супер (Игорь Суприянович), как козлик, резвился на склоне. Мы спокойно с Максушкой замыкали этот Цирк Шапито. Почему цирк? «Чичаза» узнаете.


Макс Харченко на вершине с подозрительным рекламным проспектом в руках

Я сел за 50 метров от вершины и на нее не пошел. Сначала потерял время у мотоцикла, который валялся на верху, вернее от его останков и анекдотов, ходивших в кругах альпинистов. А в это время по вершине туда-сюда бегали КАЗКИ. Не поверите, эти дурни достали все казачьи Папахи и по просьбе Краснодарского Атамана фотографировались на вершине в этой атрибутике, но без шашек. Атаман шашки не видал. В целях безопасности и случайного инцидента со случайным противником. Я сидел и молча и ус….кался над этими Казаками. Максушка был, так же, вне удела. На Казака он не смахивал и поэтому его фотографировал позже я сам. Когда фотосессия кончилось Папахи попрятали, так как Папаха для Казака — это как религия, а без религии – «Ну, ни как!» Да и ветер был такой, что парусность этого снаряжения зашкаливала. «Казака» могло просто унести в низ. Молодежь с команды Генки были возбужденные и счастливые.


Фалеристика рулит, память в металле моих коллег в России

В свою очередь мой напарник был подавлен – папахи не хватило. Настроение при самом спуске с вершины придал ему Генка. Стряхнул у него со щеки замерзшую слезу, приговаривая: «Не переживай, вступишь в Казачество Краснодара, заслужишь этой чести, тебе выдадут Папаху!» Все убежали на небольшое расстояние в низ, а я с Генкой (рядом всегда был Максушка), счастливые в душе спускались, рассказывая друг-другу какие-нибудь смешные моменты в альпинизме Приморского края. Так спустились в Бункер Подъемника. Задача решена. Мы прошли сложное восхождение в феврале месяце на пик Эльбрус. Не думаю, что именно на нем я полюбил зимний альпинизм. Не думаю. До него я пережил январское успешное восхождение на Ключевскую сопку. Там было суровее. Там мы боролись со смертью каждый день и только вместе, дружно, победили ХОЛОД. Все это было проделано с клубом Сихотэ-Алинь, город Находка. Это ничего не говорило мне на Эльбрусе. Говорило только обо дном – Летом иду на пик Ленина. Все по-взрослому, хорошая подготовка сейчас. Должно и на Ленина все срастись.


Анархия – Мать Приморского туро-альпинизма

Альпинисты на маршруте 2А, горный район Баджала. Сурово все!

Но, есть еще и Приморский край. Есть мои идеи, есть моя работа, как человек, кто давно усомнился в массовом виде спорта – Альпинизм. Кто хочет продолжать заниматься спортивным альпинизма и только в команде. А что для этого нужно? А для этого нужно шевелить своими Батонами и иб……ть на благо этого альпинизма. Вставая в 6-00 утра с этим понятием и ложиться в 2-00 с мыслью, а что ты сегодня сделал для этого самого альпинизма.

Я возвращаюсь во Владивосток только с одной мыслью – разобраться во Владике с народом. С этими кипучими бездельниками, которые открыв рот, как Бакланы ждали что кто-то, придет и туда им кинет рыбку. А рыбки не было и их рты очень уставали находиться в таком положении сутками.


Во время сборов на Баджале я забирал у всех девчонок с карманов презервативы под громкий смех остальных участников

Правление ФАиС (Федерации альпинизма Приморья) с 1991 года по 1994 года зашло в такой тупик, что сами альпинисты слабо верили в сам этот альпинизм. И где он был этот альпинизм? Гайнеев Вадим продолжал во Владивостоке вылавливать туристов и обращать их в альпинисты. А те? А тем нужно было только одно, что бы их выгуливали, как комнатных собачек в горах в хорошую погоду. Для плохой у них не было ни снаряжения, ни желания. Баджал заполонили «любаньки». Их заботило только одно – свои подъездные наркоманы надоели, захотели попробовать чего-то новенького, а тут такая ХАЛЯВА, мужики-альпинисты. Сами мужики не верили «Лже лидерам в альпинизме». У многих «бывших» были другие проблемы во Владике: работа, дорогая машина, семья и прочий атрибут нового класса России – Повальное Мещанство. Понаделав в Хрущевках евроремонт и купив свежую иномарку, они могли раз в четыре года вспомнить былые времена и позволить себе съездить на Баджал. Именно в это время появляется другой вид деятельности в горах – Путешествия в горных районах России и Мира. Альпинизм на Дальнем Востоке деградировал не по дням, а по часам.


Ваш «покорный слуга» в эти годы

Такая параннойя за 4 года привела к полному болоту. Нужно было что-то делать и я решил начать. В это время в городе прекрасно себя чувствовала очень прикольная женщина, одна из первых Бизнес-Леди Владивостока. Просто «Марина». Не хочу называть ее фамилию. Не знаю, правильно ли я сделаю. У нее по всюду во Владивостоке велась стройка. Было собственное ТУРБЮРО. Однажды она вляпалась в чужом ТУРБЮРО больше никому не верила. Создала свое. На базе этого ТУРБЮРО в огромном помещении я и собрал остатки былой роскоши альпинизма Владивостока. Пришел Гайнеев, а куда без него. ГЕНСЕК, «славя радость большого труда не понятного смыслом своим …..

ГЕНСЕК, собственной персоной

Мой боевой товарищ в эти не легкие для меня годы, Валя Литвинова

по малейшему поводу пир» не мог позволить себе не видеть того, что хочу делать я, при чем не в составе его Федерации. Идея моя была простая - собрать народ и понять их мысли. Ни в коем случае не стать их лидером. У меня были мозги, но денег для «народа» не было. Я собрал их, чтобы вместе решить эту проблему «Что делать дальше?»

А народ? Народ ждал от меня готовое решение по завтрашнему дню и что бы они сразу включились в мой процесс с полным финансированием, которое я и выбью, как делал раньше. Представляете мое состояние? Естественно я был сметен и подавлен. Не решительностью воспользовался ГЕНСЕК и на моем фундаменте хотел сделать очередную свою ТРИБУНУ бесполезности и глупости. Все закончилось просто. Он срывает сбор, делая это сознательно, чем еще раз подчеркнул свою беспомощность. Заверяю Вам со всей ответственности – это были последние совместные сборы людей в таком составе. Больше Гайнеев на своих пленумах и остальном маразме альпинистов не видел. «Мои слова можете положить в Банк и завтра они принесут Вам прибыль», но для этого нужно засучить рукава и еб…..ть от зари до зари на благо АЛЬПИНИЗМА.

Вадим, даже не подозревая, сделал мне колоссальную услугу. Он даже сам не понял, что он отмочил. Я прихожу домой, сажусь за стол, а он в моей квартире был один и стул то же. Все массы у меня всегда сидели на полу сутками и песни пели, также сутками. На листе бумаги форматом А4 на калякал план моих дальнейших действий, видя всю безграмотность в работе альпинизма ФАиС, вернее туризма.

Что я делаю? Я создаю краевой клуб альпинистов «Тихий Океан». Самостоятельное звено, не связанное ни с кем и ни с чем. Бакланы мне были не нужны. Затем оформляю юридические документы, при поддержке Вали Литвиновой, и иду с ними к Пекарскому (Краевые власти Приморского края). Меня утверждают, как государственное общественное подразделением со своим уставным фондом и работой. Все происходит на базе МЧС. Почему? Потому что есть хоть какое-то финансирование. Я никогда не строил карточные домики. Всегда нужно сначала учиться жить, а потом поняв, что ты готов становиться Императором в своем деле. Если берешь у кого-то деньги, то вкладывай их в эту же организацию в другой форме. Как? Готовь своих спасателей. Все гениальное – просто.


Спасательная служба и молодые альпинисты, которые все до единого получили КРЕЩЕНИЕ на Камчатке

В клуб альпинистов входят все мои спасатели ПСС Приморского края. Но, ставку я делаю только на троих моих клубовцев: Марамчина Александр, Савченко Игорь и Валюшку (Валя Литвинова). Пошло, поехало. Во Владивостоке, автоматом, пошел БУМ. Я на всех обращал внимание просто – работаешь - я твой друг и напарник, если будет нужно. Кипучий бездельник – от ВИНТА! Создать клуб, мужики, просто. Вот как работать в нем? Это уже другая песня.


Марамчин Александр, собственной персоной

Работа со спасателями перед выездом на Камчатку

Повторюсь, сидя дома с листом бумаге в руке я прежде всего начертил структуру ФАиС и тщательно прозондировал все их промахи. А это было на два листа. Когда я решил написать их плюсы в работе по Классическому альпинизму, моя ручка застыла. Почему. Потому что я не брал в расчет скалолазание. Оно еще жило на труде Багирова, Петрова, Мельника, Мерзлякова. Раннее глобальная работа и подход Игоря Железняка укрепляла фундамент скалолазов. Я не лез в эту кухню. Решил взяться только за классический альпинизм. И без этого все было понятно. Всегда дружил со всеми и не сорился, если люди работали и делали что-то. Как можно было сориться с Сергеем Багировым, Андреем Петровым, Володей Мельником и Зайцем (Ой! Оговорился - Володей Мерзляковым), да и с тем же Александром Мрамчиным. Активные люди заражают, поддерживают и толкают тебя на дальнейшие подвиги. Ты престаёшь сомневаться в себе и идешь своим проложенным по жизни курсом.

И так, что я на калякал на листочки, чтобы сделать клуб. Фундамент клуба – это финансирование. Худо-бедно оно есть, государственное финансирование. Я никогда не гнулся перед спонсорами и гнуться не буду. Второе, смоле главное – это Школа альпинизма. Я не инструктор был. Значить направление одно – Сергей Эйдус. А есть другие варианты? У меня молодые люди, не опытные в горах. Делаем сборы с другими Школами альпинизма. С кем именно? Дима Зверев, город Хабаровск. Березин Альберт Александрович, Камчатка. Первый этап, допустим, прошли. По дальнейшему плану загоняю их на Кавказ. АУСБ «Безенги». Можно и в АУСБ «Ала-Арча». Только не в «Актру». Я уже был наслышан этой Школой по подготовке Инструкторского состава и писал о ней.


Сергей Эйдус, инструктор первой в истории Дальневосточной Региональной альпиниады

Ваш «покорный слуга», Кормчий на Камчатке

Самое главное. Два кита есть, а где третий. Сам лидер. Беру лавровый венок, выгоняю с подвала запыленную свою колесницу. Провозглашаю себя Императором. ГЕНСЕК для меня не соперник, у него даже крепости нет. Кочевник и по имени, и по отчеству. От куда я это взял? Вы паспорт Гайнеева видели? Посмотрите. Я до сих пор не могу выговорить ни его имя, ни его отчество. Хочу сказать, что второго нашествия татаро-монгольского ига в России я не потерплю. Став третьим Китом мне нужно был закрепиться в своих организаторских способностях. Раннее я уже писал, мне очень помоги в середине 80х мудрые туристы. Они дали мне возможность получить практику организатора всех моих дальнейших мероприятий, а время дало мне возможность пойти дальше. Взять на себя не временную ответственность за людей в горах, на сборах, а постоянную.

Альберт Александрович Березин, легенда альпинизма Камчатки. Один из первых «Снежных Барсов» СССР

Я взял эту ответственность и за 35 лет моего занятия альпинизмом у меня не было ни одного несчастного случая. Вот мой показатель. Умирать все могут – ты попробуй выжить и научить выживать ближнего. Это не для всех, это для избранных. Научи человека жить, а не выживать в экстремальной среде. И не массы создавай по системе – «20 человек набираем, один остается». Воспитай хоть одного, и тебе «воздастся по ЗАСЛУГАМ твоим». Такие «деятели 20 к 1му» от меня держаться по дальше. Кипучие бездельники!

Почему в СССР гнули такую политику? Потому, что боялись личностей. Личность - натура сильная и мудрая. Ей трудно управлять. Создавали общество БАРАНОВ! Если что, больше ВОДКИ. Кто не пьет – Подозрительный. Если было совсем плохо, то комуняки на сцену выпускали Примадонну. Та, натрескавшись консервов перед концертом, бегала как скаженная по сцене и «кричала»: «Эй, Вы там – на верху, не топочите, как слоны!» Все довольные, после концерта, расходились по домам и продолжали свою кипучую деятельность – «Двадцать человек набираем – один остается!» Россия! Трудный ты у меня ребенок.

Но, лавры лаврами, а пора и дело знать. Как мы с Альбертом Александровичем Березиным, Начальник ПСС Камчатки, задумали, организовали и провели Региональную альпиниаду на Камчатке, я уже помню фрагментами. А это нужно помнить. Это сам факт работы. Она каждодневная у меня. Разве все в голове удержишь. МЧС в то время идет нам на встречу. В ЭТОЙ ОРГАНИЗАЦИИ ЕЩЕ НЕ ЗВУЧИТ – держите курс на водный туризм, горы вам не нужны. Березину Альберту Александровичу на плечи падает основная нагрузка, работа по самому мероприятию. Вот тут у Вас может создаться впечатление, что я руковожу Регионом, даю команды и попердываю в своем кресле, как уже пришедший к своему престолу Цезарь. Ложь. Я спал со своими спасателями на снегу зимой, ел с одной чашки и готовил их быть и альпинистами, и спасателями. При этом не имел звание «Инструктор по альпинизму». В «Школу инструкторов» по рекомендации Эйдуса Сереги не поехал, не когда было. А может Цезарю это и не нужно было. А зачем? Награбим всего, жратвы хоть …….. ешь, империя Приморский край большая, а у меня весь Дальний Восток. Мы не жировали, брали ровно столько, сколько съедим. Природа учила этому. Мы, ведь, не Москали – мы не испорченные.


Фото 0034cyw Если вы думаете, что увидев в аэропорту города Елизова Корякский в своем кармане, то на деле он ВАС увидит в своей коллекции таки-же

№ Дата Вершина Высота Кат. сл-ти Х-р м-та Маршрут участн./ рук. Фамилия рук., число участн.
01.05.1994 Авачинский вулкан /Ю.В.скл./ 2741 1-Б в двойке Демским А.
02.05.1994 Корякский вулкан /Ю.В.гр./ 3456 2-А руководство Марков + 5
06.05.1994 Авачинский вулкан /Ю.З.скл./ 2741 1-Б участник Эйдус + 5
08.05.1994 Козельский /Зуб.по Ю.З.ребр./ 2210 1-Б руководство Марков + 5


Корякский вулкан в моем понимании по пройденным мной маршрутам


Ваш «покорный слуга» в эти годы

Так как же мы готовились к Камчатки. Когда я стал грузиться в самолет для выезда на Камчатку летуны насторожились. Кругом ящики, снаряжение. Все понятно, размещали, но у самолета стояла машина ГАЗ66, тут летуны возбухли: «Ее не грузим! Все БАСТО! Ил 62 для такого не предусмотрен». Мы перезвонились с Березеным. «Да у меня тут свой автопарк», ответил он. «Справимся с задачей, оставляйте машину». Я подошел к борт механику «Ильюши» и твердо сказал: «Машину не берем». Он побежал докладывать первому пилоту: «Мы спасены. Борт грузового отсека распиливать не будут. Свою Хауматру для этих дел они спрятали».

Прилетели на Камчатку. Автотранспорт: «Камаз», «ГТС» наготове, снегоходы наготове. Высший альпинистский персонал Камчатки согласился принять участие в данном мероприятии. Не обошлось и без молодых альпинистов клуба «Кутх», которым руководил местный историк Камчатки - «Наш Саня». Кстати, Березин его подстегнул к нам. Со мной еще прилетел Демский Анатолий, руководитель ПСС Хабаровского края. Саня должен был строго на строго следить за нашей безопасностью. Начальство должно ЖИТЬ вечно. А куда без него. Сам Анатолий привез несколько спасателей. Один из них так бодро провел эти сборы, что в конечном этапе привело к тому, что у нас не стало Вали Литвиновой.


Вулкан Авачинский в металле

Ваш «покорный слуга» со свои ТЕЛО-хранителем, «Нашим Саней»

Инструктор отделения, Сергей Эйдус постоянно возмущался по неухоженности самих маршрутов: «Где БИО-туалеты?»

Затем началось самое интересное. Мы стали работать в районе вулкана Авача. Как на восхождение на этот вулкан мы с Толей Демским сходили, а «Наш Саня» дрых со своими девчонками на нарах, я рассказывал. Как мы догоняли на склонах Авачи действующих альпинистов-спортсменов на Аваче, я рассказывал. Как Александра Биченко утром Березин погнал за нами на Авачу, тоже рассказывал. Мы с ним встретились уже на воротнике после восхождения. Как я съел всю красную рыбу и икру у старше разрядников на вершине Авачи, я тоже рассказывал. Толя Демский стеснительный человек, не зверствовал. Блин, я с жадности столько рыбы съел. Если бы вы знали, как я потом, при спуске, пить хотел.


Вулкан Корякский в металле

Начинающие альпинисты клуба «Кутх» бычат на склонах Корякского вулкана

Инструктор отделения, Сергей Эйдус. Постоянна дозаправка в воздухе стратегического бомбардировщика, святое дело

Для меня очень важно было подняться на вулкан Корякский. Мои спасатели на него не ходили, рано им было. Прошли Занятия и восхождение на Авачу. Пока все. Мы на Корякский пошли с разрядниками Александра Биченко. Все там было по-взрослому. Я на этот вулкан поднимался в первые. После скалы «Стальной треугольник» мне тяжеловато было. Вулкан кусался по-черному. Потом разошелся и заскочил на вершину. Там была уже часть восходителей. Сидел и дрых Серега Эйдус с Ларисой Филипповой. С самой вершины в низ приготовился спуститься один из горнолыжников Камчатки. Спустился. БЛИН! На до же?


Своим восхождением старше разрядники украсили наш выход

Вид с вулкана Корякского в сторону Базы Камчатского Совета по туризму и экскурсиям

Вид с вулкана Корякского в сторону города Елизово

Затем был перевальный переход под вулкан Козельский. Спасатели были на высоте. Хоть и трудно было. Зато на подходах к вулкану по самому распадку, чуть «копыта не откинул» Александр Марамчин. Он взял на себя весь оставшийся груз, что ему оставили свои «напарнички» по службе. Я понял, что нужно выручать бедолагу. Падеж на альпиниаде не был предусмотрен. На вулкане Козельском себя проявили молодые альпинисты Приморья. Что было, когда мы выходили с района – это уже история. Был сильный ветер. В полосу леса шли в штормовом режиме. Всем досталось и Валюшки Литвиновой тоже.


Вулкан Козельский, собственной персоной

Все это мероприятие закончилось горячими источниками на Паратуньке. Именно там мы Валю Литвинову и потеряли. Хабаровский спасатель ее или наша Валюшка его, потомки разберутся. Вскоре после этих сборов она уедет в Хабаровск. Но, перед этим мы проведем классную альпиниаду с Хабаровскими альпинистами под руководством Димы Зверева в настоящем горном районе Хабаровского края, на горном массиве Дюсе-Алинь. И только потом я произнесу свою фразу: «Пути Господни не исповеди мы. Эта девушка единственная, кто когда-то работала в нашем клубе. Это я изрек не на ее примере. Она просто еще раз продемонстрировала мне тот факт, что женская половина всегда в альпинизме преследует только одну цель, а горы — это ширма. Стоять Зорька! Я сейчас говорю о Дальнем Востоке. По всей стране в альпинизме настоящие ТЕТКИ. Просто нам не повезло по этому вопросу. У нас не настоящие.


Группа восходителей на склоне вулкана Козельского. Все по-взрослому

Я с Александром Биченко и альпинистской Камчатки прикалываюсь у домика. Солнце, тепло, а что нам еще нужно. ЖИВЫЕ!

Альберт Александрович Березин доволен. Мероприятие провели достойно

Много лет прошло после этих сборов. Они запомнились мне, как что-то светлое и чистое, как белый снег в горах. История нашего, Дальневосточного альпинизма всегда начиналось на Камчатке, «и мы этого достойны». Камчатка дает «Школу мужества» – суровый край. Попадая в Большие горы, ты чувствуешь себя спокойно в любой ситуации. Потому, что за плечами январская Ключевская и Камень. Это вам «не мелочь по карманам тырить», хоть и на вулкане Камень мы достигли только высоты 4300 метров. Нам не хватило светового времени, четко ориентировались по погоде на завтрашний день. Я хочу сказать, что Камчатка учит тебя разбираться в твоем пределе возможностей. Для одних людей это продолжалось всю их оставшуюся жизнь (Витя Шкарбан, Сергей Шлемченко, Анатолий Скригитиль), а для моих спасателей это были первые и последние сборы в альпинизме. Каждый в жизни выбирает себе дорогу сам. А мы, когда берем деньги у Государства, стараемся в горах сделать все так, чтобы они вернулись Государству в трудах их подданных. Мои спасатели, практически, в полном составе с 1991 года до настоящего времени работают в ПСС Приморского края. У них это Религия. Руководителей службы выбирают со своего личного персонала, кому доверяют. Это тоже религия. Людям нужно ее давать в начале их пути и тогда у ВАС все получиться. Если не дали, будите до конца носить клеймо на шее, в память о невинных замерзших девчонках на перевале Авачинским и не будут о ВАС писать фельетоны в Сибири по спасам на вулкане Камень. Все в мире взаимосвязано.


Кто не спрятался, я не виноват!

Еще одни сборы закончены, возвращаемся в наш любимый ВЛАДИК! По Камчатке, именно по этим сборам, я уже много написал и опубликовал на этом Московском ресурсе. Поэтому, так коротко, для общего развития, не всегда же серьезно писать. Да, я к этому и не стремлюсь. А если МОРДА в пуху – получите и распишитесь, Господа-крестьяне! Кто не спрятался, я не виноват!

Продолжение следует....