На исходе августа французский Лаваль принимал чемпионат Европы по скалолазанию. За возможность заглянуть за кулисы этого турнира и услышать голоса главных действующих лиц мы искренне благодарим пресс-службу Федерации скалолазания России, опубликовавших запись бесед со спортсменами непосредственно с места событий. В этих текстах за привычным спортивным глянцем обнаруживается тонкое повествование о семье, амбициях и ускользающем времени.
Будничный стоицизм Петра Землякова
Когда человек преодолевает вертикальную стену менее чем за пять секунд, мы подсознательно ждем от него первобытного крика, катарсиса или хотя бы театрального жеста. Петр Земляков, увозящий в Тюменскую область золото чемпионата, реагирует на свой триумф так, словно он только что закончил рутинную смену на заводе.
«Просто делал свою работу», — бросает он.
В лазании на скорость мысли — это самый страшный балласт. Пётр это знает - на старте он полностью опустошает сознание, избавляясь от надежд и расчетов, оставляя лишь чистую моторику. Пока трибуны взрывались криками в поддержку его соперника-француза, Петр пребывал в спасительном вакууме, иронично заметив позже, что принял этот рев за овации в свой адрес.
Однако самая интимная деталь этого золота скрыта не в спортивной злости, а в семейной бухгалтерии. Молодая семья Землякова едва не отказалась от поездки из-за высокой стоимости международной лицензии. Тот факт, что Петр вообще оказался на этом чемпионате, — заслуга его жены, Екатерины Баращук. Будучи сама чемпионкой Европы, она выступила здесь в роли мудрого наставника.
«Я бы отдал все эти медали, чтобы она была тут вместо меня», — признается Пётр.
В этой фразе — весь парадокс современного профессионального спорта, где за спиной каждого чемпиона стоит кто-то, кто помог ему оплатить билет на пьедестал.
Закрытый гештальт Елизаветы Ивановой
Елизавета Иванова, завоевавшая серебро, раскрывает лазание на скорость, как экзистенциальную дуэль. Ее серебряная медаль — вторая в карьере — на самом деле отлита из золота личной победы. Последние четыре года в женской «скорости» доминировала польская спортсменка Александра Мирослав — монументальная фигура со стальными нервами, казавшаяся Ивановой в начале карьеры небожительницей из первой двойки рейтинга, пока сама Лиза квалифицировалась пятнадцатой.
Узнав, что Мирослав завершает карьеру, Елизавета пережила то, что она называет «щемящим чувством». Чемпионат в Лавале был последним вагоном уходящего поезда. И хотя в итоговом протоколе Лиза осталась второй, уступив в финале итальянке Беатрис Колли, свой главный внутренний «пунктик» она выполнила в полуфинале, сумев-таки «закуситься» и обойти великую польку в ее предпоследнем забеге в карьере.
Даже судейская неразбериха в четвертьфинале, когда спортсменкам перепутали дорожки и едва не сорвали настрой, не смогла сбить Елизавету Иванову с ритма. Бог не дал золота сегодня, рассуждает Лиза, но оставил кое-что поважнее — чистый, незамутненный азарт перед тем, что будет дальше.
