Шел 2022-й год. Мы пережили эпидемию и начало еще более веселого 2022-го. У нас с Васей Ильинским был незакрытый гештальт с Икатским хребтом.

Мы было собирались сначала в Каравшин, но потом он накрылся медным тазом, а ехать в Безенги ну уж очень не хотелось. Перспектива поплавать в снегу в июле не радовала вовсе.

В общем мы начали думать в направлении Иката. В какой-то момент я уболтал Стаса Лазарева на эту авантюру, а чуть позже предложил Пановой Алене. Команда вроде сформировалась, и нужно было разрешать логистические моменты. Какие были варианты: пешком, на конях, на вертолете. Тут как в старой известной миниатюре: не пешком не вариант Оставались кони и вертолет. Начали копать под вертолет. Два месяца переговоров, куча объяснений вертолетчикам, что мы хотим, и по итогу нам выдают ценник в 700 тысяч за усеченную заброску в один конец.

Меня, конечно, подмывало сразу отправить их в другой конец, но я ж культурный человек. Иногда…. Наверное….

В общем, сказав вертолетчикам, что за эти деньги я команду свожу в Пакистан с блэк-джеком и сами понимаете чем, пошел звонить в Джергинский заповедник договариваться с заброской на лошадках. Для такой заброски нужно было приехать в конец Баргузинской долины, потом километров 50 на вездеходе, потом километров 60 на конях по тропам под стену.

Путь с коняшками оказался не менее тернист. Сначала в заповеднике (мы меж собой его зоопарком называем, там на территории действительно много зверья и очень круто), сначала в зоопарке мне сказали, что к нам обязательно должны приставить егерей, не менее двух, и всю дорогу нас будут сопровождать.

Потом спросили на сколько дней мы планируем выезд, я ответил, что примерно на две недели, на что мне сказали, что это нереально. Якобы никто из егерей не пойдет на то, чтобы уехать с нами на две недели.

На просьбу забросить нас и оставить без егерей, получили отказ из-за наличия большого количества медведей и того что это заповедник.

На возражение, что раньше нас пускали без сопровождения, получили ответ, что сейчас так нельзя. Ну раз нельзя, значит нельзя.

Предварительно стали торговаться о времени, на которое нас пустят и дате. Длинная серия телефонных звонков и переписок с конца июня начала поворачивать ситуацию в нашу сторону.

Сначала договорились о том, что нам дадут 5-7 дней на месте, потом о том, что получится сделать заброску в конце июля. Неделя на месте это 11 дней в сумме с заброской и отступлением…. В лучшем случае

Договорились на 27-е число, в этот день мы должны были выехать на вездеходе из Баргузинской долины и с середины дня начать заброску в верховья реки Баргузин.

До заброски оставалось две недели, Вася начал говорить о том, что не сможет скорее всего поехать из-за завала на работе. Нас оставалось трое.

Из зоопарка стали поступать неутешительные новости о затянувшихся дождях, реки поднялись. Сначала нам сообщили, что изменится место старта на лошадях из-за разливов рек и придется докинуть по оплате.

Я, в свою очередь, пояснил, что такой номер с нами не пройдет, и они могут поменять место старта, но финансовый вопрос должен остаться в пределах той суммы, которую мы оговорили заранее.

Приближался день старта из Иркутска, предстартовый кипиш захлестывал, решили выдвигаться 25-го июля после обеда из Иркутска, ночевать в дороге, чтобы 26-го в рабочее время приехать в дирекцию зоопарка и обговорить все нюансы по выезду.

25-е июля, до выезда остается час, раздается звонок из Заповедника. Коротко: разлились реки, и они не могут доставить лошадок к месту старта.

Но есть вариант, что нас могут забросить на аэролодке, причем по разлившейся реке достаточно высоко в верховья, при этом нас оставят без сопровождения.

Единственное, что от нас требуется, срочно найти спутниковый телефон, для связи. Соглашаюсь на этот вариант и спешно ищу телефон, благо много друзей и к моменту выезда мне передают активную трубку.

Выдвигаемся из Иркутска. Уже в дороге вспоминая былые приключения, перешли к теме, когда забывали каски на гору, и Стасян понял, что его каска и в этот раз осталась дома.

Впрочем, почти по пути у нас город Улан Удэ. Поэтому не составило проблемы взять каску у наших бурятских друзей. Всю дорогу Стасик берег её как зеницу ока, цены нынче на импортную снарягу уууух

26-го с утра, пока не было пробок, стартанули дальше, всю дорогу дождь. После обеда были в Курумкане, здесь погода радовала, но над горами висели тучи со всех сторон.

Достаточно быстро подписали бумаги в заповеднике и обговорили нюансы по заброске. Егеря попросили по возможности понаблюдать за черношапочными сурками, которые якобы обитают в одном из ущелий по пути.

Еще мы поняли, что забыли нормальный топор, пошли искать по Курумкану. Нашли убогий китайский, какую-то паленую копию Фискарса и бразильский судя по надписи мачете. Холодное оружие для нашего трио было на руках. Прикупив так же тент для лагеря, двинулись в путь.

Последняя сотня километров, и мы прибыли к курорту Умхей, на берегу реки Баргузин с конце Баргузинской долины.

27-е, утро, увожу машину на автостоянку на берегу реки возле курорта, вода в реке прибывает, но берег высокий, достать не должна. Ждем лодку, она приходит часа на три позже оговоренного, главное, что приходит.

Погрузка поклажи, жилеты и в путь. Погода в начале заброски благоволит, периодически солнце и достаточно тепло. Воды в реке много, пороги по пути с большими бочками, имея опыт сплавов слегка очкую по поводу безопасного прохождения.

В нижнем течении вода была прозрачная, но к середине заброски пошла рыжая паводковая вода, видимо, где-то наверху размывает берега.

Как оказалось, это один из правых притоков. После обеда приплываем на кордон 81-й км, заправляем топливо и перекусываем.

Здесь, на кордоне, весной похозяйничал мишка, вскрыл ангар со снегоходами и подрал снегоход егеря, который нас забрасывал.

С его слов мишка всегда докапывается до его вещей. На привале за перекусом, я решил договориться о контрольном сроке. Егеря не сразу поняли для чего это, ведь у нас спутниковый телефон, и мы можем согласовать дату выброски в любой удобный момент. На что мы парировали возможностью этот самый телефон сломать или утопить, ведь тайга.

Контрольный срок возращения назначили на 5-е августа. В этот день мы должны ожидать лодку на впадении притока Даватчан в реку Баргузин.

Выше этого места лодка не сможет пройти по низкой воде. После 81-го км река становится мельче, дробясь на притоки, иногда даже становилось сомнительно, что пройдем.

Выше снова собралась в один поток, прошли несколько порогов, по ощущению до 3 категории, пару раз думал перевернет. Не доходя до Балан-Тамура, начался дождь, как оказалось ближайшие дней шесть он будет идти большую часть времени. Дождь проливной, шел стеной, шел долго, таким же было ощущение времени, что мы под ним шли.

Пройдя по тихой воде бесконечное количество меандров, в реке после озера Балан – Тамур мы снова попали в «белую» воду. Через какое-то время река сильно задробилась, и наши проводники сказали, что дальше не пойдут.

Зачалились, короткая разгрузка и лодка уходит вниз, подгоняемая пропеллером и течением.

Мы на берегу, дождь как будто наслаждается и захлебывается своим всесилием. Начинаем обустраиваться, поднимаемся немного на берег, на взгорок, сюда вода не должна дойти.

С трудом разводим костер, все в лесу пропитано водой как губка. Поначалу занятые приготовлением еды, заготовкой дров и мелочами, мы не осознаем свой главный косяк: мы забыли палатку в лодке среди вещей егерей под носовым тентом. Это нас ошарашивает, когда мы собрались ее поставить и не нашли.

Но не время унывать у нас есть стенные гамаки, и из них мы городим палатку памирку. Не успев насладиться получившимся произведением искусства, наблюдаем картину потекшего под палаткой ручья. Занавес.

Разбираем эту шаткую конструкцию и переносим её в сторону на более высокое место. Ситуация с забытой палаткой для нас не критична, мы в принципе готовы к такому сценарию, у нас есть гамаки и тент, но в условиях постоянных дождей однослойное укрытие, это такая себе перспектива. Ну что ж решаем проблемы по мере поступления.

Мы кстати, когда выяснили, ставили ставки, вернутся к нам мужики или нет, когда обнаружат, что палатка у них. Я ставил, что вернутся. И да, я оказался прав, через пару часов, перед закатом, лодка пришла снова, привезя нам палатку, за что мужикам отдельный респект. Жизнь становилась веселей.

От места заброски до стены было чуть больше 12 км по прямой. Не столь большое расстояние, по обычным меркам, могло стать серьезнейшим препятствием в условиях северной тайги и отсутствия троп.

Это всё дальше, а пока стоило поужинать и залечь спать, ведь завтра должна была начаться заброска уже на своих двоих. Дождь не прекращался, вода в реке прибывала, но наша палатка была, как нам казалось, в недосягаемости реки. В общем-то так и оказалось, река до нас не добралась, до нас добралось всё остальное.

Перед сном мы решили несколько обезопасить рюкзаки и сложили для них возвышение из камней, т.к. вода начинала течь и сочиться изо всех щелей. Как нам казалось, предпринятые меры должны были обезопасить наш уют, как оказалось, казалось. Среди ночи Стас начал периодически мигрировать из палатки наружу и обратно, каждый раз в ярких красках описывая, что происходит снаружи.

А снаружи шумела вода. Как оказалось, надувной коврик Стасяна впитал как губка воду и отдал её в спальник, от этого его сон слегка не задался.

Снаружи начало подсмывать рюкзаки ручьями, которые пошли просто лесом, Стас предпринял попытку спасти их, перенеся в другое место, в общем, боролся как мог.

Мой ковер не обладал столь чудодейственными способностями к запасам воды, поэтому мой сон прерывался в основном отглагольными прилагательными, которыми Стасик описывал происходящее вокруг.

К слову, под палаткой тоже текло, но не очень активно.

Рассвело, наступило утро, дождь прекратился, и вода отступила, по крайней мере, с тех мест, где её не должно было быть.

Поначалу нам казалось, что никаких потерь нет, но в дальнейшем стало понятно, что вечером, когда доставали продукты, из баула вынули гидромешок с электроникой и сам пакет с продуктами и впоследствии не убрали внутрь, их смыло. Там же была одна из двух основных горелок. Решили завтракать и идти вниз по течению искать, как минимум, гидромешок.

Река ниже по течению активно меандрит, а наводнение настолько подняло уровень, что река пошла лесом и была очень большая вероятность, что вещи зацепятся в лесу.

Первые вещи мы нашли уже метрах в 20-и от лагеря. Содержимое пакета с продуктами частично вернулось к нам. Метрах в 50-и от лагеря я нашел свой ботинок, что стало для меня неожиданностью, почему-то я был уверен, что ботинки лежат в глубине баула. Отсутствие второго ботинка было не очень хорошей новостью, хотя потеря была не критичной, были еще кроссовки и сапоги.

План был прост, а поэтому гениален, мы проходили все места где была вода и осматривали их на предмет наличия вещей. Такой тактикой мы планомерно обследовали около 2-х км берега и островов, не обнаружив особо ничего.

Обследуя очередной остров в зажоре из бревен, я натыкаюсь на второй ботинок, который завалило ветками и грязью. Как удалось найти, не понимаю сам.

На переправе через очередную протоку Стасика смыло, но он смог выгрести достаточно быстро. Он жестами объяснил Алёне, что там глубоко и не стоит идти тем путем, но как оказалось, Алена не отступает перед лицом опасности и смело шагнула в неизвестность…

Примерно на первом же шаге поток её весело принял в свои объятья, но к моему удивлению, она достаточно быстро оказалась на нашем берегу, наверное, по дну прошла. В общем, поиск продолжился.

Уходя с этого острова, следовало еще раз пересечь протоку. Ваш покорный слуга при собственном весе в 90 кг без труда её преодолел, а вот более легкие товарищи испытали некоторый дискомфорт их начало смывать…

Пришлось вернуться к ним обратно и, взявшись за плечи кругом, вновь пошли в поток. У ребят вновь проснулась вера в гравитацию, и мы преодолели это препятствие. Спустя еще метров триста радостный возглас Стасяна оповестил нас о том, что его зоркий глаз увидел на острове посередине реки синий гидромешок.

Нужно было плыть, эта роль досталась мне, как наименее купавшемуся сегодня, так и наиболее дружащему с земным притяжением, что могло помочь в неравной борьбе со стихией. Никогда не любил холодную воду, бррррр…

В общем, тонкий гидромешок оказался не лучше обычного пакета, его достаточно здорово потрепало потоком, и вся электроника в нем погибла. Единственное что выжило, это солнечная панель и зарядное для аккумов 18650. Два пауэрбанка, рация, спутник точно попали в Валхаллу.

Пока я плавал на остров, ребята решили не отставать и пошли вброд через тупиковую заводь длинной метров 50, но глубиной … В общем, они тоже поплавали…

Собрав остатки былой роскоши, мы вернулись к месту стоянки. Время приближалось к обеду, погода стояла пока пасмурная, без дождя, решили идти первой заброской наверх. Собрав кули килограмм по 17-20, двинули наверх.

Не успели пройти километра, как пошел дождь. Решил дойти до конца плоской части долины, после которой трог заужается и становится круче, это примерно 5 км от ночевки. Закопав вещи в завал из бревен посреди сухого русла, двинули назад.

Кстати стоит отдельно отметить тему с мишками. Джергинский заповедник и так находится в ебенях, так еще и под охраной, соответственно живность здесь процветает, все тропы истоптаны зверем.

Медведя и следов его пребывания тоже много, соответственно, нам не очень хотелось встречаться с хозяином тайги, особенно неожиданно. Поэтому мы свистели как могли, голосили вовсю, ансамбль песни и пляски нервно курит в сторонке.

Итог этому всему: ни одной встречи с медведем лицом к лицу, хотя следов его была уйма. Ах да тропы, троп здесь немерено, во всех направлениях, за все проходы по долине вверх-вниз, мне кажется, мы ни разу не прошли полностью одной и той же дорогой… Вторая ночь на прежнем месте выдалась гораздо приятнее первой, дождь, как водится, шел всю ночь и прекратился под утро, но вода в реке шла на убыль, и такой вакханалии, как было в предыдущую ночь, уже не было.

Кстати о вакханалии в Баргузинской долине: во время этого наводнения в Майском смыло мост Советской постройки, затопило семь деревень и курорт Умхей, где у нас стояла машина. От воды до машины было не менее двух метров перепада.

Как оказалось, мужики на месте, которые контролировали эвакуацию, хотели в какой-то момент машину привязывать, чтобы не унесло, вода поднялась от уровня земли сантиметров на 50, коротнуло проводку разрядив аккум.

Но пока всего этого мы не знали, и оставив совсем ненужные вещи на дереве на месте первой стоянки, двинули вверх.

Пройдя первую заброску, ушли сразу наверх до старого базового лагеря в притоке Баргузина в направлении стены ближе к границе леса.

К слову, находясь третий день в зоне видимости стены, её мы так и не увидели еще ни разу. Здесь столкнулись с реальной проблемой в преодолении притоков Баргузина, небольшие горные ручьи в обычных условиях превратились в мощные потоки сейчас и пришлось изрядно поколдовать, чтобы сделать хорошие переправы.

Лагерь, в котором мы жили в зимние экспедиции, оказался очень неудобен летом, как оказалось, вся поляна была покрыта кедровым стлаником и сейчас он поднялся и сделал пребывание на этом месте некомфортным и даже опасным ввиду того, что Миша может подкрасться к нам незамеченным.

Решили мигрировать с этой поляны выше. Успели сделать одну заброску наверх и вернулись на поляну старых экспедиций и заночевать на ней.

Дождь периодически шел, опуская настроение ниже плинтуса. Мы уже в принципе привыкли к тому, что вода везде, и спрятаться от сырости практически невозможно.

С утра собрав вещи, по дождю пошли искать более удобное место наверх.

После впадения в основной ручей одного из притоков, мы наткнулись на уютную полянку, которая образовалась в результате подпора селевыми потоками с двух сторон и дальнейшего наполнения бассейна твердым стоком.

Получилась почти горизонтальная поляна, окруженная по сторонам лесом стлаником и двумя реками с одной и склоном горы с другой стороны, как говорится, чтоб я так жил.

И да, по полянке тек мелкий ручеек, так что за водой ходить далеко было не нужно. Идеальное место. Разбив лагерь и собрав снарягу, решили идти под гору, забросить всё это ближе к стене.

И здесь всплыл очередной камень. Если зимой мы добегали под стену за полчаса – час по снежку на лыжах, то теперь из под этого снега вылез непролазный стланик. Передвижение по нему отнимало уйму сил, времени и нервов, да еще этот паскудный дождь. Хотя во время заброски вверх немного распогодилось, и нам первый раз показали стену, на спуске к лагерю вновь включили проливной дождь. Второй раз в жизни я видел, как Стасик психовал.

Следующий день прошел в поглощении еды, игре в преферанс, поглощению еды и снова игре в преферанс, спать уже в нас не влазило, это было 31 июля. Такой вот таежный альпинизм.

1 августа с утра картина особо не изменилась, периодический дождь не вселял в нас надежды на успех. Мы вяло спали.

В какой-то момент сплю и мне становится очень тепло, прям жарко, сон какой-то непонятный, треск, и тут я понимаю, что это не сон и у нас что-то горит, открываю глава и вижу сквозь палатку зарево, спросонья, с криками «Горим, горим, горим» в спальнике выскакиваю из палатки, попутно его с себя снимая.

Загорелся растянутый над палаткой и костром тент, загорелся от бревна которое положили в костер сохнуть, никто и подумать не мог, что оно в итоге даст двухметровое пламя. Разворошил спешно костер, в результате чего тент погас сам. Чуть было не было.

К концу дня погнало значительные просветы, решено было стартовать под стену и ночевать под стеной, а может быть даже обработать низ, погода налаживалась, начались сборы. Потратив час на подготовку, мы стартанули из лагеря, но не прошло и полчаса, как нас остановила черная туча, вылезшая из-за горы, фальстарт, снова пошел дождь, а мы пошли домой.

Но в общем, тенденция была такой, что погода улучшалась, решено было сидеть наготове и, как только будет окно, бежать на гору.

Вечер как всегда, преф, печеньки, развлекались с пиротехникой, опять преф.

Ставлю будильник на четыре утра.

2 августа, за ВДВ! Открываю глаза, на улице светло, и погода звенит, смотрю на часы: шесть, занавес, проспали.

Бужу ребят, по быстрому готовим завтрак, нельзя упускать такую возможность, нужно стартовать.

В семь выдвигаемся из лагеря, в 8:30 мы под горой, набираем воды, вешаем на себя снарягу, и в 9:00 Стасян стартует наверх.

Первой веревкой растягиваем 60-ку на 80 метров по несложной косой полке. Далее начинается всё сильно интереснее, стена уже круче 70 градусов и мокрая после недель дождей.

Растянув следующую 60-ку, Стасик заканчивает цоколь. Станция на не самой удобной, но всё же полке, где можно более-менее стоять.

Далее стена встает и нависает, в среднем крутизна более 90 градусов, полок нет, работаем по красноярской схеме: лидер лезет постоянно, станции через 30 метров и все висячие, полок нет от слова совсем.

Достаточно быстро проходим те участки, которые мы лазили в зимней экспедиции, и уходим выше, впереди в паре сотен метров виден карниз, за ним стена должна лечь, есть надежда, что там есть полки, и там мы сможем заночевать, план был прост и от этого гениален – давим до более полого места и там ночуем.

В 6 вечера Стасик сказал, что он всё, устал.

Меняемся с ним на висячей станции, мне почему-то с ним везет на подобные приключения, в 2015-м мы так же менялись на висячке на маршруте Копейки в Каравшине. У меня впереди небольшой карниз, а за ним в паре веревок уже большой потолок, через который пока непонятно как лезть.

Маршрут с самого начала идет по одной щели, которая сечет кварцевый монолит стены по вертикали, сложно найти более очевидную и логичную линию.

Первый карниз проходится без проблем и, в принципе, маршрут монолитен, иногда даже чересчур. Есть только одна глухая щель со скошенными стенками в которых точки очень часто стояли не так хорошо, как хотелось бы, но ничего криминального, лезем.

К закату я вылез к большому карнизу. Карниз оказался однобокий, правая часть была двухметровым потолком, а слева через метровую часть можно было уйти влево на выполаживающуюся часть стены.

Переход этот, к моему разочарованию, состоял из живых блоков и отнял достаточно много времени и нервов. В общем, я вываливаюсь, скрипя зубами, за угол, в надежде на выполаживание и полки, а мне показывают вертикальный рельеф. Заглаженный вертикальный рельеф и ни намека на полки.

Делаю станцию, принимаю Стаса. Решаем отработать еще веревочку.

Лезу, рельеф стал положе, но не стал проще, щели заглажены, скала по прежнему мокрая.

Следующая станция опять без полки. По пути этой веревки наблюдаю за приближающимся из-за спины к нам грозовым фронтом, грома пока не слышно, но разряды молний раз за разом озаряют северо–западную часть неба.

Вышла луна, и очертания грозовых облаков, сплошной стеной идущих на нас, стали видны отчетливо в ночном пейзаже.

Попасть в грозу на гладкой стене нам хотелось на тот момент, наверное, меньше всего.

Решаю лезть дальше и, либо мы найдем хорошую полку для бивуака, либо полезем до вершины.

Веревка за веревкой мы проходили эту стену.

По ощущениям мы должны были уже вылезти на вершину, но раз за разом фонарь выхватывал вверху следующие метров 50-70 стены, и темнота скрывала то, что находится выше.

Полок по-прежнему не было, хотя стена и начала заметно ложиться каждую веревку на пару тройку градусов.

За спиной уже четко слышались раскаты грома, и первые облака приблизились к стене обволокли её удушливой пеленой, видимость упала метров до 20-и.

Мы лезли уже почти сутки, хотелось встать на что-нибудь ногами, а не болтаться, как картина на стене. Местами удавалось лезть лазанием, но в основном было ИТО из за мокроты рельефа.

В одном из каминов, где имевшаяся четверка не касалась стенок, пришлось лезть без точек, так я не напрягался очень давно, распираясь в щели, чем только можно, и постоянно соскальзывая вниз, с опаской смотрел на последнюю импровизированную точку, метрах в трех, из заклиненного камня и обернутой вокруг него стропы. Падать не хотелось совсем. Напрягаясь до звездочек в глазах, всё же прошкрябался этот участок на грани фола.

После этого места появились покатые полочки, и весь рельеф говорил о том, что стена заканчивается. Пошел дождь, подул сильный ветер, впрочем это уже особо не волновало, хотелось есть и спать.

Добив последние веревки по крупноблочному рельефу, мы вылезли на вершину. В туре был лишь погнутый карабин, оставленный питерцами.

На вершине были прекраснейшие полянки для того, чтобы затабориться и отдохнуть, но погода не очень радовала.

Плотно покушав, мы решили спускаться вниз, для этого еще в прошлые выезды присмотрели большой разлом, который выводил в цирк под гору Штык-Нож.

В нас теплилась надежда, что спуск будет без дюльферов, хотя на первом же участке к перемычке между вершинами острога пришлось бросить небольшой дюльфер к перемычке.

Начало пути в провал было действительно пешеходным. Но дальше путь нам стали преграждать огромные пробки, застрявшие в разломе, дюльфера не превышали сначала двадцати метров, но времени отнимали прилично.

В середине спуска пришлось прокинуть полноценный на 60 метров.

Спуск заканчивался на снежнике, и дальше похоже можно было спуститься без проблем пешком.

По итогу пять дюльферов, и даже ни разу не засадили веревку. Несколько сотен метров осыпей, и мы, наконец, ступили на траву.

Погода вновь не оправдала ожиданий, но в этот раз это нас порадовало, небо очистилось, и мы шли домой с прекрасными видами гор вокруг.

Здесь же нашли диво дивное озеро в камне. Озерцо метров десять в длину и пять в ширину расположилось на вершине отдельной глыбы на осыпи. Размер глыбы около 50-и метров в поперечнике.

Линия маршрута

Выход из цирка не ознаменовался ничем интересным, разве что встретили трех здоровенных оленей, легкими прыжками они преодолевали слабопроходимый для нас стланик. Тут конечно мы им слегка позавидовали, наша скорость передвижения оставляла желать лучшего.

К 16:00 мы пришли в лагерь и завалились спать.

Утро 4-го августа, через день у нас контрольный срок и назначенная встреча с лодкой у Даватчана, это примерно 12 км от лагеря по прямой.

Сборы проходили в режиме: «это для нас не очень ценно, поэтому в костер, это тоже и это».

Выходить решили за раз, и поэтому весь скарб нужно было упихнуть в один рюкзак, в том числе и второй рюкзак. Вспомнил, за что мне не нравится альпинизм, понял, что еще долго не забуду.

Выход особо ничем не запомнился, разве что ощущением что стал на несколько сантиметров ниже, куль на выходе был за 40 кг.

К позднему вечеру мы добрались до того места, где лодка нас сможет забрать. Последние пару сотен метров до места шли по следам медведицы с медвежатами.

Встали лагерем. Решено было дальше не идти. С этого места до кордона по прямой километров пять, а если идти, описывая все меандры, которыми идет река, то будет больше десяти, при этом, в любом случае, встаёт вопрос преодоления озера Балан-Тамур, либо реки Баргузин в двух местах, чтобы добраться до кордона. Река в этих местах уже полноводна, и вброд не перейдешь. Плюс ушедшие вниз перед нами медведи так же были не самыми желанными объектами для встречи посреди тайги.

5 августа, до обеда мы ждали лодку, прогулялись по берегу, попаслись на полянках с голубикой, нашли какую-то ягоду, решили, что это морошка, и тоже попаслись на ней.

Потом нам показалось, что идет лодка, и мы её даже все вместе минут 20 слушали. В итоге, поняли, что это групповой глюк.

После обеда, осознав, что путь по суше малоперспективен и связан с преодолением водным преград, а сидение на месте с заканчивающимися продуктами удел для слабаков, решили действовать.

Мною была выдвинута идея рубить плот. Простые подсчеты показали, что наш вес с грузом был примерно 400 кг.

Эксперимент с определением плавучести сухой лиственницы показал, что положительная плавучесть примерно 40 процентов.

Соответственно, чтобы плот поплыл, а не пошел на дно, его вес должен быть не менее 750 кг.

Из плюсов, древесины было в принципе достаточно.

Из минусов, мы устали изрядно, был один куцый топор с короткой ручкой, второй, еще более куцый, был утерян.

Не откладывая в долгий ящик, мы со Стасиком стали рубить бревна по очереди, а пока была очередь Стасика рубить, я увязывал их в плот, благо некоторый опыт с детства присутствовал.

И угадайте, чем мы их связывали – правильно, динамикой.

Четыре часа работы, и плот готов, я больше никогда не забуду нормальный топор… Спуск на воду и час Х, поплывет или нет.

Сам он вроде поплыл, Стасик запрыгнул, держит, следом запрыгнул я, неплохо держит.

Решили дополнительно уже на воде провязать поперечинами, сделать возвышение под рюкзаки и плыть, пока не стемнело.

Самой большой опасностью в нашем путешествии по воде были наклоненные до уровня воды деревья с подмытого берега в каждой меандре. Т.е. легкой прогулки не получится, нужно непрерывно маневрировать и следить, чтобы плот не прижимало струей к внешнему берегу, иначе первое же дерево уничтожило бы наше плавсредство.

Плот мы обозвали «Непотопляемый Дредноут». Так и поплыли.

Пройти успели не больше километра, после чего услышали идущую наверх лодку. Решили зачалиться и ждать. Лодка пришла минут через 20, мужики были удивлены, это мягко говоря.

Десять минут у нас ушло на спасение динамики из плота, и по сути та часть экспедиции, что зависела от нас, была окончена.

Альпинизм экспедиция на Икатский хребет, полное видео:

[video id=5CD253B29EE59A31FE69EECF25D9ADC1]

Читайте на Mountain.RU:

Вершина Острог. Первопрохождение по отвесам северной стены.
Технический отчёт