С питанием получилось забавно. Мы, такие основательные и профессиональные, этот важный момент довольно сильно провафлили. Вместо сублиматов у нас с собой по иронии судьбы оказались киргизские консервы низкого качества. Такие консервы состоят из верхнего жидкого слоя жира, нижнего густого слоя жира, лаврового листа, перца, жилок и нижнего белого слоя жира, который единым блином можно сковырнуть ножом и выкинуть в пропасть. Ах, да, еще около 15 процентов мяса. Я их сразу прозвал шайбами, порадовавшись, что мы несем с собой металл, особенно полезный вес.

Как-то получилось стихийно, что за приготовление и распределение еды уже на горе в нашей команде на траверсе Аксайской подковы отвечал я. Никаких предрасположенностей к этому у меня не было, обычно я или на равных с остальными участвовал в приготовлении пищи или был кто-то другой на кухне. Но отдельно высотным поваром я был впервые. Само собой так произошло и продолжалось весь траверс. Опыт мне понравился, этот процесс мотивировал меня не сворачиваться в традиционную ракушку перед сном и по утрам, а действовать. Получилось достойно, ребята считают также.

Так вот, эти самые шайбы я постарался запустить в питание в самые первые дни, еще на стене. Чтоб как можно раньше перестать нести огромные тяжелые консервы. К третьему-четвертому дню все было съедено. Об одну из консерв при расковыривании замершего мяса и жира (попробуйте готовить в минус 30-35) сильным Ромычем был сломан добротный опинелевский нож, с его останками мы долезали траверс. Обломок мы не нашли, возможно он съеден кем-то из нас =)

Спасало сало, которое по традиции заготовил для нашего сложного восхождения тренер Валерий Викторович Балезин. Сало нарезали внизу, есть было удобно.

Гарниры были самыми простыми, без изысков. Сухое пюре, гречка, еще какие-то мелочи. По утрам овсянка. На десерт шоколадки, которых тоже было не густо - по одной на троих в прием пищи, иногда чуть меньше, иногда больше.

Что было хорошего? Колбаса! Это лучшее, что я ел в своей жизни. Самая обычная колбаса, какая-нибудь третья по цене с самого низа. Мы снимались с питания на 12 дней за троих и могли взять какой-нибудь паек на гору. Взяли пару палок колбасы, которые решили нарезать внизу. Что было бы если б не нарезали? В эти лютые морозы пришлось бы держать эти палки по очереди во рту, посасывать их и пытаться как-то отогреть, чтоб они стали помягче. На траверсе они стали твердые как камень. Потому что ледяным насквозь и каменным было все. Но нарезанная толстыми дисками колбаса шла на ура.

Мы шли сквозь пургу и думали о колбасе, которую будем есть перед сном. По паре таких дисков на каждого мы запускали в кипяток, прямо в чай или в воду для приготовления еды, как только она растопится изо льда. Через какое-то время колбаса становилась горячей и ее можно было есть. Ох, какое же это было счастье, есть эту колбасу! Какая же радость! Ни в одном ресторане я не ел столь вкусных блюд! Что-то горячее, сытное, мясное! Ух! После трудного очередного дня… Иногда один из нас растягивал удовольствие и откладывал колбасу в сторону на кусочек хлебца, чтоб съесть позже. Он сам чувствовал себя неуютно буквально сразу же, так как ощущал сколько нервов он доставляет этим двум своим товарищам. Колбаса была раем. Можно сказать, что на колбасе был пройден траверс. А ведь это далеко не самый оптимальный продукт для питания в таких экспедициях! Приятно ли было пить чай, в котором поплавала колбаса? О питье расскажу отдельно, а пока - да, приятно. Приятно было пить любую жидкость.

Было ли голодно? В целом, конечно, да. Но все время приходилось идти, лезть, что-то делать. Не до мыслей о голоде. Давно выработанная привычка пахать до темноты, до момента постановки лагеря, помогала двигаться вперед, несмотря на ограниченность в пище. Но вечером и утром мы выедали крошки от шоколадок из упаковок и крупицы овса из каши, перед тем как затолкать пластик в пакет с мусором.

Как сильно мы похудели? Очень сильно каждый из нас. У меня спортивный вес 68-70 кг.

Скидывал я до 58-60 примерно после обоих траверсов (летом год назад был еще траверс в Безенги). Получается очень стремительное и активное похудение.

В 22-м году два месяца меня не оставлял страшный жор. Типа 5-6 литров гарнира съедал за день и еще всякое. После сезона в горах я отваривал по два литра бобовых на завтрак и обед и полностью съедал. Потом еще что-то сытное на ужин. В дороге за рулем ел без остановки 8-12 часов подряд какие-нибудь батончики, конфеты и прочее. Запомнился завтрак, когда я съел 21 яйцо. Это была большие куриные яйца, отборная категория. И мне еще хотелось есть. К октябрю из-за жора первый раз в жизни начал обрисовываться небольшой животик. Набрал до 71-72. В этот раз картина была такая же, только жор закончился быстрее. Видимо организм адаптировался и стал восстанавливаться быстрее.

Слабости не было, только сильная усталость. Получалось делать еще что-то даже сразу после экспедиций. Например, в Безенги в 22-м сразу после траверса я сводил отделение на 6 гор за 8 дней. А в Безенги очень большие и высокие горы. Но тренироваться всерьез начинал постепенно. Сначала небольшие нагрузки и только через месяц серьезные тренировки. Организму тяжело даже просто прийти в себя, тренировками можно его доконать.

Спасибо всем, кто помогал откармливаться!

Читайте на Mountain.RU:

Траверс в Ала-Арче

Траверс Аксайской подковы. Первопроход

Итоги чемпионата России по альпинизму в техническом классе и рассказ участника

Каравшин 2023

Новогодние приключения

Статьи автора: