10 сентября 2007 года при восхождении на Восточную 550-метровую стену
Mount Rundle (Канада, район Kananaskis Country) сорвались и погибли
Владимир Хилько и Дмитрий Топорков.

Поникшие ветви висят над холмами.
Спят вечным покоем ушедшие парни.
Оборваны тропы погибших ребят.

Здесь время проходит, шагая неслышно,
Здесь люди молчат - разговоры излишни.
Далекое – ближе… А парни лежат.

Костровые ночи плывут в поднебесье.
Другие поют их неспетые песни.
Далеко невесты. А парни лежат.

Но память о них бьется пламенем вечным.
Меня этот свет от сомненья излечит
И сделает крепче. А парни лежат…

Юрий Визбор, 1970

 

Многие знали Володю и Диму, для кого-то это были сыновья, братья, товарищи, друзья, любимые. Для нас всех – ровесники времени, единомышленники. Мы попросили маму Димы Топоркова Людмилу Федоровну, его жену Наташу и тренера по скалолазанию Сергея Марковича Штольца (Архипова) рассказать о Диме.

Чтобы память о ребятах жила. Пусть их знают и помнят такими, какими помнят их близкие люди.

Редакция Mountain.Ru будет признательна за любые отклики, воспоминания, фотографии от тех, кто шел с ребятами рядом по жизни.

Дима Топорков и Владимир Хилько

Mountain.Ru: Расскажите, пожалуйста, о том, каким Дима был в детстве.

Мама, Людмила Федоровна: Дима родился после восхождения отца, Топоркова Алексея, на пик Победы, 29 сентября 1971 г. в городе Алматы. Был худеньким, но очень живым ребенком, непоседой. Отец, географ-лавинщик, «Снежный барс», брал его с собой в летние экспедиции в Джунгарский Алатау, зимой, на каникулах, Дима бывал с отцом в зимнем стационаре Института географии АН КазССР в горах Заилийского Алатау.
Мама - Любенко Людмила, альпинистка-третьеразрядница, начинающая скалолазка, в 60-х гг. выступала на первенстве города, республики, по профессии – редактор издательства Наука Ан КазССР, впоследствии – Гылым, ныне – редактор Издательской компании Раритет. В детстве Дима вместе с мамой совершал восхождения на ближайшую к Алматы г. Кумбель – 3200 м в Заилийском Алатау.

MR: Как родители относились к увлечению скалолазанием? Хотели ли видеть в нем альпиниста?

Л.Ф.: Хорошо, так как он нашел себя именно в скалолазании. И впоследствии, с 1998 г., уже в Канаде, поселившись недалеко от Скалистых гор, в Калгари, он, собрав группу единомышленников, занялся альпинизмом, но опять-таки со стенным уклоном. В Алматы же его не привлекал большой альпинизм, но по приезде в город сбегать на пик Амангельды в Малоалматинском ущелье, ближайшем от города, было сродни тому, как, приехав в Москву, побывать на Красной площади. Горы он любил.

MR: Начало: как Дима пришёл в скалолазание, увлекался чем-либо еще? Почему остался, сразу ли всё стало получаться? Первые тренеры. Как это все началось? Были ли кумиры из спортсменов высочайшего класса.
Был ли кто-нибудь, кто повлиял на становление, как спортсмена-скалолаза?

Л.Ф.: Гасить энергию сына родители пробовали и на прыжках в воду, и на самбо, и в хоккее. Не знали, что в городе образовалась детская секция скалолазов. Как-то вместе с сыном мы присутствовали на больших соревнованиях по скалолазанию в Иссыкском ущелье. Сын, 10 лет, сразу от нас куда-то ушел, а перед отъездом сказал, что вот этим он и хотел бы заниматься. Тренером этой секции был Серей Маркович Архипов. Он и стал первым тренером Димы Топоркова и многих его друзей, в том числе его будущей жены Наташи Камагаевой. Сергей Маркович стал для него не только первым тренером, но и вторым отцом, Учителем жизни для всех ребят. И сейчас они, сами отцы и матери, с теплотой и слезами благодарности вспоминают время, когда они были детьми, и у них был такой Тренер, которому они бы хоть сейчас доверили своих детей.

MR: Какие были спортивные достижения? Участия в чемпионатах. Кто выступал с ним в команде. Друзья по спорту, отношение к товарищам по команде. Отношение к дружбе в спорте.

Л.Ф.: Приз памяти В. Шкарбана по спортивному скалолазанию, 1988 г., 3 место на первенстве ВЦСПС среди юниоров, 1987 г. – вот самые ценные для него награды, КМС. Может, и не густо. Но он оставил о себе добрую, веселую, зажигательную память. Дима родился под знаком Весов. Возможно, это сыграло свою роль в том, что, уже работая, он был как бы администратором коллектива, способным спокойно, разумно подойти к решению проблем, будучи самым молодым членом этого коллектива, некоторые годились в отцы. И в Канаде он сумел собрать группу любителей гор, и через выходные, промежуточные – семье, покорять ту или иную гору или тот или иной маршрут на одной горе. И в этот раз он хотел перед днем рождения пройти очередной скальный маршрут - 5.9 - на горе Рандл со снежным барсом Владимиром Хилько, с которым он ходил другой маршрут на этой горе. Не получилось...

Интересно, что здесь не фиксируются восхождения для присвоения той или иной квалификации, любители гор ходят в горы для удовольствия, за которое они иногда расплачиваются жизнями... Среди своих друзей – любителей гор он пользовался авторитетом скалолаза-профессионала. Отряд очень даже заметил потерю бойца. Они остались без Димки-скалолаза.

Сергей Маркович Штольц (Архипов), тренер Димы: У Димы была идеальная психологическая совместимость с товарищами по команде, что он был душой коллектива.
Отношение к старшему поколению спортсменов - Ринату Хайбуллину, Карату и Салавату Рахметовым… - было уважительное. Можно сказать больше – как к хорошим друзьям. Ведь у нас в секции не было разделения на возрастные группы, все тренировались вместе, а на сборах и выездах жили вместе в одном лагере. У нас было суточное дежурство по «кухне», дежурили по 4-5 человек, и руководил этим дежурством один из старших, а старшими были: Ринат, Кайрат, Салават, Ирина Смирнова, Ирина Архипова (Кравец), Евгений Мухитов, Маргарита Девятерякова (Мышланова), Виктор Ключников, Андрей Девятеряков, Александр Антонов, Фарида Питра (Аюпова), Геннадий Захаров, Александр Сизинцев и другие. Любое новое задание для менее подготовленных скалолазов всегда демонстрировалось одним из опытных скалолазов, который в данный момент находился поблизости. Дружественные взаимоотношения между спортсменами независимо от их возрастного различия, позволяли опытным как бы мимоходом, коррегировать менее опытных.

И всё это было дополнительно к контролю, подсказкам и корректировкам тренера. Ведь тренер один, а вместе с его опытными воспитанниками и хорошими дружественными взаимоотношениями внутри коллектива (с готовностью каждого помочь другому) спортивная секция превращалась в единый большой, постоянно совершенствующийся как в спорте, так и в человеческих взаимоотношениях, коллектив. Здесь все были равны, независимо от их спортивных достижений. Отличие заключалось только в персональных недельных спортивных планах, которые, начиная с 1984 года (раньше задания были только в устной форме) в виде таблицы выдавались каждому спортсмену, и через неделю каждый должен был сдать эту уже заполненную согласно сделанному таблицу, назад тренеру. Так мы и жили, а, учитывая хорошо сохранившиеся до сих пор дружеские связи, то можно сказать, что так же мы продолжаем и дальше жить – одним большим очень дружным коллективом.

MR: Что значили соревнования, обстановка тех лет, тренировки? Дисциплины? Сложность и болдеринг?

Л.Ф.: Соревнования – это и новые места, значит – путешествия, их романтика, новые скалы – оттачивание мастерства. Тренировка – это и радость общения с себе подобными в преодолении трудностей, преодоление себя, радость победы над скалой, над собой, ощущение роста своей, до этого хилой, мышцы, ощущение роста своей силы. Сложность и болдеринг всегда привлекали возможностью освоения, узнавания, преодоления скалы.

MR: Какая ситуация запомнилась, как самая трудная в Диминой спортивной карьере? Отношение к тренировкам, авторитету тренера. Всегда прислушивался к его советам? Как справлялся с психологической усталостью, как поддерживал физическую форму, мотивация в скалолазании.

Л.Ф.: Любимое увлечение, спортивный азарт, упорные тренировки.

С.М.: Мама очень точно описала его (ещё как ребёнка) отношение к тренировкам и соревнованиям. Я, как его тренер, хотел бы немного добавить. Когда привели ко мне в секцию Диму Топоркова, то это был маленький очень щупленький и неимоверно подвижный мальчуган с широко раскрытыми сверкающими озорными глазами. Его я хотел бы отнести к той категории людей, которые фанатически обожают горы и, особенно, скалы. Работать с ним, как и со всеми моими воспитанниками, мне доставляло огромное удовольствие, скажу больше – они были для меня как родные дети. А однажды на родительском собрании, кто-то из родителей сказал, что по его подсчётам в течение года дети находятся вместе со мной больше времени, чем с родителями. Мама Димы, особенно в первый год, очень часто спрашивала: «Как дисциплина у Димы?» и, услышав мой положительный ответ, с глубоким вздохом успокаивалась. Спустя один месяц тренировок я отозвал Диму в сторону и поговорил с ним об очень важном (как тренер я делал это регулярно с каждым из детей).

И этим важным был тот факт, что только он сам может сделать так, чтобы не только посещать 4 раза в неделю тренировки в зале и в воскресенье выезжать лазить на скалы, но также выезжать с друзьями на спортивные сборы, соревнования и до окончания учёбы в школе посетить многие уголки Советского Союза. И для всего этого нужна была такая, казалось бы, малость, – хорошо учиться в школе, чтобы директор регулярно давал добро на освобождение его от занятий на время спортивных сборов и соревнований. И конечно мне, как тренеру, хотелось бы от него сразу услышать слова готовности приложить все силы к выполнению этих требований, но я видел в его сверкающих глазах смущение.

Он был бы рад сразу ответить мне своей готовностью, поскольку всё, что мы делали, очень нравилось ему, но он хорошо понимал, как тяжело ему будет поменять своё отношение к учёбе. Он молчал, не решаясь ответить. Тогда я протянул свою руку и сказал ему, как я верю, что ему очень хочется быть всегда вместе с друзьями на всех выездах, поэтому он обязательно постарается.
Дима с радостью протянул мне свою руку и очень тихо ответил: «Да».
На сколько он мог, он старался, о чем могут свидетельствовать его многократные выезды на многие спортивные мероприятия.
Он был романтиком в спорте, как и в жизни, всегда с доброй улыбкой, c безграничной добротой и c готовностью всё сделать для своих друзей, я уверен, что и для всех окружающих его людей тоже. Он был очень доверчивым и надёжным человеком для всех.

MR: Увлечения вне спортивной жизни, хобби. Как предпочитал отдыхать?

С.М.: На каникулах мы всегда старались вывезти детей в спортивные лагеря, провести сборы на Иссык-Куле, Байкале, а Новый год в избушке на высоте 2600-2700 метров, где ребята могли играть в футбол по снежному полю, кататься на санках с гор…

MR: Дальнейшая спортивная судьба.

Л.Ф.: Любительский альпинизм.

MR: Переезд в Канаду. Надежды, цели, настроение.

Л.Ф.: 90-е годы. Всем хотелось другой жизни. Но только там, где есть горы.

MR: Личностные качества.

Л.Ф.: Веселый, добрый, заводной, одержимый горами, надежный.

MR: Семья. Отношение к детям и жене.

Л.Ф.: Самое нежное, особенно к детям. Через выходные – вместе в походы в горы, на озера, по стране, хоть в Казахстане, хоть в Канаде.
Жена Наташа тоже активно занималась скалолазанием, была чемпионкой на различных соревнованиях - в том же 1987 г. на соревнованиях ВЦСПС в г. Судак, Крым, в связках заняла 1 место, а в парных гонках второе. 29 сентября 2007 г., в день рождения отца, Кристина Топоркова, 13 лет, прошла тесты и была принята в команду скалолазов. Это ее подарок отцу.

Памяти ушедших

Как хочется прожить еще сто лет,
Ну, пусть не сто - хотя бы половину,
И вдоволь наваляться на траве,
Любить и быть немножечко любимым.
И знать, что среди шумных площадей
И тысяч улиц, залитых огнями,
Есть Родина, есть несколько людей,
Которых называем мы друзьями.

Мы шумно расстаемся у машин,
У самолетов и кабриолетов,
Загнав пинками в самый край души
Предчувствия и всякие приметы.
Но тайна мироздания лежит
На телеграмме тяжело и чисто,
Ведь слово "смерть", равно как слово "жизнь",
Не производит множественных чисел.

Лучшие ребята из ребят
Раньше всех уходят - это странно.
Что ж, не будем плакать непрестанно,
Мертвые нам это не простят.
Мы видали в жизни их не раз -
И святых, и грешных, и усталых, -
Будем же их помнить неустанно,
Как они бы помнили про нас!

Когда от потрясения и тьмы
Очнешься, чтоб утрату подытожить,
То кажется, что жизнь ты взял взаймы
У тех, кому немножечко ты должен.
Но лишь герой скрывается во мгле,
Должны герои новые явиться,
Иначе равновесье на земле
Не сможет никогда восстановиться.

Юрий Визбор, 14 июля 1978

Материал подготовила Анна Самоделко, Mountain.RU
Mountain.Ru благодарит Наталью Топоркову за предоставленные фотографии.