Фотки здесь: http://photofile.ru/users/tomensis/

Хибины - старая тема. Самая старая в "личном зачете". С нее и началось это глобальное "хочу в горы". "Ну, туда же еще залезть надо!" - прозвучало в ответ от водителя, летом 2007-го подвозившего на Соловки автостопом. Видимо, оно и зацепило. А еще много прежде в своем "малом бардовском кругу" очень долго я упивался теми удивительными строками из митяевской "Кандалакши":

У Митяева "Кандалакша" - вообще одна из самых сильных вещей, не знаю, почему не поет ее ныне. Сплелось, в общем, всё, связалось в клубок единый: и в клуб альпинистский пришел тогда, и журнал отрыл, "Туризм и отдых", номер прошедший, что сам же разносил по фирмам неделями двумя прежде своего соловецкого выхода. Статья о Хибинах в номере прошла - "В Хибины за Гипербореей", оттуда и почерпнул те начальные об Аку-Аку сведения: "ущелье содержит огромное количество мегалитических объектов, которые можно счесть остатками гиперборейской цивилизации".

Гиперборея - заморочка древних греков. В монографии "Мифология греков и римлян" А.Ф. Лосев отмечает, что "вся античная литература буквально пестрит разного рода упоминаниями о гиперборейцах" [1, с. 462]. При этом Лосев указывает на неразрывную связь гиперборейцев с Аполлоном и Артемидой ("без этих божеств и вне их они никогда и не мыслились в античности" [1, с. 462]), а также на то, что "гиперборейская страна вовсе не имела какой-нибудь определенной локализации", что "самим греческим писателям отнюдь не чужда мысль о полной географической неопределенности представления о гиперборейцах" [1, с. 477]. На страницах монографии Лосев показывает, что разные авторы относили Гиперборею и к северу, и к югу, и к западу, и к востоку от Средиземноморья, - и самой внятной дошедшей до нас географической привязкой, видимо, следует считать сообщение Плиния Старшего, писателя, автора "Естественной истории":

Плиний - римлянин, живший в начале 1-го тысячелетия н.э., значительно позже упоминавших о Гиперборее (в том числе и Гомера (Hymn. Hom. XIV 29)) греческих авторов, - однако, согласно Лосеву, передаваемые сведения Плиний черпает из жившего в эпоху Александра Македонского Гекатея Абдерского: "Насколько можно судить, этот автор был источником для большинства эллинистических писателей, касавшихся мифа о гиперборейцах, - для Диодора, Мела, Плиния Старшего, Элиана" [1, с. 464]. И тогда, если "солнце светит в течение полугода", значит, ищите Гиперборею за полярным кругом, - и самое интригующее, что со ссылкой на "Махабхарату" мой номер "Туризма и Отдыха" вещает о том, что Арджуна, герой древнеиндийского эпоса, "совершил путешествие за далекие северные горы, где солнце не заходит по полгода" и где великий воин "встретил могущественный народ гигантов"! Два независимых источника - это уже серьезно, - и пусть информацию об Арджуне проверить непросто ("Махабхарата" - громадный многотомник текстов незнакомой культуры), подняв более современную литературу, можно убедиться, что в древних индийских текстах имеются описания полярных явлений. Это и указание на небосвод, вращающийся над головой наподобие колеса ("Индра раздельно удерживает своей силой землю и небо, как два колеса повозки удерживаются ее осью" (Ригведа, X, 89, 4), "поворачивает широчайшее пространство, как колеса повозки" (Ригведа, X, 89, 2)), и высокое положение Большой Медведицы (Ригведа, I, 24, 10)), и крайне широко распространенное в индийской литературе утверждение [3, с. 98], что день и ночь богов длятся по шесть месяцев ("У богов день и ночь - (человеческий) год, опять разделенный надвое: день - движение солнца к северу, ночь - период движения к югу" (Законы Ману, I, 67)), и гора Меру, признаваемая индийскими астрономами земным Северным полюсом [3, с. 98] ("Ведь изо дня в день этому (владыке) Меру луна и солнце совершают прадакшину [обходят слева направо в знак особого почтения], двигаясь по кругу. Также и все звезды, все светила без исключения, двигаясь по кругу, горе Меру (творят) прадакшину" (Махабхарата. VI. Лесная. Гл. 163)). Вообще, пролистывая "Махабхарату", встречаешься абсолютно везде: если автору нужно описать какой-нибудь восхитительный блеск, он непременно сравнит его с блеском Меру, - и Б.Г. Тилак, индийский ученый и автор теории арктического происхождения ариев (из чьей работы и взят представленный выше материал [3, с. 96 - 101]), отмечает, что "указания на сверкание горы, видимо, могут быть описанием северного сияния, видимого в области Северного полюса". И далее остается лишь одна, однако достаточно серьезная неувязка: древние греки жили два, два с половиной, три тысячелетия назад, относительно немногим прежде были созданы тексты "Махабхараты", а хибинские артефакты ученые датируют пятнадцатитысячелетней давностью.

Я покупаю билет на 382 мурманский поезд и еду до станции Имандра.

На станции поезд рано утром. Моя первая задача - пройти Аку-Аку и своими глазами взглянуть, что же это за "многочисленные головы и лица, вырубленные в скалах высотой до 50 м, замысловатые выкладки из гигантских камней". Дорога идет на юг, возле ж/д моста вброд пересекает Гольцовку, однако подле пересохшего (надо думать, лишь этим засушливым летом) озера сворачивает на запад. Всё правильно, так ей и положено, однако мне не туда. Остаются две тропы: одна с юга огибает пересохшее озеро, другая устремляется на юг с подъемом в гору. По ней я и иду, однако на возвышенности тропа становится всё неувереннее, а с выходом в тундру и вовсе теряется. Я продолжаю путь по азимуту, двигаюсь по тундровым взгоркам, пересекаю один, затем другой ручей, и сразу за вторым попадаю на хорошо набитую тропу, идущую, похоже, в нужном мне направлении. Тропа действительно та - она и выводит меня в ущелье.

По ущелью иду не спеша, но "мегалитических объектов" почему-то не наблюдаю - они мне, верно, не по глазам, - однако ближе к середине ущелья подхожу к традиционному символу Аку-Аку - "Каменному Истукану"

после, почти у самого озера и уже справа по ходу, наверху замечаю "Каменный Лик" и "Каменного Воина".

Видимо, не различил многого, но гида со мною нет, и показать исторические достопримечательности заполярного уголка света некому. Озеро обхожу по верхней тропе. Подле воды на стоянке пью чай: с юга к озеру выходят двое из Мурманска ребят (гуляют просто так, даже без треккинговых палок), - и тот, что поговорливее, минут за двадцать успевает пересказать многое из того, что ныне на гиперборейскую тематику так легко найти в интернете. Я вновь слышу о карте Меркатора, о том, что прежде у Земли был еще один спутник, упавший в районе Северного полюса, о каменном перевернутом троне и ступенях пирамид. Не скажу, что сам в восторге ото всего повывешенного на "гиперборейском портале" (как выразилась одна девушка, "на заборе тоже много чего пишут"), и сам этой исторической парадигме доверять бы не стал. Очень много некомпетентных и непроверенных заключений. Когда каким-то загадочными образом с Гипербореей пытаются связывать гераклитовский Логос, становится несколько грустновато. Деликатно сказываюсь не-историком, прощаюсь с ребятами и продолжаю свой путь по ущелью, теперь уже вдоль ручья. Ущелье оживлено: мне навстречу попадаются еще человек семь в босоножках и шортах.

Прохожу Аку-Аку до конца, поворачиваю на восток и по тропе вверх по ручью начинаю подъем к Юмъекорру, "Ущелью мертвых".

Как гласит мой номер "Туризма и Отдыха", его охраняют "два грозных и неподвижных гигантских стража, похожие на стражей Аку-Аку и заставляющие замереть от исходящей от них мощи". Однако здесь непростительно туплю. Описания со мною нет, я же уже подустал, а может, переживаю за предстоящее прохождение перевала Ферсмана. О стражах я забываю, и вспоминаю лишь на выходе из ущелья, - но там, с восточной стороны, Юмъекорр лишен своей величественной торжественности: седловина, даже не очень хорошо заметная от ручья, - их, стражей, там, конечно же, нет.

В ущелье тур возле тура я в пять вечера. Снимаю записку группы московских школьников:

Группа туристов из г. Москвы шк. №588 в составе 19 чел. Вышла к туру пер. Юмъекорр 30 июля 2010 г. в 14.30. Со стороны пер. Хиинпахчор. Погода хорошая. Группа бодра и весела. Идем в сторону р. Меридианальный. Рук. Белецкая Н.И. Снята записка группы из Москвы рук. Лебедев С.А. 9 чел.

Пишу записку и спускаюсь к ручью - левому притоку ручья Меридианальный (спуск заметно круче подъема), - и после (третьего за день) привала продолжаю путь. Могу идти по тропе вдоль ручья, но делать крюк в несколько километров (сперва - на север, а после - на юг) не хочется, - и там, где постепенно понижающийся отрог справа уже очевидно низок, поворачиваю на траверс взгорка. Поначалу благополучно передвигаюсь по тундре, но дальше начинается курумное криволесье, и о принятом решении жалею. Идти по тропе много приятнее. Однако всё обходится без происшествий: где-то через полчаса выхожу к ручью Меридианальный и почти сразу натыкаюсь на двоих из Питера ребят, стоящих у ручья лагерем. Беседую с питерцами и уже почти ухожу, но начинается дождь, я понимаю, что первый день моего похода подходит к концу, спрашиваю разрешения встать рядом и разбиваю палатку. Восемь вечера - пора бы мне уже угомониться.

31 июля, второй день похода. Завтракаю, прощаюсь с соседями и начинаю движение на юг по тропе вдоль ручья ориентир - характерно-горбатая гора Ферсмана. Вскорости слева от горы открывается и низкая (именуемая во всех описаниях "классической") седловина перевала.

В верховьях ручья сворачиваю к горе. Ближе к перевалу тропа постепенно теряется, и путь лежит по курумнику - здесь, в Хибинах, он иной, чем на Приполярном Урале: более, что ли, округлый.

Начинается подъем - и я проникаюсь безмерной признательностью к себе (равно как и к финансово поддержавшим меня людям) за весь тот кипеж с покупкой облегченного варианта веревки и теплого (и также облегчившего меня) спальника. Два дополнительных килограмма веса на таком подъеме - вещь откровенно излишняя. Научен опытом - не хочу! Вообще, рюкзак мой в этот раз изначально легче прошлогодне-уральского. Не взвешивал - в день отъезда была суматоха, - но никаких тридцати килограммов стартового веса нет и в помине. Видимо, килограмм двадцать пять. Со мной килограмма на полтора больше железа, но половинка вместо двух целых баллонов газа, нет топорика, еды взято всего на шесть дней похода, и за истекший год кое в каких вещах удалось избавиться от лишнего веса. Просто, я осведомлен: вопрос отсутствия тяжести за спиной - вопрос моей безопасности.

Перед выходом разглядывая скаченную из интернета (и очень слабого разрешения) фотографию, всё не мог разобраться, в каком месте перевала лезть. В самом очевидном - там, где осыпь наиболее высока.

Именно там в скалу вбит первый скальный крюк.

Один или два крюка встречаются на пути и выше, а на косой полке после тридцати пяти метров веревки и метрах в двадцати правее характерно торчащего со стены "клюва" - станция на трех крюках.

От станции до конца косой полки вниз еще метров семь или восемь. Всего по косой полке до покатого склона наверху метров пятьдесят (сорока метров веревки выйти на покатый склон не хватило) от станции до седловины, где шесть-семь закольцованных метров расходника можно кинуть на какой-нибудь валяющийся на седловине булыжник - два раза по сорок метров. На краю покатого склона в начале косой полки много живых камней - летят долго и гулко, веревку при подъеме рюкзака провел так, чтобы не покидать на себя камни.

Рельеф на перевале - несколько вертикальных скальных "ступеней" выше человеческого роста. Лазание чем-то даже напомнило не самые сложные трассы на скальном фестивале в Карелии. Кое-где приходится придержаться за пассив, поставить ногу на мизер - и когда на тебе понавешено килограмма четыре железа (и больше двух килограммов веревки уложено в рюкзаке за спиной), ощущения чрезмерной простоты при лазании не возникает. На "Рогах" тремя днями позже лезть было проще. Но там вообще пешкодрал - несерьезное что-то.

На седловине я в районе пяти вечера. Ловит Билайн. В туре записка:

30.07.10. Группа туристов г. Москва, совершающих пеший поход 1 к.с. с эл. 2 к.с. рук. С.А. Лебедев успешно прошла перевал с севера на юг. 22:40. Погода хорошая. Состояние группы отличное. Сняли записку г. туристов г. Минск от 28.07.2010. Контакт: sergey.swan@inbox.ru.

Пишу свою, отдыхаю и начинаю спуск: он сложнее, чем представлялся согласно паспорту перевала. Сказано: "существенно легче северного склона" - и ты уже воспринимаешь, что делать там вообще ничего не надо. Нет, надо - южный склон тоже не слишком полог. Спускаюсь, правой рукой придерживаясь за скалы - так проще.

Еще часа два двигаюсь вниз по ручью и у границы зоны леса на первых стоянках разбиваю палатку. Устал как собака - просто валюсь с ног.

День следующий показывает ясно, что в поход нужно брать с собой какое-нибудь ненавязчивое чтиво. Низкая облачность - Юдычвумчорр в облаках, и начать восхождения не могу. Вершина Юдычвумчорр - следующий пункт моей программы: как повествует мой давешний журнал, "здесь среди скал есть удивительный камень, имеющий форму усеченной пирамиды с вырубленными крупным носом и глазами. Его взор обращен на вершину Часначорра и находящиеся глубоко внизу священные голубые озера. С площадки, на которой установлен носач, открывается вид на другое изваяние - гигантских размеров фигуру женщины с обезьяньим лицом". Однако мотивация моя более обширна: согласно карте, Юдычвумчорр - высшая точка Хибин, и посетить вершину просто хочется.

До середины дня деградирую в палатке - делать откровенно нечего, - и лишь после четырех пополудни небо прояснивается. Собираюсь и ближе к пяти вечера начинаю подъем. Поднимаюсь по широкому юго-западному отрогу: к ручью Ферсмана он наиболее близок и, согласно взятому из интернета описанию, наиболее прост. Однако и более долог: почти четыре часа подъема и последующего движения по тупому, бесконечному плато.

Плато действительно бескрайне - микрорайон жилой поставить можно! Наконец выхожу к туру. Снимаю записку, но лишь одну - ту, что без приветов и признаний в любви (со своими привязанностями и сердечными коллизиями, господа путешественники, пожалуйста, разбирайтесь сами).

30.07.10 г. 16:00 Группа из Беларуси Минская область совершила восхождение на г. Юдычвумчорр со стороны ручья Ферсмана. Подъем пологий и очень долгий - 3 часа. Спуск туда же. Сильный ветер, но теплый. Снята записка группы из г. Смоленска под рук. Повинского Ал. Всем удачи! Руководитель Вашкевич Г.В.

Пишу свою записку, вкладываю ее в тур. Еще некоторое время трачу на поиски Носача, но тщетно: плато велико, вдали - искореженная конструкция триангуляционного знака, смеркается (по освещенности при скрытом солнце полярная ночь напоминает сумерки), мне неуютно, дует сильный ветер, и (мало ли, что за ночь случится с погодой) оставаться на ночь на плато не хочу. Принимаю решение на спуск - причем по долгому и муторному, но безопасному пути подъема. Искать в сумерках восточный (и более крутой) участок склона этой бесконечной горы желания не испытываю. У ручья Ферсмана я в половине одиннадцатого. Жутко неудовлетворен восхождением. Пустое и совершенно бессмысленное. Самое, что было интересным в походе, было на перевале Ферсмана. На ужин довожу до нормы слегка сокращенный в начале похода дневной рацион: при подъеме обнаружилось, что после первых двух дней пути (и даже несмотря на вынужденную полуднёвку) совершенно без сил.

Четвертый день похода. Моя культурная программа завершена, в рамках альпинистской программы остается восхождение на Тахтарвумчорр по "Рогам": не пройденный в 2008-ом маршрут - согласно новому классификатору, 2-ка "А" летом, 2-ка "Б" зимой, согласно чуть прежде выпущенному гайдбуку, 2-ка "Б" в любое время года. На лесной тропе вдоль ручья встречаю парня и девчонку - идут на перевал Ферсмана. "Без веревки там делать нечего. Веревка есть?" - "Да, десять метров". - "Мало!!! Нет, ну попробуйте, конечно..." Видно, как сидит на измене девчонка - ей не по себе, парень - пофигист, сама беспечность. Интересно, что они там сделают, с десятью метрами? В принципе, согласно описанию, от конца косой полки два дюльфера по три метра (там мокро, кстати), но когда на краю зацепиться не за что будет? А рюкзаки по полке нести как? Короткими перебежками? А аварийный спуск? А наклонная скальная плита от скал до осыпи после дюльфера с косой полки? Побросать со стенки рюкзаки и спуститься налегке? Хочется верить, что сам в горы готовлюсь не так. Хотя на "Рогах" косяк всё же вылез.

По долине реки Малой Белой идет дорога. С тропы от ручья Ферсмана сворачиваю на нее и направляюсь к верховьям реки. Выше границы леса двое путешественников, уже не молодая пара, говорят мне, что, было, приняли меня за... не помню, как прозвучало название той игры: один прячет закладку, другой, согласно описанию, ее находит. Узнаю спортивное ориентирование, когда с картой и компасом собираешь по лесу КП, - но нет: "В вашем варианте, - говорят мне, - возможный район поиска - участок леса, а здесь -