В альманахе «Лед и пламень» №6 за 2009 год опубликована статья старшего тренера Первой советской экспедиции в Гималаи Анатолия Овчинникова: «Первое отечественное восхождение на Эверест». Часть этой статьи, касается сложившейся в апреле 1982 г ситуации в эспедиции, названой «тренерским тупиком». Такого рода материал ранее нигде не публиковывался. Во всяком случае для меня некоторые откровения статьи явились новыми и неожиданными. Поэтому я решил подготовить материал с целью рассказать о «тренерском тупике» и выходе из него глазами старшего тренера экспедиции. Для этого я перекроил материал Овчинникова, всавляя только какие-то пясняющие и переходные слова, выделенные наклонным шрифом, а весь остальной текст автора без изменений.

Валентин Иванов, участник экспедиции

Эверест-82. Сергей Бершов с Михаилом Туркевичем
после легендарного ночного восхождения на Эверест
Согласно плану экспедиции, разработанному в Москве, после трех выходов каждой команды все пять лагерей должны быть установлены, необходимые грузы доставлены в них, а маршрут должен быть обработан, т.е. навешены веревки.

Сравнение запланированных и достигнутых результатов свидетельствует о серьезном отставании в деятельности экспедиции от плана. В результате период подготовки маршрута для обеспечения восхождения завершается, до лагеря 5 (8500) маршрут не обработан и палатка не поставлена.

А неунывающая публика (Свет Петрович Орловский и Кº) от нечего делать между завтраком и обедом занялась планировкой базового лагеря, и присваивать названия переулкам, площадям и улица в нашем поселении. Естественно, мы с Борисом Романовым оказались в «Тренерском тупике». Все это очень весело, но «нет дыма без огня». «На душе кошки скребут», а приходится вида не подавать на эту веселую и оригинальную шутку.

При встрече 3 марта после моего возвращения из очередного выхода на обработку Е.Тамм сказал: «Ты похудел. Ребята не советуют тебя больше выпускать. Знаешь ли ты, что у нас трудности с бензином. Надо экономно его расходовать, поэтому переговоры с командами буду вести только я». С чем тоже, естественно, согласился. В тот момент у меня действительно возражений или особого по этому поводу мнения не было. Я поднимался до лагеря 1 и выше, почти до 7000. В. Балыбердин установил палатку на высоте лагеря 2 (высота еще не была установлена, но место определено, как потом выяснили 7200м). Все идет согласно плану. Естественно, не возражал. Казалось, все проблемы решены. Команда Мысловского на последнем выходе 1-ro этапа должна поставить палату на высоте 8250м, т. е. все выходы этапа завершаются успешно. И образно выражаясь, передал «вожжи» Е.И.Тамму. Но, забыл о другой поговорке: «Черт не шутит, когда Бог спит». И это вскоре произошло.

Базовый лагерь
С одной стороны, вроде как все правильно, а с другой - оказался выключенным из общения с командами. О чем в последствии пожалел. Но согласие дано, а обратно его брать казалось неудобным. А давать советы Е.И.Тамму после его разговоров с той или другой командой, находящейся на выходе вряд ли целесообразно. Руководствовался поговоркой: «После драки кулаками не машут». Это не моя стихия думаю, привело,бы к еще большей неразберихе. Е.И.Тамм стал выпускать команды участников оперативно. График выходов для установки лагерей сбился, а намеченные в плане результаты не достигнуты. Оказался не в курсе событий. Подходить к Е.И.Тамму и расспрашивать, откровенно считал неприличным. Шла текущая работа. Команды на выходах, казалось по мелочам, не выполняли заданий. Отставания накапливались.

Причины отставания не только по болезни участников 1-й команды Н.Черного и В.Шопина, (13.04.82), но и 4-й - В.Онищенко (09.04.82). Отставанию также способствовала замена носильщиков-шерпов 4-мя восходителями, что соответственно привело к увеличению количества груза для восходителей, а носильщиков уменьшилось и, соответственно, подносимых грузов. Как говорят в народе: «Гладко было на бумаге, да забыли про овраги»...

Согласно разработанному в Москве плану восходители - участники первой, второй и третьей команд. Четвертая команда вспомогательная. Поскольку скальный маршрут стенной части технически довольно сложный, то, по нашему мнению, шерпы в верхние Л4 и тем более Л5 не способны подняться, поэтому эти задачи перед ними не ставили. Их возложили на вспомогательную команду- четвертую, организованную за счет сокращения 4х высотных шерпов-носильщиков. В числе восходителей они не указаны, хотя устное обещание дано.

Почему сложилась такая неразбериха? Дело в том, что план проведения экспедиции составлен, когда в ее составе планировалось 3 команды, по которому пятый лагерь должны поставить высотные носильщики-шерпы. После замены носильщиков нашими участниками, эта задача поставлена перед ними. Однако, возможность совершить восхождение, им обещана. А потом, уже под Эверестом, по предложению Б. Романова «советских» носильщиков не стало. Их переименовали в четвертую команду. Мне не нравились такие «пертурбации». Считал ненужной забавой. Е.И.Тамм выдавал им задания без учета особенностей.

Палатка
17.04.82. команда В.Хомутова (4ая) направлена для установки лагеря 4 (8250), а это последний третий выход. Узнал об этом в последний момент перед самым выходом, подошел к Юрию Голодову, объяснил ему ситуацию и, учитывая, что технических трудностей на этом участке маршрута нет, попросил в качестве пожелания навесить хотя бы перила до места предполагаемого лагеря 5 и оставить палатку. Он обещал выполнить это пожелание, хотя в задании указано только поставить лагерь 4. Навесил одну веревку и сорвался. В результате «пыл» пропал. Полагая, что план выполнен (а сверх плана не обязательно), и команда возвратилась в базовый лагерь. В результате оказался не обработан маршрут выше лагеря 4 и не поставлен лагерь 5.

В трудное время «тренерского тупика» я пришел к мысли, что навешивание перил на участке между лагерями 4 (8250) и 5 (8500) надо совместить с восхождением на Эверест. Пока убедительных аргументов за этот вариант еще недостаточно. Но, задавая вопрос - «целесообразно ли возвращаться в базовый лагерь после обработки и установки Л5?» - стал склоняться к мысли - проще идти на вершину! Ведь до вершины грубо 400м, а вниз 3000м с лишним и опять вверх. Значит для ликвидации создавшегося «тупика» надо совместить в одном выходе обработку маршрута между Л4 и Л5 с восхождением на вершину. Эта мысль начинала созревать, но ясности не было, и я ее не обнародовал.

Группа Э. Мысловского 17-23 апреля находилась на отдыхе в «зеленой зоне».

Зашел к К.Валиеву. Под термином «поболтать», а главное выяснить их настроение, что важно знать при всяких «пертурбациях» и принятии важных решений. «Как успехи?" Казбек с восторгом отвечает: «Все прекрасно! Находимся в самой лучшей спортивной форме! Но, если будет еще один выход. Все накопленное утратим». Энтузиазм Казбека испортил настроение. Ушел, как говорят, «не солоно хлебавши». Опять вернул к мысли. Надо предусматривать в выходе обработку маршрута, установку лагеря 5 и восхождение на Эверест!!! Иного выхода из «тупика» нет. Надо в четвертом выходе предложить не только обработку маршрута, но и совершение восхождения на Эверест. Может это на первый взгляд показаться очень трудным. А если представить спуск от лагеря 5 вниз до БЛ на 5340м, а потом опять наверх. Так, пожалуй, есть определенный смысл подумать.

Завтра возвращается B. Иванов и предположительно будет с ним разговор, как вылезать из «тупика». Е.И.Тамм предложил сразу провести разбор выхода возвращающейся команды В. Иванова. У меня мелькнула мысль, что, может быть, дать им отдых, потом начать деловой разговор. Но, как-то постеснялся поле предложения Евгения Игоревича советовать что-то свое, хотя с детства знал - «спешить - делу вредить». И времени на продумывание такого разговора тоже по сути уже не было. Е.И.Тамм начал разговор дружелюбным и одобрительным, но деловым тоном. В результате взаимности и контактной близости не произошло. Думаю, с разбором поспешили. Народная мудрость в таких случаях рекомендует поступать иначе. «Гостя надо сначала напоить, накормить, в баньку сводить и спать уложить, а только утром приступить к делу». Мы нарушили эту заповедь. "Вы возвратились в базовый лагерь и выглядите уставшими. Видно, что поработали достаточно хорошо!"- таким комплиментом встретил Е.И.Тамм команду вечером перед разбором восхождения. Валентин ответил: «Навели порядок. Все было разбросано и занесено снегом». Замечание совершенно справедливое. Однако сказано это было «в сердцах», а не в спокойном тоне, что не сулило ничего хорошего от обсуждения необходимого 4 выхода для установки Л5. С этим (через 5 дней отдыха в базовом лагере выйти в 4 рабочий выход с целью проложить маршрут к лагерю 5 и установить его, после чего спуститься в базовый лагерь) выступал (точно не помню) то ли я, то ли Е. И. Тамм. Ни капли не обиделся на Сережу Ефимова, который сказал: «Вы на наших костях хотите обеспечить восхождение Мысловскому». Мысль же об одновременном восхождении на Эверест осталась только у меня в голове не озвученной, поскольку считал ее преждевременной, и обсуждать не на таком собрании, которое с самого начала настроено далеко не дружелюбно.

Сергей Ефимов
На следующий день после размолвки на разборе 21 апреля группа В.Иванова ушла (согласно плану) отдыхать в «зеленую зону», где группа Э. Мысловского находилась с 17-23 апреля.

На тренерском совете К. Валиев, тоже от имени их команды, подтвердил отказ выходить для обработки маршрута, и они уходят на отдых.

А в народе «тренерский тупик» любимое слово. Что ж, приходится с веселой улыбкой воспринимать его, как относящийся к названию переулка, образованного палатками Бориса Тимофеевича и моей. Его не расшифровывают, но понимающе улыбаются. Надо найти выход из «тупика»! В противном случае это останется «на века».

Действительность такова. Осталась еще возможность поговорить с В.Балыбердиным, находящимся вместе с Э. Мысловским «на отдыхе». Но, у них только двойка, так как Евгений Игоревич отозвал Н. Черного, В. Шопина и А. Хергиани на 4 выход, чтобы с шерпами доставить грузы для восходителей в ЛЗ.

Ждать, пока закончится отдых других групп, чтобы продолжить разговор с предложением о выходе для обработки маршрута. Значить, терять время! Ведь не «за горами» и муссоны, а с ними ухудшение погоды, которое чревато крутыми неприятностями.

Возвращаюсь к своей мысли, что единственной возможностью выхода из «тупика» может стать только восхождение на вершину, а по дороге обработка маршрута до лагеря 5 (8500). Представил себя уже в который раз на высоте 8500 и решаю проблему идти вниз или на вершину, которая в 400метрах. Возвращаться значит сбросить высоту три с половиной километра и иллюзорно считать, что это отдых, а потом набирать ее опять. «Дешевле» подняться на вершину - ведь и в рюкзаках-то нет ничего, а потом только вниз и вниз. Такой вариант возможен. Для обоснования надо просчитать вес рюкзака и прочее.

1982. Балыбердин на вершине Эвереста
Наступил «кризис жанра». Е.И.Тамму, конечно, решать трудно такие проблемы, практически невозможно. Во-первых, ему невозможно быть уверенным в их целесообразности и реальности. Ведь он не знает спортивных возможностей участников. У меня тоже. Двойка тоже команда. Если они альпинисты, то сделают, кажущееся, на первый взгляд, невозможным. Надо отказаться от стандартного решения, а значит предложить восхождение на Эверест, что создаст соответствующий настрой при подготовке к выходу. Следует все тщательно продумать.

Надо, чтобы Володя в это поверил. Отказа не должно быть! Надо выбрать удобный момент, хорошее настроение без какого-либо подталкивания. Вскоре они (Балыбердин и Мысловский), отдохнувшие, возвратились из «зеленой зоны».

Стал ждать счастливый случай для разговора с Володей, а он в свою очередь не заставил себя долго ждать.

Однажды после завтрака (дату не помню) зашел к нему в палатку просто «поболтать языком». Эдик тоже оказался там. Не успел и поздороваться, как Володя выразил желание идти вверх на обработку, а я подумал на восхождение. В первый момент даже подумал так. Может мысленно передается? От пребывания в базовом лагере смысла нет. Восторг! Начало разговора есть, дальше «дело техники».

Понял: это тот самый «счастливый случай», который ожидал. После короткого разговора предложил Володе пройти со мной к Е.И.Тамму и согласовать выход на восхождение. Получить его «Добро»! Я знал, что ему эта проблема тоже не дает покоя. Естественно, он согласился! Надо действовать. Правда, Володя Балыбердин, не оставлял в мыслях нереальности такого выхода с восхождением, и вдруг ее высказал. (Помня об обещании, данном Ю. Голодовым, навесить перила между Л4 и Л5, его не выполнения из-за срыва, поскольку оно сверх задания). Чтобы это не случилось и сейчас пришлось поговорить с Володей весьма серьезно. Если не предусматривать восхождение, то не будем и разговаривать! Придется искать другой вариант. Предложил им продумать его возможность. Еще раз просчитать вес рюкзаков с учетом дней, и совмещения обработки и восхождения. Одновременно попросил Володю и Эдика подробно описать восхождение в составе двойки и назначить день выхода. Ведь надо же дать какую-нибудь свободу. Если сомневаются, то пусть обдумывают здесь, как их преодолеть. Это поможет сверху не паниковать. Надо представить все подводные камни и трудности и способы их преодоления. В Эдике уверен - он не откажется.

1982 Мысловский на вершине Эвереста
В результате проведенных расчетов, как отметил В. Балыбердин, в идеальном варианте восхождение возможно даже без помощи команды В. Иванова. Этот вывод мне понравился. Как бы там не было, но он положительный. А это уже многое значит для успеха. Наметили дату выхода. Однако погода не благоприятствовала.

Подготовка к выходу шла своим чередом. У лагерной публики изменилось настроение. 26 апреля на своей палатке заметил исчезновение названия «тренерский тупик» и появление нового «Мозговой центр». Понял, «народ» зорко следит за нашей деятельностью. А, вообще приятно! Кризис миновал. И, кажется, даже похвалили меня.

Уверенность, что восхождение будет совершено, подкрепляла целеустремленность Володи, его сила воли, отличная общефизическая и альпинистская подготовка. Уверенность, что сумеет преодолеть трудности и поддержать Эдика на последнем этапе восхождения. Что касается Эдика то, в нем уверен, хотя он в настоящее время не в лучшей своей спортивной форме, но ради успеха может преодолеть все трудности, поскольку обладает достаточным упорством и настойчивостью, способствующими преодолению казалось невозможного. Его состояние не соответствовало былому времени, но сила воли, стремление и настойчивость достаточны, чтобы по проторенному Володей Балыбердиным пути достигнуть вершины Эвереста.

Однако погода в третьей декаде апреля не благоприятствовала. И только 27 апреля в 6 ч утра двойка В. Балыбердин - Э. Мысловский в сопровождении шерпа Наванга вышла из базового лагеря с напутствием Е.И.Тамма, не верившего в успех восхождения на Эверест, но искренне радующемуся такому выходу из «тупика» и пообещавшему, что без их выхода на восхождение экспедиция не уедет! Во всяком случае, все разговоры на эту тему с другими группами исключены!

Ниже приведены выписки из опубликованных статей В.Балыбердина.

«Однажды, когда мы сидели в палатке, к нам зашел Овчинников. Не успел старший тренер раскрыть рот, как я выложил ему свой план. А я с этим к вам и шел - обрадовано сказал Анатолий Георгиевич, до сих пор не рассчитывавший на успех разговора. Стали обсуждать технические детали, и вдруг выяснилось, что он планирует не совсем то, что я. Вариант отличается на «самую малость». Он предлагает обязательный подъем нашей двойки на вершину в этом же выходе." ("Эверест 82", стр.277).

«Сегодня (25.04.82) Овчинников велел нам с Эдиком подобно расписать график движения по весу рюкзаков на каждом переходе. Получается, что самое узкое место, т. е. самые тяжелые рюкзаки, на участке между ЛЛ 3-5. Придется нести по 17-20 кг, но при этом, в идеальном варианте нам даже не понадобится помощь Иванова. Мы в состоянии занести для себя все необходимое, включая кислород, для обработки и штурма вершины. Окончательная уверенность подъема на вершину появилась позднее, но предпринятая форма подготовки воодушевляла". ("Эверест 82", стр.278).

"Я несколько раз позволил себе высказать мнение, что считаю выход на вершину маловероятным, чем вызвал неудовольствие Овчинникова. Он потребовал объяснений: либо мы настраиваемся на восхождение, либо надо перестраивать планы остальных групп искать другой вариант. Но, убедившись в который раз, что плетью обуха не перешибешь, я постарался спустить вопрос на тормозах, и сказать то, что он хотел слышать". ( "Эверест 82" ,стр.277).

Экспедиция в Гималаи 1982

Жанр: Научно-популярный
Режиссер: Венделовский В.

В 1982 году наши восходители отметились невероятно сложным маршрутом на Эверест. В 1989 году второй советской гималайской экспедицией была выполнена еще одна сложнейшая спортивная задача - полный траверс всех четырех восьмитысячных вершин Канченджанги.

В фильме собраны уникальные кадры основных этапов восхождения советской экспедиции.

Часть 1

Часть 2