В зимней экпедиции 2002-2003 годов на К2 участвовал замечательный человек Мачек Павликовский. Потом все разбежались в разные уголки мира, по делам и семьям. Но однажды судьба закинула меня в Татры, и я снова встретился с Мачеком. Он прикатил на крохотной машине в Буковину, где приходил фестиваль Польского КлубаАльпейского. На переднем сиденьи этого «самохода» ничего не было слышно, потому что мои колени закрывали уши – я едва поместился. А на следующий день поднялись с другом на гору Каспровый Верх неподалеку от Закопане. Погода была ужасной, мы едва видели друг друга в тумане. Мачек неведомым чутьем нашел путь вниз к отелю Мурованец, где работала его жена. И потягивая «каву дюжу с млеком» (большой молочный кофе) я поздравил себя с первым восхождением в Польских Татрах. Надеясь, что следующий маршрут – не за горами.

Прошло семь лет. В такой же сумрачный день я выдавал веревку напарнику, что лез впереди. По Татрам расползалось серое «нечто», из которого периодически сыпало еще что-то более «нечтовое». Но в душе царил праздник.
- Это маршрут Робаковича, - отвечая моим мыслям крикнул сверху Адам Белецкий. – Стоило сюда приезжать, чтобы по огородам шарахаться?!

Подобное я уже слышал от Игоря Чаплинского в Крыму. И в самом деле! Татры были вызовом, мечтой. И теперь, когда появилась возможность порезвиться в колыбели польского Гималаизма, я предпочел свалить ответственность на Адама. Это были его горы, где он вырос и знал каждый уголок - ущелье озера «Морские Око». И пошли куда глаза глядят.
Белецкий очень бодро и смело пролез первые пятьдесят метров, исчез в какой-то пещере. Принялся выбирать веревку. Так что я без сомнений отправился следом. Словно всегда лазил здесь. Как будто зима навеяла привычные образы.

Все было кратко и лаконично – как привык. Команды, лязг тяпок и скрежет кошек по скале, позвякивание «железа», спокойная уверенность на сложных участках. В последний год мне не хватало этого дорогого ощущения. Хотелось зимних восхождений в близких горах. Чтобы тренироваться, чувствовать локоть и мастерство напарника, преодолевать холод, делать рискованные выходы… Это было в ущелье Туюксу. Когда-то… давным-давно… в прежней жизни. А теперь отозвалось эхом Татр.
- Это ты абсолютно правильно сказал, - поблагодарил я, подкорячившись ближе. – Что-то необыкновенное. Здесь невозможно лазить по-другому.
- Ты про траву? – кивнул Адам из сумрака.
- Так, барзо лепше, - я осклабился, зафиксировавшись на ледовых молотках. – Трава, это лучший друг альпиниста.
- Татерника! – поправил он.

После первой веревки я поверил в слова Адама. Вечером они воспринимались шуткой, однако, на деле оказались правдой. Смерзшиеся влажные кочки, участки почвы и пучки травы были идеальной породой. Тяпки входили в нее легко и надежно. Надо было точно ставить их, не сильно вбивая – самыми кончиками. И доверять. При том, чтобы основная нагрузка элегантно распределялась в ноги. Каждым шагом убеждая, что не зря тренировался на скалах весь февраль.

- Монозубу поверил? – ухмыльнулся Белецкий. – Работает?

Я вщелкнул самостраховку, закинул ногу на стенку небольшого грота, где расположился на станции напарник. И с интересом потрогал кончик однозубой кошки. Это был первый опыт.
- Твоими устами мед пить, - проворчал себе под нос с нескрываемым восторгом. – Он реально во всех направлениях работает. На такой точке можно чудеса вытворять.
- Так! После того, как я его попробовал на драй-тулинге, к прежним кошкам не вернусь.

Через час на соседней вершине, прорвавшись сквозь облака, вертолет высадит нескольких человек. Они будут отрабатывать какую-то схему, словно на тренировке. «Наверное, спасатели», - оценит Адам. Мы вопреки обыкновению долезем до вершины Мних (2069м) по одной из заковыристых линий на скальной башне. Вечером в Рефьюдже «Старый Моко» соберутся ребята со всех концов Польши, будут обсуждать пройденные маршруты, строить планы «назавтра», пытаться (безуспешно) обыграть Адама в шахматы.

По дороге будут гулять красивые девушки, с интересом разглядывая альпинистов. Туристического вида дядьки с завистью будут глядеть на Адама, вслед которому несется восторженный шепоток… А завтра мы пролезем гребень на Большой Мегушавецкий Щит по интересной микстовой линии. Это такой мир. Обыкновенная планета Польского Альпинизма. Где волею случая удалось оказаться и мне.