На мозаичном полу знаменитых Тбилисских серных бань стояли пыльные горные ботинки. Под их подошвами были, теперь уже, два самых известных кавказских пятитысячника и сейчас они просто отдыхали. Имели полное право.

График поездок на это лето был плотным и надо было всё сделать правильно и заранее. Решив, что можно быть умнее телевизора, я отдал свой заграничный паспорт какому-то визовому агентству в надежде получить латвийский шенген и спокойно убыть в Германию на выставку. Но Мироздание не обманешь, и по прошествии недели,у меня в руках вместо паспорта оказалась пачка документов. Документы требовалось подавать самому во французский визовый центр. Пришлось идти, ждать и уже у окошка узнать, что фотография у меня не правильная. Плюнув на всё, я отложил процесс получения визы до понедельника и убыл со своими ребятами на марафон «Тропа мужества».

В понедельник ноги ещё гудели после 70 километров марша, но фото было сделано правильное и документы поданы.
Вторник 22 июня упал на голову, как кусок штукатурки. Паспорт был во французском консульстве, а самолёт на Тбилиси улетал 28 июня в ночь. Колесо судьбы со скрежетом начало тормозить. Утро 28 июня не принесло добрых вестей, и журналисты Men's Health Россия улетели в Грузию без меня.
Билеты я успел передвинуть на 2 июля, потратив на это практически последние деньги. Оставалось только ждать и молиться.
Умная девочка Хельга Шошина посоветовала написать письмо в консульство, приложив к оному копию билета, что я и сделал, написав в письме просто и понятно: альпинистское восхождение на вершину горы Казбек. Альпинистов, вообще то любят, как показывает практика.

Паспорт был получен на руки за 5 часов до вылета. Были сборы недолги, так как весь шмурдяк уже неделю лежал ровным слоем на полу, и лишь выработанная с годами суеверность не давала его упаковать в рюкзак.
Аэрбас взлетел в чёрное летнее небо унося меня на встречу давней мечте. Сна не было ни в одном глазу. В организме ещё плескалась текила, выпитая в Гадком Койоте.

Тбилиси встретил влажной духотой юга, "Большой И" закинул мои шмотки в багажник, вручил мне два газовых баллона, связку чурчхэл и повёз кормить. Я тихо офигевал от увиденного. В силу того, что не спал и что последний раз я всё это видел 25 лет назад.
Колесо судьбы начало ускоряться.

Далее был бросок по утренней трассе в Степанцминду, как теперь именуют Казбеги, закупка чая, сахара и лаваша. Кофе на веранде с видом на монастырь Цминда Самеба, белая Делика, ползущая вверх по горной дороге, и я оказался в начале своего пути.

Финишем дня подразумевалась ГМС Казбек или Бехлеми Хат. Взвалил на себя рюкзак и пошёл по тропе вверх. Надо отдать должное, Мироздание оказалось гуманным и заслонило палящие кавказское солнце облаками.

Пыхтя и упираясь я, таки, к 18 часам дошёл до подножья морены, на которой стояла метеостанция. Чего мне это стоило я вам сказать не могу, так как просто не хватит запаса приличных слов, но это было так. Бросил внизу верёвку и палатку и пополз наверх к метеостанции, где зарегистрировался, нашёл своих журналистов, напился Адаптовита и рухнул спать. Начало было положено.

Весь следующий день был посвящён акклиматизации, которая заключалась в отказе от курения по утрам и экскурсии вверх по Гергетскому леднику, с целью посмотреть, что там впереди. Журналисты тусовались тут ещё раньше и успели сходить к часовне, что была сделана из старой кабинки от канатной дороги и, установленная на жандарме, возвышалась над метеостанцией.

Ярких признаков горняшки не было, а лёгкая головная боль быстро глушилась цитрамоном. Журналисты, пока нервно ждали меня, получили указание от Главного редактора брать гида и идти самим наверх, что меня, кстати, сильно позабавило. Гид оказался вменяемым парнем, и мы договорились идти вместе. Два опытных человека в горах всегда лучше, чем один.

План был таков: 4 июля мы выходим на Казбекское плато, ставим палатку, ночуем и в 4 утра 5 июля выходим на штурм. План полностью соответствовал моим наработкам и позволял сделать всё без фанатизма. Погода нам благоволила. Ветер, ещё вчера натурально сносивший с ног, успокоился, и в 7 утра мы двинулись вверх по леднику.

Ледник был рваным как старая простынь. Со склона Казбека с грохотом катились камни, освобождённые солнцем от ледового плена. Иногда приличных размеров чемодан, с грохотом катившийся по склону, заставлял инстинктивно вздрагивать, но тропа была выше и путь наш был безопасным. Но коварные трещины таки нашли себе жертву. В качестве которой был выбран редактор Men's Health Россия Антон, прозванный мною «Писателем». Антон провалился по грудь, проломив снежный мост, но так как был в связке с нами, извлечение прошло безболезненно, а Ваня dementievskiy, наш фотограф, успел сделать пару фотографий.

Встреченная связка из двух иностранцев и грузинского гида, получила наши поздравления «с горой», а гид сообщил, что на верхнем плато сильный ветер, и я принял решение базироваться ниже.

GPS показал 4 330 метров. На нашу удачу, недалеко от тропы нашлось и место под палатку, с уже готовой снеговой ветрозащитной стенкой. На следующий день, после себя, мы поселили там поляков.

Антон кашлял и ловил глюки. Горняшка – баба склочная и противная. Я молился за то, чтобы у него не началось ухудшение, так как вторые спасы я бы не выдержал. Если вы помните, я уже писал про о, как 25 лет назад мы ушли с плато на спасательные работы и не взошли на вершину.

Подъём в 3 часа ночи. Принимаю решение и озвучиваю его- Антон остаётся ждать нас в палатке. Связываемся втроём и выходим на верх. Бато лидер, Ваня в средине, я замыкаю. Хрум, хрум, скрипит по кошками фирн. Горный рассвет начинает раскрываться во всей красе. Хмарь начинает затягивать мир. На остановках Ваня dementievskiy щёлкает затвором, стараясь поймать картинку. Перемычка, медленный, мучительный подъём на вершинную башню и вот он, финал. Дальше дорога только вниз.

Ветер рвёт из рук флаги, облако накрывает вершину.

Быстрая фотосессия и вниз. Когда мы спустились к палатке где нас ждал грустный, но живой и здоровый Антон, небо над вершиной стало опять голубым, а солнце ярким. Мирозданье, оно такое Мирозданье…

Спуск к метео, журналисты убегают вниз, а я остаюсь до завтра. Ноги гудят, самолёт у меня в ночь на 8 июля, торопиться некуда. Через три часа я уже сижу за столом с ребятами из Донецка и беседую с коренным тбилисцем Гариком Кандаряном. Гарик, абсолютно позитивный человек, в буквальном смысле большой, пришёл на метео с одной только целью, завтра, в свой день рождения, подняться на часовню и помолиться. Мы договариваемся завтра идти вниз вместе.

Утром я встречаю Гарика на спуске, поздравляю его, дарю ему батончик «Зарядки» и в 9 утра мы начинаем спуск.
А потом была дорога вниз, обед на той же веранде, где я пил кофе, дорога в Тбилиси, где меня передали с машины на машину и "Большой И" повёз меня в знаменитые Тбилисские серные бани.

Круг замкнулся.