 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
* * *
Минут десять позднее. В голове будто сон не досмотрел. В легких жидкость, одышка. Плюнул кровью, боль под левой лопаткой. Я в трещине, на наклонном снежном мосту, голова ниже ног.
Хюг кричит, я тоже издаю звуки.
Ледоруба в руках нет. Двигать могу всем, но в левой руке нет сил. Упираюсь, поднимаюсь, под правой ногой открывается дыра. Нужно аккуратнее. Встал, пошёл.  |
 |
* * *
Звонки не проходят, только смс. Хюг написал приютчице Шарпуа, та связалась с ПеЖеАшЭм. Вопросы – ответы по смс.
Я тем временем оделся и достал телефон: он погнут и экран разбит, но включаестя и звонок проходит. Фонарь тоже разбит, но работает.
21:30. Спасатели услышали мой хриплый голос. «Если зависнем на одном полозе, зайти в салон сможешь?» «Да».
Вскоре подтвердили, что прилетят. Но не сразу, так как нужно готовиться к ночному полёту.
(Ночной полёт - это VFR с использованием прибора ночного видения). Месяцем позже, гуляя по горе Салев я встретил вертолёт Securite Civile. Пилот рассказал, что они уже лет 10 спасают ночью, PGHM - года 3 – 4, а армия летает ночью лет двадцать.
Около 22:15. Шум винтов, свет фар. Нас ищут ниже, приходит смс – «не видим, светите вверх» (Хюга предупредили, что светить в сторону вертолёта нельзя, чтобы не ослепить пилота. Потом ему рассказали, что полная луна мешала, слепила).
Зависли над нами, ушли на круг. Второй подлёт, спасатель на тросе и через несколько секунд он у нас. С ним большой рюкзак – если не увезут, то хоть не замёрзнем (я уже здорово окоченел, хотя и не было холодно). Он проверил мою обвязку и замуфтовал карабин.
Третий круг, на тросе второй спасатель, карабин с его лонжи цепляют за мой, секунд двадцать, и меня втащили в салон.
Четвёртый заход, подтянули первого спасателя, Хюга и 3 рюкзака. Я прилёг на полу, дали кислород и бумажку, записать имя и фамилию. Спросили, смогу ли я сам выйти, сказал, что да.
Минут через десять сели на базе в Буа. Пришёл врач, сказал, что перезаправятся и отвезут в больницу в Салланш. Видимо, у меня дело серьёзное, иначе отвезли бы на скорой. Хюга и мою (нетронутую) каску оставили там.
* * *
Около 23:00. Сели у больницы, уже ждут санитары с носилками. Вчетвером переложили и покатили.
23:07. Звонок жене. «Камень… вертолёт… больница в Салланш». Телефон по-прежнему работает…
Смогли снять куртку, не разрезав. УЗИ (то, что говорил врач про кровь в селезёнке и т.п. не подтвердилось), рентген не сходя с кровати и полный сканер, включая голову. «ЭКГ делать бестолку пока он дрожит» (согрели простынёй с электроподогревом и сделали).
Пять рёбер (потом сказали, что девять) и ключица. Гемопневмоторакс. Умереть от этого можно быстро, если повреждены оба лёгких, либо если жидкости много и она сдавит сердце. У меня дыра в левом легком 3 см. Не понятно, что было бы, если бы вертолёт не прилетел.
Удар был двойной, камень либо неровный, либо он по мне прокатился. Однозначно, что прошло по касательной. Удар в плечо пришёлся на лямку рюкзака. Часть энергии погасил рюкзак и те вещи, что были сломаны в его кармане. Даже страховщик сказал, что мне повезло…
Пришёл хирург, вколол в бок, разрезал, вставил зонд. Я ненадолго вырубился (на этот раз без снов). Когда зонд снимали через два с половиной дня, я увидел, что он сантиметров 20 и с мизинец. Уже потом посмотрел видео в интернете – самая толстая модель, на случай, когда присутствует кровь.
Через зонд создают пониженное давление в плевральной полости, и лёгкое само расправляется. Заживает оно быстро.
Больница организовала скорую из Анси, чтобы перевезти в Женеву. Красиво, с мигалкой.
Нас никто не ждёт (степень срочности уже не та). Французские санитары привезли меня (а также мешок с вещами, рентген, распечатку и СД-ром сканера) в реанимацию.
31/08 05:04 Смс жене. Снова рентген в положении лёжа. Окол семи меня превезли в палату. Поменяли французский чемоданчик для крови на швейцарский. Одели корсет для руки. Протёрли ледниковый песок с лица.
Воду не давали, только внутривенно: «не знаем, будет ли операция на ключицу». Но дали сосуд. Пришла комиссия врачей по части груди… аудиенция заняла минуту: всё ок.
Отвезли на рентген (выдали трусы).
Вдруг несут бутылку воды и обед. Резать не будут. Апетит мощный. Спросили, что буду есть, выбрал много из длинного списка. Если бы я сказал, что зависим от алкоголя, то давали бы вино…
Пришёл физиотерапевт, поднял меня за правую руку с кровати и показал как отсоединять чемоданчик для крови от насоса в стене. Повёл гулять по коридору и сказал, что мне нужно ходить как можно больше. На следующий рентген я пошёл пешком, и обратно с минус первого до четвёртого этажа по лестнице. Сосуд больше не понадобится.
Врача по части ключицы я увидел только на следующий день: носить корсет, даже ночью (но я его снимал) и записаться ко врачу в городе (дал список). Аудиенция опять заняла минуту. Мой случай явно прост.
13 этажей по лестнице: с минус третьего до 10. Дыхание восстанавливается на глазах.
Вместе с обедом дали рекламу вечернего концерта. Я там был едиственный зрителем в больничной робе (и с чемоданчиком для крови). Удивительно высого качества джаз на гобое.
На третий день вынули зонд и затянули швы, поставленные французским хирургом. Это совсем не больно. На четвёртый отправили домой.
На шестой день я пошёл на четырёхчасовую прогулку по пересечённой местности, оступился и дёрнул плечём. Стало неприяно хрустеть в суставе.
7/09 и 14/09 рентген и консультации у ортопеда. Он сказал, что хруст не страшен и что если сломанная кость движется, то костная мозоль образуется быстрее (то же самое мне говорил хирург в больнице, но применительно к рёбрам… там правда выбора нет). Ещё он сказал, чтобы я перестал пить лекарства, прописанные в больнице, особенно противовоспалительное.
17/09 сняли швы: у молодой врачихи это долго не получалось, т.к. во Франции их кладут непривычным для неё способом.
Врач прокрутил фильм со сканера (он у меня есть, но нет софта). Сломаны рёбра с первого по пятое, шестое вроде цело, седьмое и восьмое сломаны сильно (та самая болевая точка под лопаткой), а потом он заторопился и фильм мы не досмотрели. Это он мне сказал про девять рёбер, говорит, со слов коллеги, который в этом специалист.
Всего рёбер 12 пар, но последние две не соединены с грудиной, и сломать их трудно.
28/09 (четыре недели) – разрешили снять корсет.
05/10 – первый сеанс физиотерапии (эффективным оказался массаж).
08/10 – сел за руль машины.
26/10 – сел на ведосипед.
29/10 - последнее посещение ортопеда. Я наконец узнал, где был перелом… вовсе не там, где на рентгене широкая щель между ключицей и плечём…
Всё ОК.
Осталось научиться подтягиваться и отжиматься.
* * *
 |