На самом деле я даже рад, что познакомился с такой фееричной женщиной, как Самсонова. Она очень позитивна и постоянно фонтанирует идеями. Правда, её представления о мироустройстве несколько отличается от реальности, но так даже интереснее. В конце концов, я в какой-то степени научился общаться с ней и даже участвовать в совместных проектах. Обычно это происходило так: стремительная Самсонова, сверкая глазами, с вдохновением врывалась к нам в отдел и настойчиво предлагала принять участие в каком-нибудь безумном проекте.
- Давай, - говорит, - организуем поход в пещеру, на Бирюсу. Я приведу человек тридцать желающих и обеспечу теплоход.
Немного изучив характер Самсоновой, понимаю, что желающих будет максимум десяток. Но и то много: у меня снаряжения хватит на шестерых. Например, фонарей на всех не хватит.
- А ты вдоль всего маршрута свечки расставишь, - не теряется Самсонова, - так даже интереснее получится…
Пытаюсь представить себе, сколько свечек понадобится, чтобы осветить подземный путь длиной в три километра. Не получается, нет у меня столько воображения. Как это Самсоновой удаётся выдавать такие идеи?!
- Могу сводить шестерых, - отвечаю, - но только встречаемся уже на Бирюсе. В теплоход не верю, пойду на байдарке.

Гуляем по пещере

Сидим с Быстрой Ложкой на берегу Бирюсы. В условленное время нет ни теплохода, ни шестерых туристов, ни самой Самсоновой. Прогулявшись по пещерам вдвоём, возвращаемся. Недалеко от плотины слышим из леса какие-то крики. Фигурка по берегу бегает, нас зовёт, огромная собака рядом. Да это же Самсонова с Эри! Ладно, подплывём, узнаем, что им нужно.
- Ой, как хорошо, что вы меня услышали! – радуется Самсонова. – Мне ведь удалось только этот залив на попутной моторке переплыть. Застряла тут: ни до Бирюсы, ни обратно… Катеров почему-то нет.
Байдарка под тяжестью Самсоновой, двух рюкзаков и чудовищной Эри просела до фальшбортов.
- Осторожнее гребите, - смеётся Самсонова, - как бы байдарку не утопить…
Зимой история повторяется: фееричная оптимистка обещает привести двадцать человек и обеспечить транспорт, а я веду.
- Соглашайся! – подсказывает Быстрая Ложка. – Она приведёт шестерых, зато машина будет!
Соглашаюсь. Самсонова привела пятерых. Но машины все равно нет… Как всегда, с транспортом промашка вышла. Ладно, добираемся пешком. На льду моря нас подбирает «Буран». Его санки в самый раз для двоих будут, втроём уже тесно. Ничего, уместились ввосьмером. Куча кулей и людей получилась метра в полтора. Ложка с разбега запрыгнула на самый верх. Я встал между «Бураном» и прицепом, упираясь сапогами в узкие выступы. В качестве оплаты мы предложили водителю бутылочку спирта, но он пьяно отмахнулся рукой:
- Я за рулём!
Поехали… Эри с радостным лаем бежит рядом, потом отстаёт. Буранщик в хмельном угаре выжимает газ. Надрывно рыча, горячий мотор выдаёт максимум. Многоэтажный транспорт подпрыгивает на кочках. С трудом удерживаюсь на выступах. На повороте куча груза кренится и опрокидывается. Спрыгиваю в последний момент. Оказывается, не очень приятно на высокой скорости прыгать спиной вперёд. Неизвестно ещё, куда прилетишь. Мы собираем кучу заново, едем дальше. Снова поворот. Санки набок, кули веером. Может, кто-то и не поверит, но мы добрались без травм.

Спуск в пещеру. Эри подходит к краю воронки, заглядывает в темноту, шумно нюхает воздух и с изумлением таращит глаза. Что?! Лезть туда?! Нет, спелеология её не интересует. Возле входной воронки большая яма, давно приспособленная под свалку. Вот где много интересного можно найти! Эри увлеклась поисками, а мы спуском шмуток. Поскольку перемещать собачку весом с нормального человека задача сложная, Самсонова заранее меня успокоила. Дескать, детали она продумала. Смотрю, она действительно напяливает на псину грудную обвязку, беседку…Сверху приладила карабин. Что ж, не придерёшься, собачка упакована по всем правилам, вылитый альпинист. Креплю за карабин страховку, подвожу к воронке, подталкиваю, однако тут Эри сопротивляется, оборачивается, и в её умных глазах отчётливо читается:
- Ты что, сдурел? Куда ты меня пихаешь?

Парадоксальный кальцит

- Она без меня не пойдёт, - спохватилась Самсонова, - надо сначала мне спуститься. Потом я её позову, и она прыгнет на голос.
Так и делаем. Эри слушает голос хозяйки, доносящийся из глубины пещеры, шевелит ушами, но спускаться наотрез отказывается. Андрей придерживает верёвку, а мы с Маратом аккуратно подталкиваем псину. Передними лапами Эри уже на глинистой катушке. Но там, дальше, темно и страшно. Собака пятится. Марат пихает её в бок. Эри, на секунду потеряв равновесие, испуганно бросается прочь, сбивая с ног меня и Марата. Мы падаем в мусорную яму. Поскольку Андрей крепко держался за верёвку, то и его сбросило на наши головы.

Стряхнув с себя снег и консервные банки, мы осторожно выглядываем из ямы. Такой злобной псины мы ещё не видели! Шерсть дыбом, рычит, клыки показывает, а пасть, как у бегемота.
- Не бойтесь, - раздаётся глухой самсоновский голос из воронки, - она укусит только в том случае, если испугается!
Успокоила! После таких слов нам уже и не хочется из ямы вылезать… Только Быстрой Ложке удалось утихомирить разъярённую собаку. Мы выбрались из ямы и вновь подвели Эри к тёмному входу.
- Будем действовать иначе, - говорю, - вы её направляйте, а я придам ей ускорение.
С размаха я врезался плечом в умную собаку. Она взвилась в воздух, и Андрей тут же стравил верёвку. Как ни странно, больше проблем не возникало. Под землёй Эри двигалась осторожно, не скользила, не падала, самостоятельно проползала через калибры. Действительно, умная тварь! Более того, даже остроумная. Она встречала каждого, кто выбирался из тесного калибра. Первым её испугался Артемьев. Эри тут же поняла, что в её власти настоящий аттракцион!

День был праздничным, и народ валил в пещеру группа за группой. Едва заслышав шум приближающихся людей, Эри, в предвкушении виляя хвостом, бросалась к калибру и пряталась за камнями. Ничего не подозревающий спелеолог полз на животе, головы не поднять, пыхтел, с трудом просовывал в узкое отверстие голову и собирался уже ликовать… И тут из темноты азартно выныривала пара огромных красных глаз, зловеще отсвечивающих в лучах фонаря!
- А-а! – непременно кричал каждый.
Туристы в шоке, собачка в восторге! Хорошо ещё, что у спелеологов нервы крепкие, хоть без инфарктов обошлось.

Наш уютный лагерь

Завершив экскурсию по пещере, мы залезли в палатку и улеглись спать. Ночью слышу рядом какое-то движение, но фонарик включать лень. Помню только, что с той стороны Артемьев лежал. Пощупал: мощная шевелюра. Странно, думаю, что это он без шапки спит? Утром всё прояснилось. Собака замёрзла и полезла греться в палатку. Места нет, так она прямо на Артемьева и улеглась. Попытался он её выгнать или хотя бы спихнуть – дудки. Здоровенное животное! Тогда Артемьев сам вышел наружу…

Так собачка отыгралась за свой испуг. Умная, ничего не скажешь.

В пещере

При возвращении оказалось, что Самсонова не очень хорошо владеет скальным лазанием. Собака - тем более. Обвязали мы их верёвками, сами вылезли наружу. Решили сначала собаку поднять до перегиба, а потом хозяйку, чтобы она помогла Эри. Тянем ту верёвку, на которой собака. А снизу шум! Орут обе.
- Назад! – кричат, - назад! Теперь выбирай!
Тянем. Шум изнутри пуще прежнего. Что же там происходит? Послали на разведку Андрея. Вернулся он через минуту, пополам согнулся и сказать ничего не может, хохотом давится.
- Ва… Вы… верёвки перепутали. Вместо Эри подняли Самсонову. Она в воздухе парит, как птица альбатрос, а собачка внизу переживает, что в одиночестве остаётся…
…Возвращаемся. Самсонова полна новыми идеями:
- В следующий раз мы поведём с тобой двадцать человек… на лыжах! Мы же все лыжники! В первом гроте ледяная катушка метров тридцать, на лыжах со страховкой вполне можно спуститься… Готовься, Миша!