Не стало Михаила Семёныча Левина
погоды не добры
у самого подножья,
начала той Горы... Но кто сказал, что с подножья начинаются горы?
Они начинаются с нашего горя.
Там камни гранитные в шрамах фамилий,
отсечены все недожитые годы,
ушедшие стиснуты в тесных могилах,
вослед нам прошепчут: "Погоды… погоды… погоды..." А горы смотрят мимо,
печальны и тихи,
как раннего Тувима
щемящие стихи: "Я, может, день там прожил. А, может, прожил век.
Я помню только утро и белый-белый снег…" Иначе быть не может:
погоды не добры
у белого подножья,
начала той Горы,
той гибельной горы... * Cебе к 70-летию - мелодия, увы, заимствована у Эдит Пиаф С известным альпинистом Маммери
сидел я как-то в общей камере.
Мне не хватало вида на море,
ну, а ему - высоких гор. и у окна присев на корточки,
мы, словно в клетке две чечёточки,
под зарешёченною форточкой
вели неспешный разговор. Он говорил: "Сейчас на Накру бы…" -
а мне в Пицунду или в Гагру бы -
там хату снял бы я и бабу бы
и припеваючи залёг! А он твердит что восхождение -
одно сплошное наслаждение,
и что, прощая прегрешения,
Мужчинам Гору дарит Бог! Ему во сне - вершины дальние,
где нету счастья без страдания,
а мне - блондиночка под пальмами
без ледоруба и трусов… Разит по камере парашею,
от мутной лампы свет оранжевый
и скалится над снами нашими
дверной откованный засов.