11 ноября, в клубе "Ред Фокс", открывается фотовыставка Леонида Мач "Непал, как много в этом слове для сердца русского слилось!".

Намастээ! Впервые я посетил в Непал в 2003 году. Прошло пять лет, страна изменилась, прогрессом это назвать я не решаюсь, но автомобилей и мотоциклеток на улочках Катманду стало больше и укорачиваться от них стало тяжелее.
В голове вертится, выдержка из непальского закона: "Если водитель сбил на смерть человека и при этом не виноват, от уголовной ответственности он освобождается, но оплачивает дрова на кремацию потерпевшего".
С коровами сложнее, но теперь, когда власть короля свергли, конституцию переписали, официальный индуизм отменён, с коровами тоже должно стать проще. Но, всё равно, на мясо, думаю не сбивают, как оленей на нашем севере.
В Непале фотограф на фотографе сидит, фотографом погоняет. Я, дабы не перенапрягать свою сутулую спину, специально для путешествия приобрёл Canon Power Shot G9.

Когда несёшь тяжёлую аппаратуру, возникает ощущение, что ты кому-то что-то должен. В Непале я не на работе и никому ничего не должен.
В 2003 ем, я таскал Пентакс 6 на 7, три объектива, штатив. Теперь переболел. Народ телевеки, штативы тащит, а я приехал ноги размять, жирок растрясти и пофотать в своё удовольствие.
Приезжих, в основном молодёжи, больше, музыка громче. Да и я стал старше, зануднее.

С победой маоистов на улицах исчезли воинские патрули, сняли блок пост с танкеткой на выезде из аэропорта. Благодаря недавним событиям, приезжих всё же меньше, чем должно было бы быть.
Доброжелательные по непальски, полицейские в сером камуфляже и деревянными палками. Недавно на улицах Катманду, эти самые полицейские, этими самыми палками разгоняли демонстрации тибетских беженцев.
Красные флаги, серп и молот. Родные детали в чуждом русскому глазу пейзаже города Катманду.
Че Гевара, из всех лидеров мирового коммунистического движения непальцы выбрали самого положительного, борца с мировым империализмом Че. Марксизм - ленинизм, развитый великим Мао, выглядывает из многонациональной пестроты, густо замешанной на буддизме - индуизме, как-то с краю и как бы из-под тишка.

А так всё по-прежнему - естественный запах большого города забивается благовонными дымами ароматных палочек, на обезьяньем холме переругиваются обезьяны, мелодично, гудят автомобили, в удлинившихся за пять лет автомобильных пробках.
Автобус в сторону Покхары, через перевал. Блокпосты разобраны, только иногда видно полицейского, мирно выглядывающего из своей будки. Открыл окно, щёлкаю придорожные сюжеты. Увлёкся, хорошо, что Д5 дома оставил, с мыльницей ловчее. Сам Картье Брюссон снимал Лейкой, Canon Power Shot G9 напоминает Лейку.

В 2003 отснял сорок плёнок, сделал календарь, в который вошло 13 кадров, ткнулся в журналы, оказалось, что по Непалу всего полно. Ступы с горами и флагами, яки с обезьянами, носильщики с тюками ужасно надоели.
Что снимать? Тогда выручил "рыбий глаз", снимал по возможности против солнца, получилось оригинально, но, через пять лет, повторяться, желания нет. Теперь выручают молот с серпом. В каждой деревне красные флаги, серпы с молотами. "Хочешь жни, а хочешь куй, всё равно получишь +".
Каждый раз хочется спросить по непальски встречного носильщика: "Что, наши уже в городе?" Почему-то вся эта коммунистическая символика воспринимается как игра. Может потому, что физиономии Лукича не видать?
На подходах к Манангу появился чанг - жизнь наладилась. Вместе с чангом появились снежные горы. Манаслу, гребень Аннапурны - теперь мы в настоящих Гималаях.

Монастыри, традиционные молитвенные флаги, как встарь. Тропа приобретает свой настоящий вид, народу меньше, впереди перевал Таранг - Ла. В одной из лоджий на стене портрет короля с супругой - здесь хозяйничают монархисты.
Хоть и не имею малейшей симпатии к буддизму, не могу я простить им непочтительного отношения к кошкам, но тибетцев жалко. В коммунистический Китай им возврата нет, в Непале их загнали в высокогорье, почти в снега.
Хочется верить, что эта маленькая страна найдёт свой путь в современном мире, и мы сможем сюда вернуться. Встретить на тропе совершенно незнакомых людей и улыбаясь, произнести нараспев: "Намастээ".