Дедушка, а что такое альпинизм?
Это хороший способ перезимовать лето, внучек.

Южный Иныльчек, 2004 г., 4 августа.

Наконец-то сегодня вся наша команда в сборе. Это Дима Москалев, Слава Пашков, Бидзина Гуджабидзе и я, автор этих строк, Санчо или Саша Чесноков. Сейчас мы находимся в Базовом Лагере (БЛ) на высоте 4100 м на леднике Южный Иныльчек, куда нас забросили из Кар-Кары с высоты 2200 м. Во время полета вертолет, пролетая над хребтом, поднимался на 5000 м. Так что можно считать этот полет началом акклиматизации. Кстати, показания о высоте снимались с супер часов Димы Москалева. Данные очень полезны, особенно на Большой Горе и при плохой видимости.

На леднике мы поселились в лагере Миши Михайлова, старого (в смысле давнишнего) друга Димы Москалева. Условия просто супер. Палатки-полубочки с тамбуром. На равнине в такой можно жить и вчетвером. Здесь мы живем, как в одноместных номерах. Но не потому, что мы такие толстые или важные, а просто вещей у всех по два баула, плюс продукты на гору и газ. А у Димы так вообще солнечная батарея персональная на крыше. И компьютер имеется, и спутниковый телефон. Медиа центр, да и только.

До ужина ходили в гости в лагерь к Даниле Ивановичу. Очень колоритная личность. Никак не хотел отпускать нас обратно. Смогли уйти от него только после хорошего застолья с напитками и поедания селедки собственного засола и сала.

А потом был ужин в нашем лагере у Миши Михайлова. И как всегда просто «на убой». Все завершилось абрикосами и бутылкой «Мерло», которую пили вместе с Мишей под его рассказы про Жану, и Димины рассказы про различные «спасы» и его объем легких.

Аппетит пока есть. Правда, головка немного бо-бо. То ли от высоты, то ли от спиртного. Сегодня уже испытал штаны «Винд Блок» от «Баска» и пуховку «Эверест». Все ОК. А сейчас буду испытывать спальник, а если понадобится, то и Пис Батл. Но об этом в следующий раз.

Сегодня 5 августа 2004 г. Годовщина гибели Вани Москалева. Прошло 3 года, но такое чувство, что все это случилось вчера.

Сегодня после завтрака наша команда Дима, Слава, Бидзина и я, а так же еще несколько грузин, среди которых были Апи Гигани и Лева Саркисов, ходили к Ваниной табличке на другую сторону ледника. Положили у таблички цветы, помянули Ваню, посидели у камней. К обеду вернулись в лагерь. С ледника открывалась Победа и путь подхода к Хан-Тенгри. Все-таки, очень удивительное явление природы ледник. Где-то ледник почти ровный, как стол с прочерченными на нем длинными ровными темными полосами, а где-то по нему бегут ручьи, образуются ледовые стенки, маленькие озера и трещины.

Да, а на обед сегодня кроме уже привычного изобилия был виноград, абрикосы и яблоки. А вечером Дима обещал нас кормить аминокислотами и еще какими-то колесами. А сейчас лежу в палатке, и глаза закрываются сами собой.

6 августа 2004 г., видимо пятница.

Сегодня планируем подход до лагеря 1 (4200). Выходить нужно в 16.00 и идти около 2-х часов. Сейчас собираем вещи. Планируем выход для акклиматизации на 3-4 дня. Рюкзак BAFIN 55 конечно очень удобный, но вещи в него влезают с трудом. Видимо спальник придется подвешивать сбоку. Слава Пашков уже почти упаковался, сидит и читает «Луну и грош». Бидзина штопает верхонки, а Дима зарылся в палатке, и подбирает нам «колеса» для горы. Давно я не ел такое количество капсул, таблеток, таблеточек и таблетищ. Главное, чтобы на пользу. Ну ладно, пока закругляюсь. Будем собираться дальше.

13 августа 2004 г.

Сегодня планируем второй выход на гору. Если повезет, то он же должен стать выходом на вершину Хан-Тенгри. Но, как говорится, «не говори гоп»…

Дима Москалев лежит в соседней палатке в позе Данаи или Дианы и качает почту. Сборы в основном завершены, ждем обед и вперед, в лагерь 1 на поворот на 4200 м. Акклиматизация постепенно набирается, жизнь налаживается, Димин прибор сегодня за завтраком показал у меня процентное содержание кислорода в крови 87%, а у Димы аж 92% или 94%.

А вот без «аклема» было тяжеловато. Вот, что я записал в дневнике уже после возвращения с акклиматизационного выхода:

6 августа.
Мы вышли в лагерь 1 на поворот. Вечером, уже в лагере 1, неся пол-литра воды для ужина, я дышал с такой одышкой, будто бежал с ведром воды по лестнице вверх.

7 августа.
Выдвинулись в лагерь 2 на 5200 м. Пока это было самое стремное место маршрута. Слева над головой все висит, под ногами лежит то, что упало 5 августа, а мимо спасатели из Казахстана спускают на акье мужчину, которого удалось найти и откопать в ледовом завале.
Потом вошли в «мышеловку». Вокруг обманчивая красота. Снег, сераки, сосульки, тишина. Поднимаемся серпантином. Но если сверху вдруг что «выстрелит», то прятаться особо негде. После «мышеловки» силы мои закончились, и последний взлет к лагерю 2 на 5200 я тащился больше часа в ритме 10 шагов вперед, пауза, отдышался, 10 шагов и снова пауза. Хорошо, что на 5200 уже стояли 2 палатки Баск доктора Бориса из Эстонии, которые он просил нас снять и спустить вниз на обратном пути. В одной из них мы поужинали и заночевали.

8 августа.
С утра двинулись в сторону лагеря 3 на 5800. Шлось тяжело. После первого взлета (это примерно 100 метров набора высоты) меня ждал Дима. Посмотрел на меня и говорит: «Ну что, Санчо, пошли вниз? Давай еще раз переночуем на 5200. А то ты эти 100 метров набирал 1,5 часа … Это очень медленно. А завтра выйдем снова к пещерам на 5800». Я с радостью согласился. Димыч, спаситель ты мой!!! Спустились к палаткам, поели, поспали, и снова поели.

9 августа.
Утром нас разбудили радостные голоса Славы Пашкова и Апи Гигани. Про Апи Дима говорит, что Апи – низколетящий самолет. В том смысле, что быстро и без лишней помпы делает восхождения. Вот и сейчас Апи уже сходил на вершину Хан-Тенгри, а Слава, переночевав в пещере на 5800, завершил свой акклиматизационный цикл. Оба свои задачи выполнили и теперь спускаются в БЛ. Так же они рассказали, что оставшиеся грузины (Бидзина, Лева, Лука, Лери) вчера выкопали пещеру на пять человек и сегодня в 6 утра вышли на штурм вершины. Ну что ж, новости были хорошие, и быстро собравшись, мы с Димой вышли к лагерю 3 на 5800, к пещере. Шлось, конечно, лучше, чем накануне, но особой свежести не чувствовалось. Когда я наконец-таки дополз до пещеры на 5800, Дима уже успел ее расширить с 5-ти местной до 6-ти местной, вытащив еще около 3-х кубов снега. Мы разместились в пещере, поели, сделали чай себе и залили в термоса чай для грузин, ушедших на штурм вершины.
Примерно в 18.00 у входа в пещеру раздалось бряцанье «железа». Грузины с победой возвращались домой, обвешанные оттяжками, карабинами, с ледорубами в руках и с кошками на ногах. Судя по их замерзшим лицам, ветерок там дул сильный. Мы их напоили чаем, они нас угостили беконом с домашней Хмели-Сунели. Получается очень вкусно, когда на ленточку бекона наносится Хмели-Сунели, потом все это сворачивается в трубочку или рулончик и отправляется в рот. На горе, да еще в пещере, все это было просто сказочно. Прошла ночь, и 10 августа мы все вместе начали спуск в БЛ. Казалось бы, вниз не вверх. Но спуск мне дался тяжело, ноги заплетались. Некоторые участки преодолел просто на «ж» по снежному склону. И буквально пошатываясь, доплелся до БЛ уже по ровному леднику и морене.
А в БЛ был праздник. День рождения Миши Михайлова, начальника нашего лагеря, а так же супер спортсмена, МСМК, члена команды штурмовавшей Жану и вообще классного парня. И исполнилось ему 32 года. Стол ломился, напитки – рекой. Вокруг за столом хорошие люди, звучат интересные рассказы про горы. Чтобы не свалиться с устатку под стол, я только пригублял из стопочки под тосты за именинника, потом перешел на пиво, а с пива на минералку и Пепси-Колу. Организм требовал влаги и микроэлементов … Кстати, когда шли с Димой вниз с горы, я все донимал его, как классно было бы сейчас попить яблочного сока. А потом сижу у своей палатки, с трудом развязываю шнурки, стягиваю ботинки, и вдруг вижу, что к моей палатке идет Миша Михайлов с пакетом яблочного сока в руках. Улыбается и говорит: «Тут разведка донесла, что ты мечтал о яблочном соке…» Вот это номер! Вот это был сюрприз !!!

18 августа.

Сегодня мы вернулись с восхождения на Хан-Тенгри. Этот факт как-то еще не осознан до конца, но ощущение чего-то достигнутого присутствует. Но, начнем все по порядку.

Придя к пещере, проверяем свою заброску, котрую оставили в ней после акклиматизационного выхода. Все цело: Димина палатка BIBLER правильного желтого цвета. Как говорит Дима, правильная палатка может быть только желтого цвета, чтобы в ней в любую погоду было солнечно и уютно. Так же на месте было наше «железо», газ, кое-какие продукты. После проверки наших продуктов мы поняли, что еды то у нас с собой маловато.

15 августа.
Проснулись, позавтракали, повесили на себя «железо» и начали штурм перил для выхода на перемычку. Вышли на перемычку.

16 августа.
К утру ветер заметно стих. Мы выглянули из палатки: вокруг нас облачность и видимость так себе. Но путь вверх понятен, и, казалось, есть шанс, что облачность уйдет. По связи с Базой мы уточнили, что ближе к вершине облачности почти нет. А поговорив с ребятами из Барнаула Серегой и Славой, поняли, что у них на перемычке в лагере на 5800 в пещерах вокруг ничего не видно и метет. А поэтому они и Бидзина решили в этот день на восхождение не выходить.
Мы с Димой решили не менять наших планов и 16 августа в 8 утра вышли с 6400 в сторону вершины. Двигаясь по гребню с чередой стеночек и полочек, подошли к траверсу направо в кулуар. Далее движение вверх по кулуару. Первая веревка технически сложная идется по скальной стене. Далее еще две веревки вверх по крутому снежному склону. После выхода из кулуара траверс влево по острому, снежному гребешку и подход под скальную стену, за которой начинается выход на снежный купол. Когда я подошел к скальной стенке, Дима уже прошел ее, и я не видел, как лучше ее пройти. Стена была провешена, но отняла много сил на ее прохождение с жумаром. Стена технически сложная и находится уже на высоте около 6900. Преодолев скальную стенку, я услышал, как Дима зовет меня: «Санчо!». По несложным скалам я подошел к нему, мы глотнули чай и съели по половинке сникерса. Видимость – никакая, постянно дует ветер, по склону метет поземка. На наше счастье вверх по снежному куполу уходили перила из связанных между собой репшнуров и веревок, которые и определяли правильный путь подъема. Крутизна подъема по снежному куполу средняя, но ветер и снег не оставили ни остатков тропы, ни следов, и нам пришлось тропить. Если бы не провешенные перила, то при такой видимости трудно было бы понять, куда двигаться. Примерно через пять веревок перила закончились, и мы подошли к снежному ножу. Именно в этом месте в 2001 году сорвался Ваня. На ноже тоже начинались перила, но веревки были вморожены в лед и занесены снегом. Помощи от них не было никакой. Перед выходом на снежный нож, в конце перил, я привязал синий капроновый мешочек из-под продуктов. Эти мешочки сшила давным-давно моя Сашка, и теперь они были очень кстати. Я решил подстраховаться, чтобы на обратном пути было проще найти начало перил, ведущих вниз по снежному куполу. Перед выходом на снежный нож мы связались с Димой 20-ти метровым куском репшнура, и пошли вверх. Прошли нож, и вышли на предвершинный взлет, представляющий из себя снежные поля со скалками. Дима показал место, где он стоял в 2001 году в тот самый момент, когда Ваня потерял равновесие и сорвался со снежного ножа. После ножа двигаться было тяжело. Накатила психологическая и физическая усталость. Я уже слабо представлял, сколько еще до вершины. Откроется ли за очередным взлетом вершина или новый взлет. Мы с Димой продолжали идти в связке. И вдруг, после очередных скалок я увидел, что Дима уже стоит у триангулы, такой знакомой мне по прочитанным описаниям, и выбирает веревку.

Итак, на вершине мы были в 15.00. Подъем с 6400 занял у нас 7 часов. На спуске в кулуаре мы догоняем двойку ребят из Польши, наших соседей по площадке на 6400. Пройдя кулуар до середины, они решили повернуть вниз. Мы обходим их и продолжаем спуск. В 18.00 я спускаюсь к нашей палатке на 6400. Дима был там раньше меня минут на 10 и уже сообщил по дополнительной 6-ти часовой связи Мише Михайлову, что мы были на вершине в 15.00 и уже спустились на 6400. В этот день на вершине Хан-Тенгри кроме нас с Димой не было никого.

На вечерней связи в 19.30 договариваемся с Серегой и Славой из Барнаула и Бидзиной, что мы оставляем для них нашу палатку на 6400 с тем, чтобы на следующий день они могли бы отсидеться в ней ночью, возвращаясь с вершины. Ночью опять палатку трясли порывы ветра. Но в этот раз мы относимся к этому более спокойно. Нам идти вниз. Правда, ребятам нужно идти вверх.

17 августа.
К утру ветер стихает. Первоначальная мысль начинать спуск в 6 утра заменяется более здравой, и в районе 8 утра, оставляя палатку на 6400, мы начинаем спуск. Не пройдя вниз и веревки, мы встречаем Бидзину, который выйдя из пещер на 5800 уже во второй раз за неделю !!! идет на вершину Хан-Тенгри. Встреча приятная. Как хорошо на пустынном гребне встретить хорошего человека! Нашего самого обаятельного Грузина . В нескольких веревках ниже встречаем Серегу и чуть ниже Славу. Еще ниже пересекаемся с ребятами из Омска, они идут вверх с клиентами из Румынии. Один из омичей приветствует нас с Димой возгласом «Hi». Я отвечаю в тон омичу: «Hi», а Дима говорит, что мы умеем и по-русски разговаривать. Вывод один: хочешь, чтобы с тобой на горе говорили по-английски – покупай снаряжение и одежду от фирмы «Баск» .
На перемычке встречаем группу немцев, вышедших для акклиматизации под руководством русского гида. Узнав, что мы спускаемся на 5800 и потом ниже на 5200, гид попросил взять с собой немку, которая видимо уже нагулялась в снегах. Мы согласились, и уже втроем спустились к пещерам на 5800. Мы пошли в свою пещеру за заброской, а немка пошла к другой пещере, видимо к знакомым. На связи с БЛ мы узнали, что у ребят из Магнитогорска на 5200 проблема. У одного из них острая форма горняшки, и Миша Михайлов попросил посмотреть на больного, по возможности помочь и сообщить ему, нужен ли кислород для больного и спас отряд для спуска заболевшего вниз.
Начинаем движение вниз с 5800 на 5200. Немка осталась в своей пещере. Мы крикнули парню, который стоял у пещеры, чтобы он узнал, пойдет ли немка с нами. Но ответа так и не дождались. Идем вниз вдвоем без немки. Сбросили метров 200 высоты, и вдруг нас накрывает густая облачность. Садимся на рюкзаки, как два ежика в тумане. Вниз следов нет, путь лежит по закрытому леднику, и по пути вниз нужно обходить открытые трещины. Минут 15 ожидания ничего не меняют в густоте облачности. Решаем надеть системы, связаться и потихоньку продолжать спуск. Двинулись вниз. Видимость то улучшается, то ухудшается. Вижу впереди трещину. Расстояние до края трещины в таком «молоке» очень трудно оценить. Начинаю движение вдоль трещины влево, вроде бы там должен быть проход. Вдруг чувствую, как проваливается нога. Говорю Диме, что, кажется, я провалился. Аккуратно вытаскиваю из дыры ногу и тихо-тихо отползаю в сторону. У Димы тоже проваливается нога. Похоже, что мы оказались на карнизе, идущем вдоль открытой трещины. Отходим от трещины подальше и, петляя, как зайцы по минному полю, находим проход между трещин и, наконец-то, видим внизу палатки на 5200. Радости нет предела, беспокоило лишь то, чтобы те, кто пойдут по нашим следам с 5800 на 5200, не попали бы на карниз с нашими дырками.
На 5200 находим палатку ребят из Магнитки. Картина печальная. Один из них по имени Дима не может самостоятельно стоять, нарушена координация, с трудом говорит. Острая форма гипоксии, очень знакомая мне по п. Ленина 1989 года на примере Володи и Марата.
Наш Дима проводит тщательное обследование больного, какое только можно сделать на высоте. Измеряет своим чудо прибором процентное содержание кислорода в крови. Результат огорчает, всего 30%. Это крайне низко. Для обычной высоты это показатель для перевода человека в реанимацию. Но здесь на горе переводить заболевшего некуда. Дима достает из своих многочисленных аптечек необходимые таблетки и витамины. Что-то дает сразу заболевшему, что-то оставляет вместе с рекомендациями второму парню из Магнитки - Валере.
Попутно Валера рассказал нам о своих и Диминых приключениях на горе. Оказалось, что накануне они поднимались с 4200 на 5200 в течение 12 часов, это при обычном времени подъема в 5-8. Причем с ночевок на 4200 они взяли очень быстрый темп, которого, увы, хватило ненадолго. Похоже, что их подъем стал движением в анаэробном режиме, в режиме «кислородного долга», восстановить который на такой высоте очень сложно. Подъем в таком режиме с учетом 8-ми летнего перерыва в выездах в горы у Димы и стал причиной острой гипоксии на следующий день.
На связи с БЛ сообщаем, что для больного нужен кислород и скорейший спуск вниз. Договариваемся, что мы остаемся на 5100 в палатке Миши Михайлова, и каждый час выходим на связь с «Базой» и ребятами из Магнитки. Миша решает, что он и ребята из армейской сборной Казахстана к вечеру выходят из БЛ до поворота на 4200 с кислородом и акьей, потом ночью выходят наверх на 5200, чтобы часам к 4-м утра быть у заболевшего Димы из Магнитки. Такой план позволял относительно безопасно пройти «мышеловку» как на пути спасотряда вверх, так и во время транспортировки в акье заболевшего вниз.
Обсудив подробно план действий с Базой, мы с Димой спустились с 5200 на 5100 к палатке Миши Михайлова и обнаружили по соседству еще одну палатку. И как вы думаете, кто же в ней жил? Правильно! В ней жили поляки . Точнее поляк и полячка, пан и пани. И первое, что нас спросил поляк, нет ли у нас бензиновой горелки. Его горелка сломалась. Мы ответили, что используем газовую горелку и готовы дать ему попользоваться, если ему нужно вскипятить воду. Через полчаса поляк спросил, не может ли он у нас купить газовый баллон. Мы дали ему баллон. Через полчаса он опять спросил, не может ли он у нас купить еще один баллон. Но у тебя же уже есть один баллон, ответили мы. На что он сказал, что первый баллон он бы хотел оставить у себя как НЗ, когда придут его друзья из верхнего лагеря. А сейчас ему нужен еще один, чтобы готовить ужин. Ну что за люди эти «полики»! Ну что за хитро…опость! Мы не дали ему второй баллон и занялись своим ужином. Еще через полчаса он попросил у нас горелку, и мы дали ему на часок. Все в этом поляке было какое-то несуразное: плохо поставленная палатка, неряшливо лежавшие под падающим снежком кошки и ледорубы, его разговоры о «покупке» баллона. Хотя абсолютно ясно, что мы не стали бы торговать баллонами на горе, а по виду поляка было ясно, что платить он тоже не собирался. Тогда к чему все эти слова: «а можно ли у вас купить». Одним словом, весь его вид не вызывал желания с ним общаться.
Дима поставил будильник на 2 утра. В 4 утра договорились выйти на связь с Мишей Михайловым и его спасотрядом, а так же со здоровым магнитогорцем Валерой для координации действий.

18 августа.
Звонок будильника в 2 утра. С трудом начинаем одеваться. В 4 утра – связь. Узнаем, что спасотряд вышел с ночевок у поворота вверх в 2 утра. Собираем свои рюкзаки, оставляем их в палатке и налегке выходим вверх к магнитогорцам. Нужно помочь им собраться и одеть больного Диму. Ни я, ни Дима Москалев не берем с собой верхонки, которые можно было бы надеть поверх перчаток из виндблока. Что за просчет? Идя вверх с 5100 на 5200, то и дело останавливаемся в ночи и машем руками, чтобы согреть задубевшие руки.
В 5 утра мы у палатки магнитогорцев. Картина практически без изменений. Больному Диме за ночь лучше не стало. Хорошо, что не стало хуже … Пьем чай, который приготовил Валера. В 5.30 внизу показался спасотряд. Ребята подходят к нам, и Миша Михайлов достает баллон с кислородом, маску и редуктор. Дима Москалев как заправский высотник отвинчивает все заглушки, прикручивает редуктор, соединяет шланги и надевает маску на больного. Проходят считанные минуты, и процентное содержание кислорода в крови поднимается с 32 до 100%. О, сила кислорода! Больной оживает, начинает говорить, что вниз пойдет сам на своих ногах, пытается снять маску. Ему объясняют, что маску не нужно трогать до конца его путешествия в акье. Он все понимает и успокаивается.
В 6.00 начинаем собирать акью, одевать и укладывать в спальник больного, привязывать его к акье. Вверху на склоне показался спускающийся человек. Ба, да это наш Бидзина! Он после своего восхождения не ночевал в палатке на 6400 как Серега и Слава, а успел спуститься в пещеру на 5800. Он был очень кстати, так как пять спасателей + Бидзина составили мощную шестерку сильных жеребцов для спуска акьи вниз. Кроме Бидзины и Миши Михайлова среди спасателей были ребята из сборной команды Казахстана Эрванда Ильинского: Дамир, Саша, Сергей с интересной фамилией Бродский…

День отдыха, первый из трех дней отдыха по плану. Приходим в себя, отъедаемся.

20 августа.

Перед ужином Миша Михайлов запускает на своем ноутбуке мультфильм «Шрек». Сидим в палатке с табличкой «Бар» и млеем от удовольствия. До чего же классно, находясь на леднике на 4100, сидеть в теплом и уютном баре и смотреть веселый мультик. А за окном валит снег. Как хорошо, что было «окошко» в облачности, и вертолет смог подняться на ледник за ребятами. С таким снегопадом сидеть бы им здесь до завтра. Мультик заканчивается, идем на ужин, а снег все идет и идет. И уже начинает казаться, что где-то должна стоять наряженная рождественская елка, и впереди нас ждет рожденственская ночь… Но пора опуститься на землю, на улице август, лето …

После ужина Миша запускает «Крепкий орешек-2». Некоторое время я пытался его смотреть, но возраст уже не тот для просмотра фильмов про супергероев, да и смотрел я его раньше уже не раз. А снег все идет и идет. С легкой грустью и ностальгией по тем временам, когда я с радостью смотрел такие фильмы, пошел к себе в палатку читать стопку журналов «Деньги», которые передо мной уже читал Дима. А снег все идет и идет.

На Победу с нами планирует пойти еще Виталий. В этом году он уже поднимался на пик Важи Пшавелы на спас работы. Долго думаем, какую палатку брать на гору. Димин BIBLER плюс палатку Бидзины или попробуем влезть в палатку Виталика? Ставим палатку Виталика на деревянном настиле и влезаем внутрь вчетвером. Вроде бы ничего. Дима говорит, что эксперимент не чистый, нужно залезать в спальниках. Он прав. Идем за спальниками и под хохот Миши Михайлова и зрителей из нашего лагеря укладываемся в спальниках в палатку. Похоже, опять помещаемся. Но, как станет ясно на Победе, в такой палатке тесно и втроем с вещами и рюкзаками, но зато тепло и уютно.

22 августа.

9.30 по Москве. Выходим на подход под п. Победы. Идем Дима, Бидзина, Виталий и я. Ну что ж, удачи нам !

Далее >>