Добро пожаловать !
Войти в Клуб Mountain.RU
Mountain.RU

главнаяновостигоры мираполезноелюди и горыфотокарта/поиск

englishфорум

"Горы в фотографиях" - это любительские и профессиональные фотографии гор, восхождений, походов. Регулярное обновление.
Горы мира > Каракорум >


Всего отзывов: 0 (оставить отзыв)


Автор: Андрей Лебедев, Москва

Поход по Китайскому Каракоруму. 2006 год

Другие публикации автора:

О восхождении на вершину Музтаг-Ата (7546) по южному гребню
Музтаг-Ата
Конгур

Поход по Китайскому Каракоруму. 2006 год. Окончание

2003 год, полицейский участок в предгорьях Кунь-Луня. Борис Малахов предупреждает китайских друзей о грядущем приезде молодёжной команды из Турклуба МАИ

НАЧАЛО

1. Дорога в Каракорум. В июле-августе 2006 г. команда Спортивного клуба МАИ в составе: Рустам Бикчурин, Андрей Жаров*, Иван Жданов, Андрей Лебедев (рук.), Алексей Тимошенков и Дмитрий Чижик совершила первый спортивный горный поход в краю "восьмитысячников". Это случилось не в обжитых туристами Гималаях, а в Центральном Каракоруме с китайской стороны, в абсолютно диком и безлюдном районе, где на протяжении сотни километров вы не встретите не только туристов или альпинистов, но даже и местных жителей.

Цивилизация здесь заканчивается в киргизском селении Илик, которое расположено на левом берегу Раскемдарьи (Яркенда) близ устья Зуг-Шаксгама почти сразу за пограничной заставой, иначе говоря, в погранполосе. От Кашгара до Илика полтора дня пути. Мы стартовали в Кашгаре после обеда и к вечеру остановились в городе Каргалык. Дорога здесь раздваивается. Левая автострада тянется на восток по южному краю пустыни Такла-Макан и пересекает многочисленные рождённые реками Кунь-Луня оазисы: Гума, Хотан, Чира, Керию и др. А правая автострада уходит на юг, где пересекает хребты Кунь-Луня, углубляется в Тибет и через 2500 км приводит к Лхасе. Весь следующий день мы провели в джипах - сначала на этом транстибетском шоссе, а после Мазара на пригодной лишь для внедорожников грунтовой дороге.

Гонки по аэропорту на багажных тележках скрасили томительное ожидание вечернего рейса Урумчи-Кашгар

People's Hotel в Кашгаре. После традиционного доброго "торта в face" следует прилежно убраться. Кстати, ночной дюльфер с третьего этажа этой гостиницы стоит 250$

Весь день мы провели в джипах - сначала на транстибетском шоссе, а потом на пригодной лишь для внедорожников грунтовой дороге

Пустыня Такла-Макан. Попытка засыпать объектив песком не увенчалась успехом.

Сражение на водяных пистолетиках в предгорьях Кунь-Луня

По дороге к Мазару на пер. Сарык (5020) нас застал снегопад

Утром 29 июня к нам в лагерь привели верблюдов

Во время короткого досмотра на пограничной заставе я чуточку волновался: во-первых, пограничники, как правило, не любят GPS, а во-вторых, они могли "возненавидеть" наши излишне подробные карты и космические фотоснимки. Но всё закончилось благополучно. Начальник заставы предупредил нас о недопустимости фото и видео съёмки в окрестностях военного объекта и пожелал нам интересного и безаварийного путешествия.

Чудовищная автономия требовала от участников похода особой ответственности и сосредоточенности!

Реальный и самый страшный сценарий - перелом ноги, неоказание помощи в течение 2-х недель, заражение крови (или гангрена), смерть - связан с созерцанием постепенного угасания товарища по команде, и потому особенно ужасен. Автономия здесь покруче памирской. Спуск с плато Правды к людям занимает 6 дней, а из верхних цирков ледника Гашербрум - 9 дней. Вот, какие переживания были связаны с "Памирским марафоном" в 1999 г.

"…Нам предстояло прожить в горах более месяца с сознанием того, что для эвакуации группы с полностью здоровыми участниками может потребоваться около недели. А эвакуация со сломавшим ногу участником может обернуться беспомощным созерцанием его медленного угасания. А ведь сломать ногу, будучи под тяжелым рюкзаком, так легко на любом из десятка тысяч ежедневно попадающихся камней! А уж о падении в ледниковую трещину и говорить не приходится. Поэтому от этого маршрута попахивало смертью. И надо быть сумасшедшим, чтобы длительное время переносить такой запах.

Мои мысли о смерти, озвученные на собрании группы, как-то особенно возбудили членов команды. Реакция была неоднозначной. Некоторые разозлились, другие расстроились. И первые, и вторые запретили мне говорить об этом впредь. “Я еще молодой и умирать не собираюсь!”, - резко сказал один из участников. Да кто же собирается? Может оказаться, что просто придётся. Лично меня особенно угнетала специфическая для нашего маршрута преобладающая вероятность именно длительной и мучительной смерти и даже не моей, а одного из членов команды. В “стандартной шестерке” с множеством крутых и опасных мест проще: там шлепнулся участник, и труп готов. А вот видеть процесс в течение нескольких дней – это круто!

Прав был Сергей Стрыгин, когда в особых указаниях на нашей “маршрутке” расписал порядок захоронения погибшего участника. Все это надо каждому прочувствовать и пережить до отъезда, чтобы выйти на маршрут холодным и спокойным как танк. Или же остаться дома. Тогда и деньги будут сэкономлены, и безопасности в группе будет больше. Далее…

Утром 29 июня к нам в лагерь привели верблюдов. Их было восемь, хотя мы заказали только трёх. Пять остальных верблюдов служили личным транспортом и перевозили вещи нашего гида Саши, его помощника Пети, начальника каравана Алиба и двух его подчинённых - погонщиков из кишлака Илик. Вообще то Сашу зовут Джан-Хонгом, а вот как зовут Петю, мы, к сожалению, так и не узнали. Оба они хорошо говорили по-русски, причём Петя щеголял знанием неформативной лексики и даже сленга.

Так что на 8 верблюдов в нашем караване приходилось 11 человек. Это был очень маленький караван, потому как в швейцарской экспедиции на Гашербрум-2 верблюдов было в 5 раз больше.

В то время, как обслуживающий персонал шёл налегке или гарцевал между горбами, главные участники экспедиции экономили на вьючном транспорте, а заодно и тренировались, взвалив на себя по 30 с небольшим килограммов груза. В своих рюкзаках мы несли 7-дневный ресурс топлива и продуктов питания. Остальные продукты (на 42 дня) ехали на верблюдах. А ещё наши верблюды везли купленную в Урумчи за 900 юаней резиновую лодку, 30 кг "восьмёрки" (верёвки d8) и спасжилет. Верёвку мы взяли для восхождения на "большую гору", а лодку и спасжилет приготовили для переправы через полноводный Шаксгам на обратном пути, ведь выход из района мы планировали осуществить автономно, без каравана

2. Немного географии, Центральный Каракорум и Агыл-Каракорум. Долина Шаксгама, если не считать её мелких извилин, простирается с юго-востока на северо-запад и отделяет Центральный Каракорум (на юге) от Агыл-Каракорума (на севере). В 100 километрах к западу от Мазара река поворачивает на север, пересекает хребты Агыл-Каракорума и впадает в Раскемдарью. Во времена тольяттинской экспедиции на К2 (1996) караваны выходили из Мазара и шли под К2 к языку ледника Чогори 7 дней: два дня до Илика, потом три дня пересекали Агыл-Каракорум через перевал Агылдаван (4805) и ещё два дня по долине Шаксгама. С появлением грунтовой дороги Мазар-Илик длительность караванов под К2 сократилась до 5 дней. Ровно столько же предстояло пройти и нам до ледника Гашербрум, с той разницей, что путь к леднику Чогори по долине Шаксгама идёт на запад, а наш путь - на юго-восток.

Конечно, мысли о смерти для юных особенно противоестественны. Я хорошо помню, как в 1981 году Никита Степанов, показав в Турклубе МАИ слайд с трупом Миши Вьюнова на пике Коммунизма, сказал: “Он очень сильно устал”. Тогда мне было 26 лет, и я расценил подобный комментарий как проявление высшего цинизма. “Буду руководить всегда сам и никому не позволю утомить меня таким образом”, подумал я. Это и определило мой нестандартный путь в спортивном туризме. С 1981 года я ни разу не ходил участником. С каждым годом я “матерел” и мое отношение к вопросу о смерти изменялось. Теперь я уверен, что нужно серьезно задумываться о смерти именно для того, чтобы вернуться из похода живым.

Приведу простой и до безобразия утилитарный пример. Как-то раз, когда до отъезда из Москвы осталось не более трех недель, я разозлился на легковесное отношение к своим обязанностям врача и завхоза. На упрек, что они тянут с обсуждением наших общих проблем, они сослались на какие-то личные дела, связанные то ли с работой, то ли с аспирантурой. “Дурашки”, - подумал я, а вслух сказал: “На что вы тратите драгоценное время? Зачем вам аспирантура, если вы не вернётесь домой? Вероятность несчастного случая в этом походе около трети (тогда у нас не было еще спутниковой связи, и я был настроен особенно пессимистично). Нас девять человек, поэтому каждый из нас играет в русскую рулетку с 27-зарядным револьвером. Так не лучше ли потратить всё оставшееся время на установку барабана с сотней мест для патронов? Каждый час наших усилий по подготовке похода оценивается некоторым количеством дополнительных шансов остаться в живых! Теперь вы понимаете, что означает сейчас предельная концентрация и сосредоточенность на подготовке к походу?”"...

Набор высоты от Илика (3520) весьма резкий. В первый день до устья Караджара - левого крупного притока реки Карыяр (3773), во второй день до летовки Агылтага (4327), и уже в третий день мы перевалили через перевал Агылдаван (N36 10,9610 E76 37,2480 H4805) в долину Шаксгама (4000).

Природа Агыл-Каракорума напоминает Восточный Памир. Внизу до 4000 метров вдоль рек произрастают кустики эфедры и саксаула, а выше 4300 нередки зелёные джайляо с сочной травой. Кроме коз здесь много разнообразных птиц - альпийские галки, улары, удоды и ещё какие-то незнакомые птицы, которые летали большими стаями. А вот сурков мы не видели и даже ни разу не слышали их характерного свиста.

Иная природа за перевалом Агылдаван. За 40 дней пребывания на Центральном Каракоруме мы не видели никого, кроме альпийских галок. Травы здесь нет, соответственно, нет коз и нет троп. Я никогда не видел столь неблагоустроенных для хождения гор. Небольшие реки перед впадением в Шаксгам уходят в узкие каньоны, ледники не имеют протяжённых морен, карманы ледников, как правило, опасны и труднопроходимы, а сами ледники загромождены кальгаспорами. Здесь каждый километр пути нам давался с боем, и средняя скорость передвижения обычно не превосходила 1,5 км за переход (45 мин.). Исключением был лёгкий для прохождения ледник Чогори, но об этом позже.

Вот, что говорят учёные:

"Основным источником атмосферных осадков является западный влагоперенос с Атлантики и Средиземного моря с весенними и осенними циклонами. Роль индийского летнего муссона в формировании осадков в Каракоруме менее значительна, так как сюда он приходит уже сильно ослабленным.

Из книги Л.Д. Долгушина и Г.Б. Осиповой "Ледники" (М., Мысль, 1989).

Хребты Каракорума

Значительно большая мягкость Агыл-Каракорума по-видимому объясняется тем, что основной поток влаги в район приносится атлантическими циклонами, которые, прежде всего, выпадают осадками на севере, т.е. в горах Агыл-Каракорума. Что касается муссонов, то они теряют влагу в Кашмире на южных склонах Центрального Каракорума и лишь в незначительной степени в высоких цирках северных ледников, не достигая долин. А скудность растительности объясняется ещё и высотой, здесь дном является долина Шаксгама (4000), ниже высот просто не бывает

3. Шаксгам. Пять зрелищ на всю жизнь запомнятся после похода и станут основой для главных воспоминаний о нём. Это северная стена К2, вид на Гашербрумы и Броуд-пик с перевала 40-летия МИЭТ, хаос кальгаспоров на языке ледника Гашербрум, скальные котлы хребта Бей-Скианг и, наконец, долина Шаксгама.

Она впервые открылась неожиданно из-за поворота скалы. Мы шли с караваном по узкому ущелью, спускаясь с перевала Агылдаван. Вокруг нагромождения камней и редкие чахлые кустики на засоленной почве. Потом мы вошли в короткую теснину с отвесными стенами в затейливых узорах из засохшей грязи. И вдруг теснина распахнулась, и мы оказались в широкой долине необыкновенной красоты. Трудно объяснить словами, почему она так прекрасна. Описать разноцветие скал, печальные разливы с высоты обманчиво-спокойной реки, далёкую перспективу с острейшими пиками ледника Урдок, описать всё это - значит не сказать ничего. Необъяснимо притягателен, возможно, какой то особой энергией весь этот простор затерянного мира. Здесь хочется быть вновь и вновь, и когда-нибудь остаться навсегда…

В то время как обслуживающий персонал гарцевал между горбами, главные участники экспедиции экономили на верблюдах, а заодно и тренировались, взвалив на себя по 30 килограммов груза

Пять зрелищ на всю жизнь запомнятся после похода…

И вдруг теснина распахнулась, и мы оказались в широкой долине необыкновенной красоты

Подготовка к встрече с Шаксгамским Хищником

Терраса, на которой мы оказались, обрывается к реке отвесным конгломератным склоном. Тропа идёт сначала на восток, а потом спускается на юг по оврагу. Здесь (N36 7,3530 E76 38,3820 H3992) на берегу реки пути к Чогори (К2) и Гашербруму расходятся - нам налево, а к Чогори направо. Несмотря на то, что Шаксгам течет в широкой пойме и весьма часто меняет русло, его важнейшие особенности, скорее всего, сохраняются на протяжении многих лет. На них то мы и остановим наше внимание.

Первые два километра мы шли вдоль Шаксгама по узкой полоске камней между обрывами террасы и рекой. Затем русло отступало, освобождая для пути широкое и плоское заполненное галькой поле. Здесь у зарослей саксаула имелся родник, и мы встали на бивуак.

Утром 4-го дня пути мы быстро достигли прижима (точка 333 с параметрами N36 5,0240 E76 39,9410 H4038), который образуется основным руслом реки у скал западного отрога вершины 5856. Верблюды чуток отстали, Дима обвязался, залез в воду, но тут же поплыл. Река здесь глубокая, верблюды потом погружались повыше брюха. Алиб попытался, было, манкировать переправу и даже демонстративно кинул Хонгу поводок, мол, веди сам. Но увидев решительность в наших глазах и понимание того, что воды в Шаксгаме в действительности мало (по сравнению с тем, что будет в разгар лета), он, всё же, приступил сначала к разведке, а затем и к броду.

Первый прижим, его обход на обратном пути и оазис Кулчинтубулак

Вид на прижим из оазиса Кулчинтубулак

Верблюды чуток отстали, Дима обвязался, залез в воду, но тут же поплыл (фото Пети)

Разведка прижима (первой переправы)

Вторая (обратная) переправа на орографически правый берег реки

В оазисе Кулчинтубулак

О переправе без верблюдов здесь не было и речи. Чтобы перевезти и людей и груз караван дважды пересёк реку. Ощущения от переправы мы получили очень острые. Кроме страха я хорошо помню чувство безысходности или, точнее, обреченности. Переправляясь на верблюде, вы полностью доверяете свою жизнь животному, сидите, уцепившись в верёвки и молитесь, чтобы верблюд не поплыл. Организация индивидуальной страховки для наездника здесь нереальна. Верёвка в столь широкой реке обязательно утонет, натянется и сдёрнет седока. Единственное, что кажется разумным, это облачиться в спасжилеты. Но спасжилет у нас был только один.

Вторая (обратная) переправа на орографически правый берег реки была проще, но проходила тоже на верблюдах.

Все эти разведки русла реки, броды, навьючивания и развьючивания заняли много времени. Лишь после полудня мы снова двинулись в путь, который оказался в этот день очень коротким. Примерно через 20 минут мы дошли до единственного в этих местах оазиса Кулчинтубулак. Алиб заявил, что выше корма верблюдам не будет, и мы встали на бивуак.

Перевал Прижимный (4763, 1А, N36 4,8330 E76 41,1900) расположен в западном отроге вершины 5856, ориентирован с севера на юг и служит для обхода прижима основного русла Шаксгама. Описание даётся с юга на север (как шла его группа на обратном пути).

В 650 метрах севернее оазиса Кулчинтубулак в долину с правого борта по узкой расщелине спускается ручей (N36 4,3410 E76 40,2430 H4044). По руслу ручья подниматься вверх до характерной и закрывающей перспективу на востоке красной скалы. Скала обходится по ходу справа по руслу ручья. Миновав скалу, следует подняться над ручьём на орографически правый борт ущелья. Отсюда виден перевал. Он находится сразу за красной скалой. К нему ведёт желоб с сухим руслом. От долины Шаксгама до перевала 4 перехода.

Спуск на север по сухому руслу ручья сначала по мелкой осыпи, а потом по засохшим грязевым выносам приводит в долину правого притока Шаксгама. Вода в притоке на редкость чистая даже в обед. По берегам кусты. Здесь хорошее место для бивуака.

Спуск вдоль притока в долину Шаксгама сначала идёт вдоль воды. Но после слияния потока с более мелким притоком (справа) рекомендуется на террасу правого берега. Ниже река уходит в каньон, который заканчивается водопадом (мы всё же залезли в этот каньон, но нам удалось выбраться на террасу непосредственно перед водопадом, возможность преодоления обрыва в этом месте не гарантируется в иной сезон).

По террасе следует идти в её западный (правый нижний) угол. Там имеется пологий (без обрыва) спуск в пойму Шаксгама.

Расположение пер. Прижимный

Южный склон седловины пер.Прижимный

Северный склон пер. Прижимный

После обеда Андрей и Рустам отправились в разведку и обнаружили перевал в обход пройденного нами прижима. Этим перевалом мы и воспользовались через 40 дней на обратном пути. Перевал несложный (1А), однако погонщики о нем ничего не знали. И не мудрено, какой дурак станет набирать 700 метров (высота перевала 4763), если реку можно преодолеть на верблюдах? Перевал не проходим для вьючного транспорта, но, тем не менее, он исключительно важен для не обременённых им путешественников.

Оазис Кулчинтубулак (N36 4,0020 E76 40,3640 H4084) возник, благодаря чистым ручьям, которые стекают с родников на западном склоне вершины 5441. Берега ручьёв заросли ивняком, на заболоченных лужайках много цветов. Ручьи обрываются с террасы водопадами, в которых, при желании, можно помыться. В ручье под водопадами сновали мальки форели. Место это изумительное, не будь так сильно загаженным шестью пасущимися здесь бычками. По-видимому, их пригоняют сюда в конце мая, когда в Шаксгаме мало воды, а забирают в сентябре. Отсутствие травы на десятки километров вокруг гарантирует, что за лето бычки из оазиса никуда не уйдут.

Последний 5-й день каравана был ударным - мы не только переправились на орографически левый берег Шаксгама, но, также, прошли 23 км и поднялись на морену ледника Гашербрум. И всё это несмотря на болезнь одного из наших участников, который продемонстрировал перед завтраком температуру 39 градусов! Впрочем, от больного многого не требовалось, он должен был просто не падать с верблюда.

Южнее оазиса Кулчинтубулак Шаксгам надолго отступает к западному краю долины, освобождая 8 км простого пути. Затем новый прижим (точка 334 с параметрами N36 0,8200 E76 42,1580 H4108). Река здесь на протяжённом участке омывает скалы, ответвляясь многочисленными протоками, которые устремляются к западному борту поймы. Все эти протоки, за исключением последней, оказались мелкими (чуть выше колена) и не шибко быстрыми.

Основная переправа и августовский прижим

Все эти протоки оказались мелкими и не шибко быстрыми

На карте: красный трек - путь с караваном, сиреневый трек - обратный путь, 1-брод на верблюдах, 2-сложный брод со страховкой, 3-переправа на лодке, 4-августовский прижим (при заходе в район его не было)

Но длинная верёвка тонула в воде и с силой тянула назад

Базовый лагерь швейцарской экспедиции

Ноги уже сводило от холода, когда мы подошли к последней - самой полноводной протоке (точка 335 с параметрами N36 0,3130 E76 42,5080 H4145). Караван был уже на другом берегу, поэтому мы размотали верёвку, и я залез в воду. К сожалению, переправа не удалась. Вода была чуть выше бедра, и если бы река не была столь широкой, то мы бы несомненно перебродили. Но длинная верёвка тонула в воде и с силой тянула назад. В 10-15 метрах от противоположного берега, я понял, что меня непременно завалит, и я с большим трудом развернулся назад.

Пришлось снова воспользоваться верблюдами. Для них эта переправа была очень лёгкой, и нам было уже не страшно. "Вот только что будет в Августе?" - подумал я и лишний раз убедился, что наша единственная надежда - резиновая лодка благополучно едет на одном из верблюдов.

Дальнейший путь до ледника Гашербрум шёл вдоль орографически левого края поймы. Прижима у скал восточного склона вершины 4900 в начале июля ещё не было

4. Заброски. Ближе к вечеру мы достигли реки Восточный Скианг. Переправа оказалась на удивление лёгкой, вода достигала колена, и мы перебродили поток без верёвки. Через неделю мы убедились, насколько проблемной может оказаться эта река.

После брода мы обогнули нагромождения старой морены и повернули на запад в распадок между этой мореной и современной мореной ледника Гашербрум. На склоне в торце этой маленькой долинки начинается тропа, которая за один переход приводит в карман морены ледника Гашербрум. Здесь стоял лагерь Швейцарской экспедиции на Гашербрум-2 (N35 53,0420 E76 44,0650 H4391). Швейцарцы купили пермит на "непокорённый восьмитысячник" за 27000 $. Общий бюджет экспедиции составлял 50000$. К моменту нашего прихода в лагере находились два пакистанских носильщика (из Хунзы), гид - уйгур, врач - китаец и больной англичанин. От них мы узнали, что лидеры экспедиции уже потеряли надежду взойти на вершину и сворачивают дело досрочно к 10 июля (за 10 дней до запланированного срока). Уже в Москве нам удалось разыскать в Интернете отчёт об этой экспедиции. Северное ребро Гашербрума-2 действительно осталось не пройденным, однако швейцарцам удалось подняться на восточную вершину 7758.

Радиальный выход с заброской на ледник Гашербрум

Подход к вершине швейцарцы организовали по леднику Урдок. От базового лагеря (последнего достижимого на верблюдах места) они выходили на ледник Гашербрум, пересекали его и поднимались на маленький перевальчик к леднику Урдок. Мы это хорошо видели, поскольку путь был промаркирован флажками.

В швейцарском лагере были проблемы с водой. За ней приходилось долго и трудно спускаться на ледник. И ещё там было очень пыльно. Однако других вариантов с чистой водой у нас не было, поэтому мы встали на бивуак в непосредственной близости от швейцарского лагеря. Верблюды в эту ночь так и остались голодными.

Утром 4 июля мы отпустили караван и наших гидов и расположились на днёвку. Больной болел, продукты питания требовали тщательного анализа - что доехало и что не доехало, короче, дел накопилось много. Ещё в этот день мы осмотрели Шаксгам под языком ледника Гашербрум. Река там прижимается к скалам правого борта долины, а ледник придвинут к самой воде, так что сераки сваливаются прямо в воду. Проходик между льдом и водой всё же имелся, но можно ли по нему пройти до конца и миновать ледник, мы так и не выяснили.

На следующий день мы отнесли заброску в карман морены ледника Гашербрум за красную скалу (N35 51,1760 E76 41,8790 H4594). Больного мы оставили выздоравливать, а сами ушли до вечера в утомительный радиальный выход. Подъём небольшой (203 м) и путь недлинный (5,8 км туда и столько же обратно), но уж больно он оказался трудным. Почти весь путь шёл по леднику по зачехлённой камнями полоске правее (по ходу) и в непосредственной близости хребта из кальгаспоров. Мы постоянно то взбирались на холмы, то спускались, то прыгали через трещины или обходили их, и всё это на жаре и на новой для нас высоте, с 35-киллограммовыми рюкзаками.

К вечеру мы так измотались, что формирование 2-й заброски (на перевал Восточный Скианг) перенесли на утро. Поэтому 6 июля мы вышли весьма поздно. Оставив на правом берегу реки В.Скианг продукты для начала маршрута, мы перебродили реку, пообедали и устремились с заброской к перевалу В.Скианг.

Хидден-пик (8080), Гашербрум-2 (8034) и Гашербрум-3 (7946) с севера с ледника Гашербрум.

По карману ледника В.Скианг

На привале

Фреди Крюгер. Он появился в команде, когда проголодавшийся дежурный силой продавил крышку автоклава и кое-кого ошпарил кипящим супом.

Разминка перед купанием

Восточная стена Скианг-Кангри (7545)

Вскоре показался язык ледника В.Скианг. Мы поднялись на орографически левый борт и стали подниматься по карману между ледником и склоном (морены там не было) по берегу бурного и грязного потока. Путь был трудным и неудобным, но мы терпели, поскольку подъём на ледник без верёвок и кошек казался невозможным. В одном месте мы траверсировали бараньи лбы по гладким наклонным плитам. Здесь Дима взобрался на конгломератный склон, нашёл полку, обвязался верёвкой и организовал для остальных маятник. В первом же после этого относительно широком месте мы встали на ночлег.

Весь следующий день мы шли сначала по зачехлённому леднику, потом по карману его левого борта и, наконец, по склону над ледником. Последний участок оказался недолгим. После обеда у языка висячего ледника (N35 54,5650 E76 39,7840 H5161) мы спустились в карман морены основного ледника и обнаружили там тёплый и чистый ручей, которое разливался в озеро настолько привлекательное, что мы не смогли устоять, чтобы не искупаться в нем. На берегу озера встали на ночлег (N35 54,7330 E76 39,4390 H5090). Озеро было мелким (по колено) и очень тёплым (23-24 градуса). Это было самое высокое купание в моей жизни!

Перевал Восточный Скианг (5579, 2А, N35 56,2750 E76 37,6770) расположен в перемычке, соединяющей хребет Бей-Скианг с вершиной Скианг-Кангри (7545). Перевал находится между вершинами 6068 на западе и 6242 на востоке. Перевал ориентирован с севера на юг и является самым простым перевалом между ледниками Скианг (на севере) и В.Скианг (на юге). Описание даётся с юга на север.

Из долины Шаксгама можно идти как по правому, так и по левому берегу реки В.Скианг. Однако заход на язык ледника В.Скианг проще с орографически правого борта долины. Поравнявшись с языком, целесообразно сразу залезть на него по чёрной сланцевой осыпи и далее идти по каменному чехлу в центре ледника. Начинающуюся гряду кальгаспоров следует оставить по ходу справа, продолжая движение по зачехлённой камнями полосе. Миновав справа по ходу язык висячего ледника, следует найти проход в гряде кальгаспоров и подняться в карман морены. Здесь чистый ручей и озеро (N35 54,7330 E76 39,4390 H5090).

В конце морены следует войти в овраг и подняться до 5400. Затем повернуть налево и траверсом осыпного склона выйти к краю следующего оврага (N35 55,4530 E76 38,5520 H5411). По этому оврагу следует спуститься на левый приток ледника В.Скианг выше его устьевого ледопада. Далее по пологому леднику подняться на перевал.

Закрытый ледник на обоих перевальных склонах изобилует широкими трудночитаемыми трещинами. Идти следует в связках на вытянутой верёвке (предельно аккуратно).

Спуск с перевала на ледник Скианг пологий и в описании не нуждается.

Расположение пер. В.Скианг

Путь с центра ледник В. Скианг к озеру в кармане морены

Вид от языка висячего ледника на ледопад левого притока лед. В.Скианг

Обход ледопада и подъём на пер. В.Скианг с юга

Вид от точки 5411 на южный склон перевала

Подъём на седловину с юга по желобку в леднике

Вид на пер. В.Скианг с севера Вид на К2 (8611) с траверса между оврагами

8 июля мы вышли в радиальный выход на перевал В.Скианг. В 1300 метрах северо-западнее озера карман с ручьём обрывается оврагом. Впереди просматривается устьевой ледопад стекающего с перевала ледника. Чтобы обойти ледопад необходимо подняться по оврагу до высоты ~5400, затем повернуть налево и траверсировать осыпной склон до выхода на край следующего оврага (N35 55,4530 E76 38,5520 H5411). По этому оврагу следует спуститься на левый приток ледника В.Скианг выше его устьевого ледопада. Отсюда начинается пологий подъём на перевал. Очень скоро ледник становится закрытым. Здесь много трещин, и мы неоднократно проваливались, идти следует в связках. Подниматься лучше всего по ярко выраженному желобку, ограниченному справа по ходу взлётом ниспадающего с восточного борта долины притока ледника. Этот желобок забит более плотным снегом и позволяет избежать преодоления ряда трещин.

Закопав в снегу заброску, мы спустились с перевала обратно к озеру. С траверса между оврагами любовались видом на вторую по высоте вершину мира К2 (8611). Вечером опять купались.

На следующий день мы отправились снова в долину Шаксгама. Для спуска по леднику мы выбрали иной, более удобный путь. От края морены с купальным озером мы сразу спустились на ледник В.Скианг, немного поплутав, пересекли гряду кальгаспоров до зачехлённой камнями полосы в центре ледника и уже по ней спустились до самого кончика языка. Здесь мы повернули направо и по чёрной сланцевой осыпи спустились с ледника к грязному потоку правого борта, перепрыгнули через него и очень скоро достигли ручья с чистой водой. Около ручья встали на ночлег, поскольку ниже на нашем (правом) берегу реки нет чистой воды. А переправиться к месту обеда 6 июля казалось невозможным - река походила на селевой поток и так грохотала, что отбивала всякую мысль о вечерней переправе.

К этому моменту мы уже отставали от идеального графика на 4 дня. Один день мы потеряли ещё в Кашгаре, добиваясь разрешения у пограничников Синцьзяня, ответственных за южный участок границы, эту формальность Хонг не успел выполнить до нашего приезда. Ещё один день мы потеряли на днёвке по болезни участника. Потом мы потеряли пол дня, разбираясь с продуктами. И, наконец, ещё полтора дня накопилось из-за ошибки планирования - я никак не ожидал столь медленного передвижения в каракорумских горах. Стандартная для Средней Азии и Кашгарских гор формула здесь не работала. Здесь не было троп и длинных моренных карманов, и каждый километр пути, как уже говорилось, нам давался с боем.

Так закончилась первая часть нашей опупеи - заход в район, и разнесение забросок с разведкой и акклиматизацией. Теперь можно было приступить к исполнению нашего маршрута.

На рельефе выступали:

Андрей Жаров*

Рустам Бикчурин

Алексей Тимошенков

Дмитрий Чижик

Иван Жданов

Андрей Лебедев

.

Продолжение ...

*) Андрей Викторович Жаров - победитель Московского конкурса педагогов дополнительного образования в номинации "Туризм и краеведение", педагог-психолог по работе с детьми.


Поделиться ссылкой

Дорогие читатели, редакция Mountain.RU предупреждает Вас, что занятия альпинизмом, скалолазанием, горным туризмом и другими видами экстремальной деятельности, являются потенциально опасными для Вашего здоровья и Вашей жизни - они требуют определённого уровня психологической, технической и физической подготовки. Мы не рекомендуем заниматься каким-либо видом экстремального спорта без опытного и квалифицированного инструктора!
© 1999-2016 Mountain.RU
Пишите нам: info@mountain.ru
о нас
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100