Life" впервые посвящает 4-страничный разворот Непалу" />

Добро пожаловать !
Войти в Клуб Mountain.RU
Mountain.RU

главнаяновостигоры мираполезноелюди и горыфотокарта/поиск

englishфорум

Чтобы быть в курсе последних событий в мире альпинизма и горного туризма, читайте Новостную ленту на Mountain.RU
Люди и горы > Люди >


Всего отзывов: 1 (оставить отзыв)
Рейтинг статьи: 5.00


Автор: Виктор Кленов, Одесса

Биография Бориса Лисаневича
русского иммигранта, открывшего Непал для международного туризма

Борис Лисаневич с дочерью Ксенией

С такими вот людьми, Не правда ль, человечество прекрасно?
Шекспир

Непал? Это где-то в Африке?
Из разговора в самолете Дели-Киев

Еще несколько десятилетий назад, когда лишь единицы могли попасть в затерянные в горах загадочные королевства, закрытые для иностранцев Гималаи были настолько далекими, влекущими и созерцательными, что казались земным раем.

Н.Рерих и В.Сидоров, Шамбала и Эверест, место, где родился Будда, гуркхи и кхукри, шерпа, яки и йети... Кто не знал этих клише? Перестав быть запретной страной совсем недавно, в 60-е годы, Непал стал последней гаванью для последних романтиков. Помимо хиппи, нашедших в Непале Шангри-ла, в Катманду можно было встретить Мать Мира, по меньшей мере две Жанны дАрк, несколько Наполеонов и даже одного... Ленина, который представлялся: "Я - Ленин Непальский. А мой дядя - Сталин". Эзотерические общества десятками прибывали в Катманду для изучения сексуальных повадок (норм поведения) обезьян на священном холме Сваямбунатх, ученые писали тома о диетических привычках йети.

Но все это было позже. А вначале было Имя. И имя это было - Борис. С ударением на первом слоге. Так знали и звали его в Изумрудной Долине. Без большого преувеличения можно утверждать, что это имя открыло для иностранных туристов веками закрытый Непал. Много лет оно повторялось тысячами путешественников и кинозвезд, принцев и альпинистов, Оно же стало в подзаголовке книги "Tiger for breakfast" ("Тигр на завтрак", 1966 г.) известного французского путешественника Мишеля Песселя, исследовавшего Бутан, Сикким и Тибет. Ее героем был не король, не принц или далай-лама, а владелец Royal Hotel в Катманду одессит по рождению Борис Лисаневич.

После завершения одесской альпинистской экспедиции на Дхаулагири (8167 м), организованной одесситом-альпинистом и президентом банка "Порто- Франко" Мирославом Торосяном, я, один из ее участников, бродил по Тамелу, туристскому "гетто" Катманду. "Хелло, рашен, - обратился ко мне продавец в книжном магазине. - Это книги о Борисе из России". И тут свершилось маленькое чудо открытия. Кроме книги Мишеля Песселя продавец показал мне "The mountains is young" ("Горы остаются молодыми") китайской писательницы Хан Сюин и "My kind of Kathmandu" ("Мой Катманду") английского художника Десмонда Дойга. Так передо мной развернулась необычная история жизни одессита Бориса Лисаневича. Но не преувеличивали ли авторы? Я пошел по следу Бориса.

За две недели поисков в Катманду я пересмотрел фотографии из его архива, беседовал со множеством людей, знавших его лично. Это были его жена Ингер и сын Александр, хранящий фотоархив отца, его ближайшие друзья. Его имя встречалось в книгах знаменитых альпинистов и путешественников, во всех путеводителях по Непалу. Мне очень жаль, что я не смог встретиться с Борисом Лисаневичем при его жизни, но эта встреча - пусть заочно - должна была состояться. Ибо те, кто странствует по свету, неминуемо обречены рано или поздно встретиться, если не с ним лично, то со множеством его друзей, которые несут отпечаток удивительной личности Бориса.

Он был одним из немногих людей, которые в полной мере владели величайшим даром - искусством жить. И вся история одессита Бориса Лисаневича - это приключение как во времени, так и в пространстве.

Слово Борису Николаевичу Лисаневичу: "Наша семья жила в Одессе. У меня было три брата, я был самый младший. Наш дом в Одессе был на окраине города, между ипподромом и кадетским училищем. Эти два места сыграли наиболее важную роль в моей жизни в Одессе".

Прадед, генерал-лейтенант Григорий Иванович Лисаневич, отличился при Бородино, его портрет находился в Военной галерее Зимнего дворца. Отец Бориса, Николай Александрович, был известным в России конезаводчиком и спортсменом. И, хотя Борис никогда не любил щеголять титулами своей семьи (столь непохоже на многих наших сограждан, изобретающих себе развесистое генеалогическое древо), фамильный герб и десятки фотографий, сохраненных его матерью Марией Александровной, свидетельствовали о достаточно зажиточной жизни семьи Лисаневичей в Одессе до революции. Парадоксальным, но искренним и не без юмора, был ответ Бориса на вопрос о начале пути: "Я всем обязан русской революции. Не будь ее - я бы повторил путь своих братьев: отслужил в Императорском флоте, затем разводил бы скаковых лошадей в нашем родовом имении на хуторе Лисаневичевка под Одессой".

Борис родился 4 октября 1905 года, в 9 лет был определен в Одесское кадетское училище с его жесткой дисциплиной. Через три года началась революция и гражданская война с ее почти фантасмагорической сменой властей в Одессе - красные, белые, союзники, деникинцы, батько Махно... "Баррикады усеяли город, над каждой развевались пестрые флаги. Стреляли со всех сторон. В одной из таких беспорядочных перестрелок я был ранен", - вспоминал Борис. Детство было симптоматично для его последующей жизни. Семье Лисаневичей пришлось перенести все невзгоды того времени - голод, болезни, потерю старших сыновей. Их дальняя родственница, мадам Гамсахурдия (как знать, не родственница ли она будущего президента Грузии и не кроется ли здесь еще одна интригующая история?), руководитель балетной школы и труппы Одесского театра оперы и балета, спасая мальчика, принимает Бориса в балетную школу. Стройный, сильный и музыкально одаренный Борис через год учебы становится артистом балета. "Самое удивительное, - вспоминал он, - что ни революция, ни гражданская война не охладили тяги одесситов к опере и балету". Лисаневич участвовал во многих спектаклях, вместе с труппой, спасаясь от голода, выезжал в теплушках на гастроли по Украине. "Голод, тиф и революция рано заставили меня понять относительность всех ценностей... когда за золотой сервиз можно было получить только буханку хлеба", - вспоминал Борис. И равнодушие к деньгам осталось у него на всю жизнь. Он мог за один вечер потерять все сбережения благодаря своей легендарной щедрости или риску игрока.

Борис Лисаневич и Серж Лифарь (сцена из балета)

Наступил 1924 год. Во время представления оперы "Пророк" Мейрбеера постановщик пиротехнических эффектов превзошел самого себя: в финальном акте оперы запылали не только декорации замка, но и весь театр. Благодаря этому пожару Борису удается под благовидным предлогом выехать во Францию, где его ждал контракт с театром "Альгамбра" и где он получил паспорт беженца, известный как паспорт Нансена. "Этот факт в конце концов оказался причиной моего пребывания в Азии, но когда я едва сумел ускользнуть из России, я не мог представить себе, куда приведет меня этот полет". Но "уж поднят парус"... Париж, чарльстон и короткие юбки, Монпарнас , сюрреализм и кубизм... И Ballet Russe Дягилева, гений которого поднял искусство танца на недосягаемую высоту. Григорьев и Баланчин приглашают Бориса на просмотр в театр Сары Бернар. "На просмотре был сам Дягилев. Никогда ранее я не исполнял двойной пируэт, но перед Дягилевым я взлетел. И был принят".

Так началась новая жизнь. Весь мир был перед ним. Лондон, Париж, Рим, Монте-Карло, Америка... Борис танцует в балетах "Князь Игорь", "Петрушка", "Парад", "Карнавал", "Жар-птица", "Треуголка"... Его друзьями становятся Както, Дерен, Матисс, Стравинский, Серж Лифарь. Пять незабываемых лет... 19 августа 1929 года, Монте-Карло. "Кончилась эра - умер Дягилев. Меня просят сообщить это печальное известие Анне Павловой. Она теряет сознание на моих руках". Вместе с Верой Немчиновой Борис гастролирует в Южной Америке, заключает двухгодичный контракт в Буэнос- Айресе. С аргентинской визой и билетом на пароход Борис заходит в ресторан в Монте-Карло проститься со старыми друзьями из труппы Шаляпина, где знакомится с Кирой Щербачевой, солисткой балета. Любовь с первого взгляда, контракт отослан, и снова, теперь уже с женой, - блестящие гастроли в Италии, Лондоне, Париже...

1933 год. Борис принимает приглашение на гастроли в Юго-Восточной Азии - Индия, Китай, Бирма, Ява, Цейлон, Шанхай, Бомбей... И остров Бали. "Я не мог поверить, что чувство гармонии и красоты, которое я испытывал только на сцене, могло существовать в реальном мире. Я был очарован Востоком." Благодаря приглашению своих друзей он становится приверженцем королевской охоты на тигров, леопардов и носорогов. В джунглях Индокитая Борис проводит три незабываемых месяца. На его счету 8 леопардов, 6 тигров и 40 буффало. "Я охотился на территории дикого племени мои, славившегося своими духовыми ружьями с отравленными стрелами. Моим оруженосцем был зловещего вида заключенный, осужденный за убийство жены и тещи. Я курил опиум - подарок от короля Камбоджи".

Посещение Ангкора потрясло Бориса: "Его очарование не поддается описанию." Пора было возвращаться в Европу. Но куда? Ведь он - человек без гражданства и паспорта, снова скитания. А в Индии он может получить британский паспорт. И Борис остается в Калькутте. Здесь с помощью своих влиятельных друзей он основывает знаменитый "Клуб 300". Клуб открылся в 1936 году в роскошном дворце, некогда построенном богатым армянином Филиппом для своей невесты, сбежавшей с простым солдатом за день до бракосочетания. Первый оркестр состоял из двух пианистов и одного... барабанщика. Из Ниццы прибыл знаменитый шеф-повар Владимир Халецкий, бывший русский офицер, прославивший ресторан блюдами Бориса - борщ, паштет их рябчика, бефстроганов и Bombe a la Boris. Это был первый англо-индийский клуб и первый, в который допускались женщины. Махараджи принцы и дипломаты, британские офицеры и члены королевских фамилий, летчики и знаменитые путешественники, промышленники и коммерсанты - все эти люди знали Бориса как гостеприимного хозяина самого аристократичного клуба Калькутты, где встречаются Восток и Запад. Чувство юмора не покидало хозяина клуба никогда. В 1947 Борис организовал "Первую научную экспедицию по изучению звезд (в Голливуде)", рассчитанную на 3 месяца. Кроме него в экспедиции участвовали трое сказочно богатых и красивых махараджей. Ее фонд составлял 70 тысяч долларов. Основные расходы пришлись на статью "Букеты" и уже через 2 месяца экспедиция вынуждена была свернуть свою "работу".

Здесь же начинается его многолетняя дружба с бесстрашным пилотом князем Эмманюэлем Голициным, с махараджой Куч Бихар, с непальским генералом Махабиром. В этом клубе эмигрант Борис впервые встречается с лишенным власти династией Рана королем Непала Трибхуваном. Он организует тайные встречи короля с Дж. Неру и принимает самое активное участие в возвращении короля Трибхувана на трон. (Обладая в силу своего обаяния широким кругом друзей и знакомых и владея огромной информацией о положении в Азии, Борис Лисаневич не мог не вызывать к себе пристального внимания ряда секретных служб. Известно, что очень долго индусы считали его британским агентом, американцы - русским, а русские - американским. Был ли он азиатским Кимом Филби или Лоуренсом Аравийским? Сам Борис только улыбался на эти вопросы: "Я скорее похож на Марко Поло." - В.К.)

После войны Борис и Кира посетили Нью-Йорк. Кира остается в Америке, открыв балетную школу. В 1949 году женой Бориса становится юная красавица- датчанка Ингер Пфейфер. В 1953 году вместе с женой и сыновьями Мишей и Александром по личному приглашению короля Борис прибывает в Непал, в страну, где женщины украшают цветами лингамы (фаллосы), а эротическая резьба на храмах служит им защитой от молний, в страну снежных пиков и пагод, тигров и роз, дворцов и богов... Здесь все боги - люди и звери, камни и деревья. Где даже "Намасте" - непальское приветствие, примерно обозначает: "Я приветствую бога в твоем лице". "Только клише могли описать Катманду, город, в котором больше храмов и святилищ, чем домов, и богов больше, чем людей. Город, где неварские девушки обручаются с деревом Бел, и, следовательно, никогда не будут вдовами, ибо брак с мужчиной - это second-hand брак, так как настоящий и единственный муж - только дерево. В первую же ночь я встретил леопарда на улице Катманду. (Только 3 года назад сын Бориса Лисаневича Александр застрелил леопарда возле дома матери, который находится на окраине Катманду. - В.К.) За долиной Катманду я открыл Азию Киплинга, смесь Китая и Индии, оправленную в пейзаж, перед которым меркнет Швейцария, - вспоминал Борис. - Экзотика и красота этой страны навсегда покорили мое сердце".

Борис Лисаневич с женой Инге у личного самолета короля

Очарованный красотой Изумрудной Долины, Борис сразу оценил огромные возможности туризма в Непале. Первые альпинистские экспедиции уже привлекли внимание всего мира к снежно-ледовым массивам Аннапурны, Дхаулагири и Эвереста. но в 1954 году попасть в Непал было так же трудно, как проникнуть в Тибет, - мешали длительные и сложные формальности, отсутствие дорог, ограничения в выдаче виз. В беседах со своими непальскими друзьями, среди которых был и премьер-министр, Борис пытается заинтересовать их перспективами туризма в Непале.В ответ они только улыбались: "Зачем иностранным туристам Непал? Что они будут делать в средневековой стране, где нет телефонов, небоскребов и музеев?". Тогда Бориса осенила идея открыть отель, который мог бы привлечь будущих туристов. Но в долине не было керосина, газа, электричества. Действовал комендантский час - наследие режима Рана. Почти все продукты надо было ввозить из-за границы. Это заставило Бориса разводить овощи и фрукты, неизвестные в Непале, - морковь, шпинат, клубнику - на территории отеля, открыть пекарню с русской печью. Надо было обучить персонал носить башмаки, мыть руки и не подавать клиентам воду из "маленьких белых источников", как они называли туалеты. В августе 1954 года Royal Hotel - единственный такого рода в радиусе 450 миль от Катманду - был открыт. Его гостей поражало не только здание отеля, у входа в который их "приветствовали" чучела тигров и крокодилов с разинутой пастью, но и сам его владелец. "Низкий голос с явным русским акцентом. Громадные руки. Ослепительная открытая улыбка. Брови Мефистофеля", - так его описывал Мишель Пессель.

Наконец, путем убеждения и использования своих обширных связей Борис не только добился от короля виз для первых туристов, но и убедил его самому принять их. И уже в марте 1955 года журнал "Life" впервые посвящает 4-страничный разворот Непалу. "Первые группы западных туристов посетили загадочный и далекий Непал. Расположенный в самом центре Гималаев, в последние 200 лет Непал был практически закрыт для всех иностранцев. Но недавно Борис Лисаневич, британский подданный русского происхождения, сумел взять в аренду дворец в Катманду и переоборудовать его в Royal Hotel.

Индира Ганди, Борис Лисаневич, король Махендра и королева Ратка

Все оборудование - от кастрюль до смывного туалета - было доставлено самолетами. Затем благодаря усилиям Лисаневича, было получено королевское разрешение посетить Непал для нескольких групп агентствами "Томас Кук". Эксперты агентства считают, что у этой страны огромное туристическое будущее". За этими скупыми строчками стояло многое. Что стоило Борису пробить брешь в вековой политике изоляции, уговорить враждующие министерства, убедить короля Махендру дать разрешение на въезд первых туристов, завезти оборудование для отеля - об этом можно только догадываться. Ингер вспоминала, что он не раз впадал в отчаяние, и только его способность еще с детства совершать невероятное и преодолевать любые трудности поддерживала его.

Король Махендра, пораженный интересом первых туристов к его стране и тем энтузиазмом, с которым они скупали сувениры и произведения искусства, прямо на веранде Royal Hotel повелел выдавать визы всем желающим - и сегодня туристы могут получить визу прямо в аэропорту Трибхуван.

Royal Hotel, благодаря усилиям и сверхчеловеческой энергии Бориса, становится центром светской и туристической жизни Непала. Почти каждый день Б.Лисаневича был наполнен встречами и событиями: Климент Ворошилов и Чжоу Энь-Лай, принц Акихито и Дж. Неру, советские космонавты... Да, посольство СССР в Непале, отдавая дань уважения кулинарному искусству и популярности Бориса (и невзирая на его прошлое) попросило его организовать прием для В.Терешковой и А.Николаева. И Борис превзошел самого себя, принимая своих соотечественников. Знаменитый прием королевы Елизаветы II, на котором королева назвала его "мой самый лучший русско- британский подданный", тоже лег на его плечи. "Вы надеетесь поговорить с ним наедине? - изумлялась Ингер в те годы. - За последние 15 лет я провела с ним только 2 вечера".

Меню ресторана Yak and Yeti
напечатано на фоне следа Снежного человека

В 50-60-е Катманду становится альпинистской столицей мира, а внутренним святилищем альпинизма в Непале - бар Yak and Yeti в Royal Hotel, где начинаются и заканчиваются все высокогорные экспедиции. На верандах отеля обветренные и крепкие люди говорили о снежных гребнях и ледниках, о маршрутах и лавинах. С ними Борис молодел душой. Сам спортсмен и исследователь, он полностью отдавал себя в распоряжение лидеров экспедиций, делясь своим знанием страны и обычаев, помогая получить разрешения на восхождения, являясь переводчиком французских и швейцарских экспедиций, "забывая" иногда о неоплаченных ими счетах... "Я всегда терял деньги на экспедициях, - говорил Борис, - альпинисты возвращаются с гор истощенными, но через неделю пребывания в Royal Hotel я возвращаю им нормальный облик."

- Но, Борис, так мы никогда не разбогатеем, - упрекнула его как-то жена.

- Не волнуйся, дорогая, за все это нам воздастся в Райской Долине.

Живя в Катманду, он был близок ко всем трагедиям и успехам многих экспедиций. Его гостеприимство и легендарная щедрость заслужили благодарность многих знаменитых альпинистов и путешественников, навсегда ставших его друзьями. Об этом говорят фотографии, на которых рядом с ним - Э. Хиллари и Н.Тенцинг, Р.Ламбер и Н.Диренфурт, М.Эрцог и Ж.Франко, Д.Робертс и К.Бонингтон. В его шкатулке хранились камни почти со всех вершин Непала. "Этот, с Дхаулагири, принес мой старый друг Диренфурт, этот, с Эвереста - Бишоп, с Макалу - Франко, с Жанну - Террай..." - показывал Борис свои сокровища. "Они более дороги мне, чем шкуры тигров и леопардов". В его квартире, которая находилась на крыше отеля, золотой Будда из Тибета стоял на рояле рядом с фотографиями королевы Великобритании Елизаветы II и короля Махендры с их автографами, а также хранилась громадная коллекция грампластинок - от музыки Стравинского до народных танцев его родины Украины. "Когда я взбирался по узкой винтовой лестнице к Борису, я никогда не знал, с кем могу столкнуться в гостиной - это могли быть Агата Кристи или Франсуаза Саган, принц Карлос или Хиллари", - вспоминал его близкий друг художник Десмонд Дойг.

В его коллекции хранилась необычная винтовка "Alka Seltzer", стрелявшая пулями со снотворным и предназначенная для охоты на йети, "снежного человека" (закон Непала запрещает его убийство). Сейчас мало кто помнит, что в 50-е годы весь мир волновала загадка этих существ.

Его слава не меркла. Жан-Поль Бельмондо, очарованный Катманду и Борисом, снимает о нем фильм. (Подруга Бориса и Жана-Поля француженка Бернадетт Вассо, с которой я познакомился, соединила меня по телефону с Парижем и я услышал от Бельмондо: "Наконец-то кто-то заинтересовался Борисом и моим фильмом о нем. Я очень хочу, чтобы одесситы увидели его и при первой же возможности передам в Одессу". - В.К.) Ингрид Бергман дарит ему оборудование для фермы, Р.Макнамара, президент Всемирного банка, пораженный личностью Бориса, предоставляет ему кредит для постройки пятизвездочного отеля Yak and Yeti. Этот отель открывается в 1977 г., но в результате интриг партнера Борис с гневом отказывается от участия в управлении отелем. В 1978 году он открывает ресторан "Борис" на улице с поэтическим названием "32 бабочки", в 1982 г. - ресторан "Boris" на Durbar Marg, который часто посещает король Непала. Еще один ресторан "Boris" открывают его сыновья Миша и Александр.

В 1985 году Бориса не стало. Умер человек, окруженный такими же легендами, как Эверест, человек, проживший 10 жизней вместо одной. Беззаботный и в то же время страстный и дерзкий. Плейбой и художник, коллекционер. Рассказчик и администратор. Он не поддавался анализу, и именно это, вне сомнения, являлось причиной его легендарности.

Могила Бориса Лисаневича в Катманду

На кладбище британского посольства в Катманду, где покоится Борис, я сфотографировал скромную надгробную плиту, на которой высечены дворянский герб и надпись "Борис Николаевич Лисаневич. Родился в Одессе 4 окт. 1905 г. Умер в Катманду 20 окт. 1985 г."

Самым большим памятником Борису Лисаневичу, одесситу, ставшему частью Непалианы, является иностранный туризм в Непале, отцом которого он является.

"Что в вашей жизни вы особенно любите и цените? Что ведет вас?" - спросили его однажды. Борис, показывая рукой на далекие горы, джунгли и храмы Катманду, ответил: "Все это - игра. Только одно может что-то стоить в этой жизни - как много людей вы сделаете счастливыми".


Подборка фотографий с “официальными лицами”

Выступают на трибуне - ведущий церемонии, непалец, менеджер отеля Yak & yeti, Посол РФ в Непале Сергей Васильевич Величкин, внучка Бориса - Айеша Лисаневич, управляющий отеля Yak & yeti - Philippe Belhay

Фото: Екатерина Горышина, Непал


Отзывы (оставить отзыв)
Рейтинг статьи: 5.00
Сортировать по: дате рейтингу

Виктор,спасибо!

С удовольствием прочитал еще раз о своем земляке!
 

Поделиться ссылкой

Дорогие читатели, редакция Mountain.RU предупреждает Вас, что занятия альпинизмом, скалолазанием, горным туризмом и другими видами экстремальной деятельности, являются потенциально опасными для Вашего здоровья и Вашей жизни - они требуют определённого уровня психологической, технической и физической подготовки. Мы не рекомендуем заниматься каким-либо видом экстремального спорта без опытного и квалифицированного инструктора!
© 1999-2017 Mountain.RU
Пишите нам: info@mountain.ru
о нас
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100