Перечитали мы «Дерсу Узала», захотелось самим побывать в тех местах. Ну и что, что денег нет? Разве может такой пустяк остановить, если хочется на Японское море? Оля полетит через неделю самолетом, а я договорился с проводниками, поехал товарняком. Вагон забит сгущёнкой. Из коробок соорудил себе диван. Привык, понимаете, к комфорту.

Поезд тащился долго, шесть суток. Проводники, Кеша и Гоша, систематически злоупотребляли спиртным, так что им всё равно было. А мне нашлось интересное занятие… Кеша поведал, что там, на Дальнем Востоке, ловят корюшку на приманку: нарезанный полосками презерватив зелёного цвета. Дескать, это водоросли напоминает. Но в самом Владивостоке такого презерватива не достать, дефицит. Рыбаков-то там хватает! Так что нужно побеспокоиться заранее. Вот я и забегал по аптекам и киоскам на всех станциях подряд. А поезд не пассажирский, стоянки минут по пять или того меньше. Поэтому я вихрем врывался в аптеки и с порога кричал:
- Дайте мне зелёный презерватив! Срочно! Как это «нету»? Что же мне делать?..
Кеша и Гоша от души веселились, когда я рассказывал им про свои мытарства и реакцию продавщиц. Так и хохотали до Хабаровска, где, наконец, мне продали искомое в виде пучеглазого зелёного крокодила. Счастливый, заскакиваю в трогающийся поезд, собираюсь поделиться радостью с товарищами, но что такое? На товарищах лиц нет. Сплошные синяки, ссадины, кровоподтёки. Не помню, чтобы они на полном ходу из вагона вываливались…
- Это всё он! – показал Кеша дрожащей рукой на трясущегося Гошу. – Увидел на перроне милиционера и дёрнул его чёрт за язык крикнуть «Бей ментов – спасай Россию!». Скотина пьяная…
Из не очень внятного бормотания стало ясно, что разъярённый милиционер с резиновой дубинкой ворвался в вагон и доходчиво объяснил проводникам, что они, дескать, не правы. В послепобитом состоянии ребята уже не интересовались моим пучеглазым крокодилом.

Владивосток встретил нас неимоверной духотой. Парилка. Горячий воздух так пропитался влагой, что казался густым. Вся одежда тут же мерзко прилипла к коже. Горожане в самых лёгких, открытых сорочках, женщины в коротких юбках. В такой жаре иначе не выживешь!

Мне нужно было закупить продуктов на поход. Но после сытного обеда, да на солнцепёке, в разморенную голову лезли всякие мысли, кроме продовольственных. Вспомнив, что в рюкзаке осталось немного манной крупы с прошлого похода, я решил, что этого хватит. Вместо продуктов купил маску, ласты и трубку для подводного плавания.

Утром прилетела Оля, Быстрая Ложка. Через час мы уже сидели в подпрыгивающем на волнах катере, уносясь на юг, подальше от шумного и грязного порта. Нам хотелось найти уютное, безлюдное место на берегу. Размечтались! Всюду населёнки, дороги, машины. Впрочем, через час людские следы стали попадаться реже.

Высадившись, мы сразу же двинулись дальше на юг. Мелкие пенистые волны с шуршанием выползали на низкий берег, усеянный ракушками, и тут же отступали, оставляя на влажном песке лопающиеся пузыри. Остро пахло солёными водорослями. Пятнистое небо расчерчивали зигзагами визгливые чайки. Простор!

Километров через двадцать мы вышли к маленькой, уютной бухте. Между ворчливым морем и непроницаемой стеной лопочущего о чём-то леса простирался жёлто-зелёный луг, разрезанный речкой. Вот и пресная вода! Кажется, место хорошее. Оставив Олю разбирать кули, отправляюсь в лес за дровами. Луг оказался болотом, густо заросшим гибким тростником. Он сразу цепко ухватил меня за ноги. Даже шаг трудно сделать! Какие растения хватучие… Под ботинками зачавкало, да ног не видать. И моря не видать. И леса не видать! Тростник вдруг так вырос, что скрыл меня с головой. Хорошо ещё, я запомнил направление, а то в этих зарослях и заплутать недолго!

Ладно, кое-как добрался до леса. Наткнулся лицом на туго натянутую леску. Что такое… Откуда леска? Это паутина! Между деревьями метров двадцать, диплодок пройдёт! Как же паук сумел тут сеть сплести? И кого он ловить собрался? Судя по прочности и размерам паутины – оленей.

Ищу хворост, раздвигая ногами вязкую, жадно цепляющуюся за одежду траву. Валежника нет абсолютно. Конечно, при такой жуткой влажности его и не должно быть. Что упадёт, сразу сгниёт. Придётся лезть на дерево. Тут растут дубы, орех, амурский бархат, ещё какие-то. С первого взгляда кажется, что можно забраться почти на любое: нижние ветви в полутора-двух метрах от травы. И только подойдя вплотную, понимаешь, что трава-то не та, что в Сибири. В человеческий рост! Встал на цыпочки, а до сучка ещё два метра. Растерянно оглядевшись, я увидел, что все деревья были такими. Эдак можно и без дров из леса вернуться… Наконец, подходящее дерево найдено. С трудом вскарабкался. Среди живых ветвей торчат и голые. Ломаю их, бросаю вниз, сучки бесследно тонут в густой траве. Ладно, потом найду. Освободив дерево от мёртвых ветвей, прыгаю вниз. Где же мои дрова? Ничего не видать… Раздвигая ногами стены травы, кое-что нахожу. Беру одну веточку, другую. Третья почему-то энергично извивается и выползает из ладони. Это же гадюка! Я представил себя неподвижно лежащим в тростнике, с застывшим взором, с двумя веточками, зажатыми распухшей рукой… Ничего себе, сходил за дровами! Приглядываюсь к очередному сучку, но уже темнеет, а в густых зарослях и вовсе ничего не разобрать. Хватаю всё подряд. Сортировка происходит автоматически: змеи сами уползают, а ветки остаются в руках.

Связал охапку, закинул за плечо, сделал шаг. А второй не получается: меня кто-то за плечо держит. Вязанка задевает цепкий тростник. Да что же это, взрослый человек, а застрял, как муха в паутине. Наверное, узкие листья тростника усеяны мелкими крючками. Поднял вязанку над головой, продираюсь. Вырвался чуть живой. Оля обернулась на звук шагов и удивилась моей измочаленности:
- Что ли ты неоднократно упал? Или тигров гонял?
- Там тростник, что колючая проволока! Пойду стойку для палатки искать.
- Вода в речке солёная. Возьми котелок, поднимись по течению, там должна быть пресная.
Двинулся вверх по течению реки. Песчаные берега, густо поросшие хватательной травой, становились всё ниже и вскоре вовсе исчезли. Река текла через топкое, илистое болото. Ощущая под ногами вязкую кашу и какие-то осклизлые стволы, я с каждым шагом погружался глубже и глубже. Уже по грудь. Стена тростника уходит в небо. Вода мутная, дна не видать, иду на ощупь, а в мрачной глубине меня самого кто-то щупальцами трогает. Однажды такой кадр я видел в фильме ужасов. Время от времени я пробовал воду на вкус: пока ещё солёная. Только через два километра кошмарного пути под ногами появилось твёрдое, каменистое дно. Течение заметно ускорилось, вода стала прозрачнее, холоднее и преснее. Наполнив котелок, поворачиваю назад. В мерзком болоте меня уже не только трогали, но и кусали… Это нервировало. Ведь крайне важно было еще и не споткнуться. У костра пытаюсь подсушить промокшую одежду. Она нагревается от огня, но остаётся мокрой. Такой дикой влажности воздуха мы не встречали!

Ночь прошла спокойно. Утром на длинных листьях тростника выпала обильная роса.
- А вот и пресная вода! – радуюсь. – Лучше её собирать по капле, чем через болото.
Позавтракали, собрались, подошли к реке. Глубокая! Как пересекать? Обратили внимание, что вдоль всего берега прибой шумит, а в устье реки нет. Зато подальше в море белеет полоска бурунов. Вот где мелко! Сильным течением вымывает песок, в море течение ослабевает, и песок выпадает на дно. Пришлось идти в море, чтобы пересечь реку. Так все реки по дуге и обходили. Нас уже запугали рассказами о крестовиках. Так здесь называют медузу гонионему. Достаточно лёгкого прикосновения к ней, чтобы получить опасный ожог. Каждый год гонионема уносит десятки жизней. Местные жители, ныряя за морскими огурцами или гребешками, надевают гидрокостюмы и толстые резиновые перчатки. Мы внимательно осматривали толщу воды перед собой, чтобы не напороться на какую-нибудь убийственную тварь.

Подошли к рядам дощатых домиков. Это пансионат. Есть магазин, который работает только по вечерам. Место удобное, но шумное. Мы решили пройти дальше, а вечером вернуться, закупить продуктов. Через десяток километров нашли ручей и полянку в лесу. Крохотная бухточка только с первого взгляда казалась уютной. С наступлением темноты со стороны пансионата донеслись варварские звуки, как бы музыка. Дискотека! Что же творилось там, если мы за десять километров за уши хватались? Утром в кустах раздалось урчание. Неужели уссурийский тигр?! О такой встрече мы могли только мечтать. Торопливо схватив видеокамеру, выскакиваем из палатки, прислушиваемся. И тут через заросли прорвался автомобиль. Здесь ещё и дорога рядом! Нашли уединение, называется. Из машины вышли мужчина с женщиной такого цивильного вида, что им впору многозвёздный отель искать.
- Можно рядом расположиться? – спрашивают. - Дрова тут есть?
- Конечно, располагайтесь! Дрова есть, - говорю, - недалеко, буквально в километре. Только змей много.
Женщина при этих словах попятилась и боязливо посмотрела под ноги. Но мужчина продолжал интересоваться:
- А вода в ручье пресная?
- Пресная! Правда, от неё почему-то понос кровавый, но на вкус хорошая.
- Но хотя бы купаться здесь можно? – в его голосе прозвучало отчаяние.
- Конечно, можно! Если вы крестовиков не боитесь… - успокаивает Ольга.
Окончательно успокоенные отдыхающие торопливо сели в машину и сразу дали по газам. По поводу змей мы правду сказали, их тут полно. Гонионем тоже видели. Только насчёт пресной воды пошутили, да и то, кто знает. Ещё не вечер! Потом я отправился в магазин. Дверь была закрыта. Из записки явствовало, что продавщица приедет вместе с товаром часам к девяти. Действительно, к десяти она приехала, а к одиннадцати все продукты разгрузили. Собралась огромная очередь. Продавщица осмотрела длинный хвост и заявила:
- Кому нужны продукты, приходите завтра. Сейчас буду отпускать только хлеб и водку.
- Русскому человеку больше ничего и не надо! – крикнули из очереди…
Назад добирался я в полной темноте, ориентируясь по шуму прибоя и по грохоту дискотеки за спиной. Речку пересекал по дуге, ощупывая ногами дно. Направо шагнул – глубоко, налево – ещё глубже. На голове рюкзак, сам по горло в воде, ни моря не видать, ни берега, ни звёзд на небе. И про крестовиков забыл. Ничего себе, сходил за хлебом! Зато, когда на берег вышел, так жизни радовался! Слева сплошная стена леса, справа море, теперь уж не заблудишься. Шагать лучше прямо по воде: так хоть на змею не наступишь. Миновав каменистый мыс, отсчитываю двести шагов и смотрю в чащу леса. Вот и огонёк костра. Рассказываю про свои мытарства. Оля в ответ:
- У меня тоже приключения были. По времени ты должен был вернуться, а тебя нет. Что делать? Ты же велел от костра не отходить, огонь поддерживать. Решила нарушить дисциплину и вышла навстречу. Пробежала несколько километров, кричу, зову, а шум прибоя всё заглушает. Потом сообразила, что костёр-то прогорит! Пошла назад, отсчитала от мыса двести шагов, а никакого огня уже нет, сплошная тёмная стена леса. Где же наша база? Заметалась вдоль берега… Потом вернулась на мыс, как единственный ориентир, снова отсчитала двести шагов и повернулась лицом к лесу. Если зрение и слух бесполезны, надо использовать другие органы чувств. Обоняние! Прислушалась, есть запах дыма! Так по запаху и вышла на угли. Раздула, подбросила дров. Сижу, больше не шалю…
Дня через два к нам выкатила целая компания. Шумная такая, на трёх машинах. Мы заняли оборону:
- Тут крестовики!
- Мы купаться не собираемся, - говорят.
- С дровами напряжёнка.
- У нас примус! – вытаскивают канистру бензина.
- От пансионата шум.
- А мы их заглушим! – достают магнитофон.
- Пресная вода не очень…
- Вода не нужна! – и выгружают первый ящик водки, - присоединяйтесь, вместе бухать будем!
- Спасибо…
Вздохнув, мы собрали рюкзаки и двинулись дальше по берегу. Не так-то легко найти уединённое место! Три дня прорывались через гнилые болота и крутые скалы. Нашли. Бухта отвечала всем нашим требованиям. Ручеек, лес, море, а главное – никаких дорог.

Пока натягивал палатку на зелёной поляне, Оля сходила в лес за дарами природы.
- Да тут грибов полно! – обрадовалась она, - только змей тоже хватает, надо под ноги смотреть.
Продукты кончились, пора добывать их из моря. Вода тёплая и ласковая. Надеваю маску, ласты, ныряю. Нет, оказывается, не ныряю! По поверхности плаваю здорово, а нырять не получается. Маска держит голову, как поплавок. Целый час вырабатывали технологию нырка. Зато, оказавшись под водой, можно было управлять телом как угодно и плыть в любую сторону. Вода прозрачная, на несколько метров хорошо видно. Картины открываются, как по телевизору в передачах Ж.И. Кусто. Со дня тянутся длинные зелёные ленточки водорослей, облепленные разноцветными морскими звёздами. Дно ракушками усеяно. Торчат острыми иглами морские ежи. Деловито спешат куда-то крабы. Стаи мелких рыбёшек проносятся. К подводным камням прикипела груда мидий. Не так-то просто оторвать их! Так вместе с камнями и потащил до берега.

Самых крупных мидий мы положили в костёр. Они испеклись в собственном соку, и раковины раскрылись. Остальных мы бросили в воду, чтобы использовать как приманку для камбалы. На следующий день только тронул я их рукой, из-под раковин метнулись десятки испуганных крабов… За приманкой пришлось нырять еще раз. Для поимки камбалы мы смастерили закидушку. Действовала она отлично, только успевай рыбу вытаскивать, да новую приманку насаживать. Готовим ужин.
- Дай нож, - просит Оля, - рыбу почистить.
Складной нож из нержавеющей стали так заржавел, что заклинился насмерть и никак не открывался. Влажность воздуха – вот экзотика!
- Где же масла взять? – размышляю, - у нас, кажется, осталась банка рыбных консервов в масле!
Полез в рюкзак, а оттуда змеюка с любопытством высовывается. Дескать, чего тебе надобно? Вытряхнул змею, нашёл банку, пробил её камнем, накапал масла в складник, кое-как открыл.
- Костёр давай!
Дрова влажные до предела. Пока размахиваю над костром ластами, огонь горит. Отложил ласты в сторону – огонёк дымом захлёбывается. Хочешь поймать камбалу – работай ластами. Хочешь поджарить её – опять работай ластами. В лесу полно змей. В основном полозы, они неядовитые, но гадюк и щитомордников тоже хватало. Мы выяснили, что змеи наглые и не очень-то боятся огня. Ползают прямо по лагерю, мимо костра... Оля большая любительница грибной охоты. Предупреждаю её о гадах, а она смеётся:
- Нам ли бояться?
Но однажды она вернулась возмущённая:
- Почему тут ползают полосатые твари по полтора метра? Моя нервная система рассчитана максимум на метр двадцать!
…На третью ночь к нам пожаловали гости. Кто-то стучал копытами по гальке. Мы сначала решили, что это олени. Осторожно выглянули из палатки.
- Лошади! Дикие лошади!
Самое удобное место для водопоя было в метре от нас. И каждую ночь мы любовались гостями. Лошади шумно пили воду, громко фыркали, постукивали копытами, шевелили гривами и настороженно смотрели на нас.
- Лошади самые красивые животные, - говорила Оля, - но, чтобы каждую ночь видеть их, да ещё так близко, о таком я даже и не мечтала…
Жизнь на берегу нам очень понравилась. Море – как склад продуктов. Проголодался, нырнул, поймал что-нибудь, съел. Морские гребешки - деликатес. Трепанги очень вкусные. Камбалу наловчились жарить на рожнах. А для ухи самая подходящая рыба, это пеленгас. Аромат за три метра от котелка разит. Не жизнь, а какой-то непрерывный праздник. Наконец, природа преподнесла нам еще один сюрприз. На нас обрушился настоящий тайфун!

…Шелест прибоя вдруг стал приглушенным. Птицы умолкли. Из-за горизонта поползли тяжелые тучи с зеленоватыми проблесками. Сидя в палатке, мы наблюдали, как с неба протянулся как бы хобот. Это был смерч. Он шарил в воздухе, вытягивался, изгибался и, наконец, достал до моря. Хобот тут же потемнел, и мы догадались, что он засасывает воду. Туча пошла на нашу бухту.
- Сейчас рыбный дождь будет! – обрадовались мы.
Сильным ветром пригнуло весь лес. С деревьев срывало листву и даже ветви. Наша ветроустойчивая палатка напряглась и задрожала. Хлынул дождь. Водяной поток был таким плотным, что стало трудно дышать. Любой ливень, даже самый страшный, не шёл ни в какое сравнение с этим. Словно целое море было над нами и вдруг с грохотом обрушилось. Между деревьями стали образовываться быстро растущие лужи! Трава и кустарники буквально тонули! Бугор с нашей палаткой оказался островком. Настоящий потоп! За пять минут бешеного ливня затопило весь лес. Наверное, грызуны погибли в своих норах. Внезапно душ кончился. Вода в лесу ушла так же быстро. Вот и весь тайфун. Даже рыба с неба не сыпалась…

Море разгулялось. Штормом не назовёшь, но волны в два-три метра высотой впечатляли. Мы тут же полезли купаться. Если суметь преодолеть прибрежную полосу, дальше волны уже не опасны. Важно не увлекаться кувырканием в волнах, а беречь силы. Они потребуются при возвращении! Волны с силой швыряют купальщика на обнажившееся дно, а потом скатывающаяся вода тащит оглушенного за собой в море. Сдурику и утонуть можно. Но если приноровиться, купание доставит только удовольствие. Волнами на берег выбросило длинную доску. А накануне я обнаружил на дне кусок старой сетки-рабицы и на всякий случай прихватил. В хозяйстве, думаю, все пригодится. Из рабицы изготовил гвоздей. Разделав доску топором, смастерил скамейку с удобной спинкой и стол. Комфорт!

Единственное неудобство, которое причинил нам тайфун, это взбаламученная вода. В такой ни гребешков не видать, ни крестовиков. Зато бурей принесло фосфоресцирующий планктон. Спокойная вода темна. А потревожишь её, и вспыхивают огоньки. Плывёшь ночью, вода вокруг так и светится. Потрясающее ощущение! Взмахнёшь рукой, и тут же огненные всплески! Ничего подобного мы не видели. Совершенно райское местечко. Экзотики хоть отбавляй.

Читайте на Mountain.RU:

Полонез Шопена (1995 г)