В далеком 1976 году я впервые попал в горы. Можно сказать случайно. Забрел однажды зимним вечером в подвальчик туристского клуба в Серповом переулке, который гудел как улей, потому что в этот вечер записывали в школу руководителей горных походов, осмотрелся и решил остаться
Класс, ученики и учитель альпинизма – небритый, но харизматичный мужчина средних лет в растянутом свитере крупной вязки с оленями и красно-синей шапке типа «петушок»
Приют 11, был очень интересным сооружением. Низ каменный, верх деревянный, обшитый жестью. Когда он был полон людей, никакой мистики там не чувствовалось. Шум, гам, дым коромыслом. Кто-то готовится к восхождению, точит кошки и собирает рюкзак. Кто-то под чаёк треплется. Кто-то к девчонкам клеится. В общем обычная атмосфера альплагеря
Мимо бежал шумный ручей. От обилия дождевых вод он вспучился, заметался меж камней, принялся скалы подмывать. Как-то ночью ручей, превратившись уже в речку, где-то в верховьях изменил направление. Видимо, образовалась запруда. Ира мирно сопела пока ещё сухим носом и вдруг на её голову хлынул водопад со стены. Мне как раз снился большой кусок шербета, когда она визгом в ухо оповестила о потопе
Сильным ветром пригнуло весь лес. С деревьев срывало листву и даже ветви. Наша ветроустойчивая палатка напряглась и задрожала. Хлынул дождь. Водяной поток был таким плотным, что стало трудно дышать. Любой ливень, даже самый страшный, не шёл ни в какое сравнение с этим. Словно целое море было над нами и вдруг с грохотом обрушилось
Всюду снег! Загорать собрались, а тут впору лыжи надевать. Покуда снеговая обстановка не прояснилась, я решил поставить палатку внизу, ведь с каждой сотней метров вверх температура воздуха падает в среднем на один градус
Неизвестно, совершал ли Маяковский восхождения, но найденный в черновиках первый набросок известного стихотворения выглядел вот так
Авторский взгляд на альпинистский гороскоп
Комсомольцы улыбнулись. Они представили, как станут иностранцы карабкаться на скалы в своих опереточных ковбойках, и всем стало весело. Нетрудно было вообразить, во что превратятся. все эти клетчатые рубашки и брючки в обтяжку!
Памяти Валерия Павлотоса. Книга, которая никогда не была опубликована.