Ночной полет над Карибским морем. Весь в огнях Тринидад и Тобаго, боинг начинает снижаться, мы приближаемся к Чедди Джагат (международному аэропорту столицы Гайаны). Внизу после Тринидада разительный контраст: как будто средняя полоса России "Дрожащие огни печальных деревень".

"Что вы собираетесь делать месяц в Гайане?" с недоумением спрашивает меня черная, как смоль девушка на паспортном контроле, в ее вопросе звучит: "что вообще можно делать туристу целый месяц в Гайане?" (Гайана одна из самых бедных стран в Южной Америке и Карибском регионе, 157 место в мире ВВП на душу населения, основы экономики: добыча бокситов, золота и алмазов и производство сахара и рома).

Рорайма, мы хотим сделать восхождение на Рорайму...

В прошлом году осенью я получил сообщение от Саши Кленова, он спрашивал, хотел бы я составить ему компанию в восхождении на Рорайму? Когда еще в 1996 году мы начинали проект "Русский путь / Стены мира", Рорайма значилась в нашем списке, как одна из самых сложных и привлекательных целей для реализации столь амбициозного замысла.

Конечно я сказал, Да...

Да, потому что мы так до нее за 16 лет и не добрались, и не только я, а все, кто когда-либо участвовал в проекте.

Да, потому что Рорайма это "Затерянный мир" Конан Дойля.

Да, потому что для меня это та самая новизна, без которой жизнь становится пресной.

Но был еще один резон.

Саня мне рассказал о кристалле кварца, который дали ему индейцы, живущие под Сальто Анхель (во время первого его визита в джунгли Амазонии), они сказали ему, что этот кристалл надо вернуть на Рорайму, если этого не сделать, то наш мир прекратит свое существование...

Не больше ни меньше.

Честный путь на Рорайму из Гайаны очень дорог.

И вот мы трясемся на самолетике над Гайанскими джунглями, облетая грозовые облака, периодически проглатывая исчезающий под нами воздух, кренясь и падая в туды его в качель и в голубое небо...

Наша цель индейская деревушка Филипай, в 50 км. от подножия Гайанской части Рораймы, гордо носящей название The Prow.

Отсюда мы планировали прорубаться через джунгли к стенам Рораймы. Мы это: Саня Кленов альпинист с 30 летним опытом скальных восхождений, его друг из Екатеринбурга: Андрей Крылов (для меня "темная лошадка") и я, приблизительно с таким же опытом как у Сани, несколько разбавленным высотными восхождениями в Гималаях и др.

Надо сказать, что предварительного опыта общения с амередиан пипл (местными индейцами) ни у кого из нас конечно не было. И никто из альпинистов, когда либо побывавших здесь (а их было немного) особо про это не распространялся.

Вообще ключевое имя собственное здесь: "National Geographic". Десять лет назад они побывали в этих местах и затем еще в 2006 г. Как бы время прошло, но память народная жива. Сложно даже через десять лет конкурировать с таким бюджетом, каков был у американских клаймеров из Нэшнл Джеографик...

Возможно, я подробнее когда-нибудь опишу все эти приключения в Гайанских джунглях, но если коротко резюмировать суть, то выходило, что честный путь к Рорайме из Гайаны стоит немеренных денег, и если вы не обладаете ресурсами сходными с вышеупомянутым журналом и по какой-то глупой случайности не привезли с собой бочку рома, то на помощь местного вождя (а он все решает) вы рассчитывать не можете.

И так: серьезно поиздержавшись мы вернулись в Джоржтаун.

Ночная автоэкскурсия по Гайанскому хайвею

Из Википедии: "Освоенность территории страны транспортными артериями невысокая.

Основным видом транспорта в Гайане является автомобильный. Из 8 тысяч километров автодорог 590 км имеют асфальтовое покрытие."

Самая главная трансгайанская трасса, соединяющая Гайану и Бразилию в основном грунтовая и в период дождей непроходима, видимо корпорациям, моющим золото и добывающим алмазы инфраструктура не нужна, ценный груз легко доставляется Roraimaairways.

Нам пришлось переработать наш план, мы нацелились на восхождение из Венесуелы, хотя официально скальные восхождения из Венесуелы и Бразилии на Рорайму не разрешены, наша группа рассчитывала проскочить инкогнито.

Мы выехали в сторону Бразилии на ночном микроавтобусе, заполненном вещами и пассажирами на 110 процентов.

Задняя скамья 40 см. шириной, на которой нас разместили, мне запомнится надолго, головами приходилось держать подпрыгивающие и летящие вниз вещи. Дорога, отгрумленная грузовиками, напоминала стиральную доску из советского прошлого.

Через, часов 17, мы оказались в пограничном городке Лезем. Гайанские пограничники не нашли в списке стран разрешенных для безвизового посещения Бразилии нашу РФ. Мы тоже долго искали, пока Саня не обратил внимание, что бумажка со списком датирована 2004 г. (с 2011 г. гражданам РФ разрешен безвизовый въезд в Бразилию), нам поверили на слово и пропустили, правда все же проверили не вывозим ли мы из Гайаны толику алмазов.

Бразильцы тоже было пытались нас искать в списках стран, но нужные слова были уже готовы, и нам вновь просто поверили на слово. Неужели мы были первыми русскими, пересекающими эту границу? После Гайаны, Бразилия с их асфальтом и комфортабельным автобусом выглядела землей обетованной.
Пакорайма
 Проехав около градуса по широте из Бонфима до Боа Висты, мы нашли маршрутку до Пакораймы, небольшой деревушки на границе с Венесуэлой, день был на исходе и наши надежды к вечеру оказаться в Санта Елене де Уарен на венесуэльской стороне не оправдались, после 6 вечера границу можно пересекать только неофициально...

Поэтому нам пришлось заночевать в Пакорайме. После практически не съедобного общепита в Гайане, Пакорайма нас порадовала очень даже неплохим шведским столом в одном из небольших ресторанчиков. После 24 часов пути и по паре конфет на завтрак для нас это был настоящий пир.

Утро выдалось менее удачным, таксисты отказывались за нормальные деньги везти нас через границу с остановками для фиксации въезда выезда (видимо большинство местных этим пренебрегают), и мы челночили с баулами от Бразилии до Венесуелы. Однако к полудню все же добрались до Санта Елены и приступили к поиску возможностей для спортивного восхождения на Рорайму.

На три нельзя - одно можно.

Вот мы и Венесуэле - стране тепуев, гран сабаны, боливарианской революции и больших машин (при стоимости бензина около 2-3 дол. за 200 л. можно колесить по стране хоть на Урале хоть на Хамере не особенно заботясь о бюджете).

Нам заранее было известно, что в из Венесуэлы стенные восхождения на Рорайму не разрешаются, тем не менее разрешен и даже поощряется туристический маршрут на плато по т.н. рампе, и мы решили воспользоваться этим шансом.

Мы пробовали обращаться в 2-а агенства и к одному из опосредованных знакомых Сани Кленова и везде получили отказ. В последнем месте нам, правда, предложили попробовать залезть на другой тепуй по меньше, не входящий в ареал нацпарка. Да..., хоть что-то, но нам надо было на Рорайму. Так и было все в подвешенном состоянии, пока мы не встретили вторых русских (первые были из Воронежа и жгли бесплатный бензин катаясь на крузере по Венесуэле туда-сюда, причем весь салон у них был забит ящиками с ромом, ребята оттягивались с душой). За один день довольно много, если учесть, что за предыдущие недели соотечественники нам не попадались.

Второй вечер подряд ужин нам удавался: мы встретили Диму с Маргариты, который пообещал помочь.

Дима как раз открывал свой туристический бизнес в этом районе и у него имелись кой-какие связи среди индейских гидов, кто подряжается водить экскурсии по рампе на Рорайму.

На следующий день нашелся индеец, который согласился нас провести под стену со снаряжением нeвзирая на запреты.
Яшма и кристаллы
 Индейцы Венесуэлы довольно трепетно относятся к камням и минералам, например, довольно известен скандал недавнего времени с "Камнем Куэка" (Бабушкой Куэка), 35 тонным блоком розовой яшмы вывезенной 1997 г. из

Гран Сабаны немецким художником (его имя Вольфганг Кракер фон Шварценфельд) и размещенной им в Берлинском зоопарке.

Теперь индейцы требуют от Германии что бы "Бабушку Куэка" вернули, этот реликт, по легенде, является окаменевшей прародительницей народа пемон.

Кристаллы кварца, а все тепуи это столовые горы из древнейших докембрийских песчаников или по другому кварцитов, так же являются священными, потому как принадлежат дому богов, что на языке индейцев пемон и означает слово "Тепуи".

Может с точки зрения европейца все эти "дикарские предрассудки" не имеют особого смысла, но мы, путешествуя по миру и делая восхождения в различных горных системах, научились уважать и местные обычаи и местные верования.

Поэтому мы и отнеслись к нашей миссии по возвращению кристалла кварца на Рорайму вполне серьезно.
Рорайма
 Нашего индейского проводника звали Эвэнсио, с ним было еще 5 носильщиков. Один из них Саломон, судя по всему, сам был работником нац. парка и инструктировал нас, что если что, говорите что вы типа студенты геологи. На студенческие наши бородатые, обветренные лица походили с большой натяжкой.

Все бы хорошо, да времени у нас было уже в обрез и находиться в нац. парке более 8 дней не рекомендовалось.

3 марта сборная компания из 9 человек (трое нас и шестеро индейцев) двинулась под Западную стену Рораймы. На чек посту наши носильщики умудрились распихать альпинистское снаряжение по своим корзинам и его не досматривали.

Быстрой рысью мы зашагали по тропе, облако черно-фиолетового цвета скрывало от глаз стены Рораймы.

За полтора дня одолев около 30 км. мы углубились в джунгли южнее основной треккинговой тропы и разбили лагерь под карнизами отвесной стены. 13 марта мы обязаны были быть на этом же самом месте, такова была договоренность с Эвэнсио и портерами. Обнявшись на прощание мы расстались, в общем то индейцы производили впечатление приличных ребят.

5 марта наша тройка двинулась вверх по стене, к сожалению, из-за цейтнота и облаков мы не имели возможности предварительно изучить всю линию предполагаемого пути, нам удалось разглядеть только нижнюю часть маршрута.

Он представлял собой барельеф из карнизов на стене, напоминающий по форме Африканский континент, мы так и назвали его "Африка".

Нижняя часть стены была сильно разрушена, но шуметь, сбрасывая камни, было опасно, это могло привлечь внимание и нас могли бы остановить работники нац. парка, пока мы не ушли в отрыв. Говорить и отдавать команды на стене тоже надо было не громко, и мы практически нашептывали в наши рации. Из-за обилия живых камней лезть надо было очень аккуратно, что отнимало много времени. Тем не менее в первый день нам удалось пролезть три веревки.

Дальше рельеф становился монолитнее, но иногда перья торчащие из карнизов от малейшего прикосновения стремились рухнуть вниз и приходилось проявлять чудеса изобретательности и обходить опасные места.

К концу второго дня мы пролезли под Мадагаскаром и приблизились к Эфиопии.

Мы уже устали от постоянного напряжения оказаться разоблаченными и на третий день наметили отрыв. Веревки были закреплены на надежных точках, но при подъеме по ним тоже требовалась предельная осторожность, дабы не защищенные протекторами места не сильно терлись о скалу... Кварцит очень остр и своими кромками режет даже стекло, и что ему наши веревки...

Платформу повесили на стене под большим карнизом, краями она упиралась в маленькую полку. Груза пришлось вытянуть не мало, одной только воды около 50 л. с собой у нас было 2 рюкзака, 3 баула и 12 кг. платформа. Шея и плечи сильно болели. Не смотря на отрыв нам еще удалось проработать выше один участок и выйти к Африканскому рогу.

Первая ночь в платформе не принесла особого отдыха, все же втроем в двухместной платформе не весьма комфортно.

Утро у нас начиналось с чашки кофе, затем овсянка и чай. Весь день пахота на стене: двое прокладывают маршрут один подносит снаряжение, воду и грузы, готовит следующий переезд на несколько участков выше. Вечером скромный ужин: суп и туна.

Вскоре мы оказались у северного предела Африки и рельеф "закончился". Трещин для лазания и страховки стало критически мало, над нами висели огромные карнизы и оценить сколько еще впереди не представлялось возможным.

После 4-х ночевок и 11 веревок на стене мы приняли решение уходить на более простой путь, поскольку становилось ясно, что из-за сложности и опасности рельефа мы просто физически не успеваем в установленные нам сроки. На одном из участков мне пришлось проходить карнизы в обратную сторону используя технику "клип бэк".

11 марта вечером мы вышли на обширное плато Рораймы. У меня было такое странное впечатление, что жгуты из разнонаправленных энергий пронизывают все пространство над вершиной горы. Везде конденсировалась вода, образовывались ручьи, звенели капли в кварцевых колодцах.

Усталые, но вполне довольные, установили лагерь в стороне от обычных туристических стоянок, соблюдая договоренности с нашими партнерами индейцами по этому немного авантюрному восхождению.

Ночью выспаться так и не удалось, слишком силен был напор эмоций, которые еще не полностью растратили свой потенциал. Выполнив задуманное, и обойдя несколько природных феноменов плато, поднявшись на высшие точки этого района, 12 марта мы собрали лагерь и спустились к подножию, ровно в то место откуда начинали.

Гид и портеры поднялись к нам, как и обещали 13. Новости были не очень хорошие, дирекция нац. парка про нас все таки узнала. То ли кто-то нас разглядел на стене, то ли услышали как ночью из-под ноги вылетел и рухнул в джунгли предательский камень, но теперь тот же финт со снаряжением гид проделать не мог, его за это могли лишить лицензии…

Самый плохой сценарий развития дальнейших событий: наше снаряжение остается в нац. парке до окончания разбирательства между Димой, кто все это помог нам организовать (что нас никак не устраивало, поскольку Дима уже уехал на Маргариту), и официальными лицами. Второй был менее драконовский: штраф, правда непонятно какого размера, денег у нас оставалось только на обратную дорогу в Гайану. Но поскольку кристалл уже был на вершине, мы уповали, что все должно решиться не сильно нас обременяя...

14 был очень приятный день, отдых возле ручья перед подъемом к пропускному пункту нац. парка, прохладная чистая вода, вполне спокойный эмоциональный фон.

Нас встречал партнер Димы - француз из Санта Елены. Клод продемонстрировал чудеса дипломатии, за полчаса он утряс все наши дела с нац. парком, направил решение вопроса по второму сценарию, снизив размер штрафа с 1500 долларов, до 5000 боливаров (250 usd). Это была весьма занимательная и поучительная беседа, в которой Клод все время соглашался с директором, а размер штрафа постоянно снижался...

Во второй половине дня мы были уже в недорогом бэкпэкерском отеле в Санта Елене и наблюдали, как народ под совершенно не траурный аккомпанемент провожает недавно почившего команданте Уго Чавеса. Правда помянуть его по русскому обычаю нам так и не удалось, во время 10 дневного траура в Венесуэле был введен запрет на продажу любого алкоголя, даже пива...

Наша экспедиция подходила к концу, нас ожидал утомительный путь через Бразилию и Гайану в Джоржтаун. Не все прошло гладко, но мы приобрели неоценимый опыт, в конце концов достигли вершины Рораймы и частично реализовали задуманное. Но самое главное, эта поездка вдохновила нас на новые проекты и восхождения, значит жизнь и творчество продолжаются... Будем так же верить, что наши скромные усилия по сохранению мира тоже не пропали даром.

Читайте на Mountain.RU:

Фестиваль памяти Александра Клёнова в Боровом. Как это было

Фестиваль памяти Саши Клёнова «On-sight marathon Alex Guide 2023» в Боровом

Памяти Саши Клёнова. Песни и фильмы

Ушёл из жизни Александр Клёнов

Про Сашу Клёнова Александр Кленов. К юбилею Главного Идеолога Чистого Стиля в России

«Он-сайт Марафон» и программа «Скалы для каждого» гостит в Македонии Александр Македонский или где гостит «On-Sight marathon»
Статьи автора: