Вопросы есть? - Ронни - директор гонки закончил брифинг. Я поднял руку: А зачем солистам тащить с собой спасконец? Кидать то его все-равно некому. Кинешь другому солисту, - ответил директор. Да мы на гонке почти никогда не пересекаемся, - возразил я. Это правда, - улыбнулся Ронни: Но одному в лесу, ночью так бывает тоскливо, что удавиться хочется, а другой веревки у тебя все-равно нет. Веселый ржачь пробежал по рядам гонщиков, а я стал думать, сколько будет весить мой рюкзак и что еще я могу из него вытащить, чтоб запихать этот чертов спасконец.

Часть третья.

Львиное сердце и другие приключения.

30 июня 2007 года, 9 часов утра, Ohiopyle State Park, штат Пенсильвания. Старт гонки Lion Heart.

После мичиганской гонки прошел всего месяц, а мы опять бежим. Ну да, мозоли заживают за три дня, колено за неделю, а остальные поломки наш спортивный доктор чинит за пару сеансов. Вот только мозги остаются все такими же сумасшедшими и опять рвутся в бой. Мы бежим не разбирая дороги через заросли крапивы к первому КП. 24-х часовая гонка с гордым названием Львиное Сердце является квалификационной для чемпионата Америки. Первые три смешанные команды из трех человек, дошедшие до финиша в полном составе и без штрафных очков, получат право выступать в ноябре на национальных соревнованиях в Миссури. Судя по тому, что мы бежим вторыми у нас есть шанс. Мы бежим в уже привычном составе: я, Вовчик и Сашка, догоняя одинокого шустрого солиста, который тормозит на каждой развилке, чтоб проверить направление. Через пару КП и 10 километров спуска мы прибежали к речке Як - главной сплавной артерии всех водников восточного побережья.

На берегу нас ожидали надувные лодки. На команду-тройку давали одну одноместную и одну двухместную пупындры. Я сажусь один, а Сашка, с теперь уже гораздо более опытным Вовчиком, прыгают в лодку побольше. Як - речка веселая, но уровень воды в ней регулируется плотиной, и сегодня воды совсем немного. Приходится все время оплывать торчащие из воды камни, а кое-где и вообще вылазить и тащить лодку по мели. Следующим этапом будет ориентирование на велосипедах, и мы экономим силы, помня с тренировочных выездов какие здесь подъемы и спуски. На одной из тренировок в этом парке у нас с Сашкой одновременно лопнули задние камеры, хотя у меня стоял непробиваемый латекс.

На велосипеде надо было описать громадный круг через несколько перевалов и успеть на этап веревок до истечения контрольного времени. Если не успеть взять все велосипедные КП, то придется возвращаться сюда после веревок и терять кучу времени, поэтому мы идем на риск: решаем срезать через лес без дороги. Мы сэкономили на этом не менее часа, но зато заработали кучу царапин и синяков - все-таки продираться по лесу с велосипедами не самое простое занятие. На спуске с перевала колесо спустило у Вовчика, но на веревки мы все равно приехали за два часа до истечения контрольного срока. Веревки организаторы повесили на старом железнодорожном мосту через реку Як, и на этот раз Вовчик решил не демонстрировать акробатические трюки, а очень профессионально спустился к воде. Всю первую половину гонки мы отлично держались в первой тройке и очень старались из неё не выскочить.

Выйдя на заключительный этап ориентирования, я вдруг понял, какая это короткая гонка. 15 часов прошло от старта и не больше, чем через четыре часа мы будем на финише, а еще вообще ничего не болит и сна ни в одном глазу. Ориентирование тоже совсем простое. Организаторы, зачем-то в дополнение к обычной карте, выдали схему троп, что сделало навигацию просто неинтересной. Мы быстро взяли все КП и финишировали на втором месте. Правда, потом его отдали следующей команде, которая взяла больше бонусов, но считали они очки как-то нелогично. В любом случае мы квалифицировались на чемпионат и еще познакомились с занявшей первое место сильной командой из Вирджинии. Её капитан, Марк Латанци, участвовал в гонках по всему миру, включая двухнедельную гонку в Австралии. Еще не раз мы пересекались с ним в этом сезоне.

Однодневную июльскую гонку компания Одиссей традиционно проводит возле города Роанок в Вирджинии. Она единственная, которую они предлагают новичкам наравне с более опытными гонщиками. Ровно год назад именно это и была наша первая 24-х часовая гонка, где мы заняли третье место. Я решил, что в этом году это будет хорошим началом для моей сольной карьеры. Обстоятельства складывались очень удачно, после того, как Марк Латанци пригласил Сашку заменить заболевшую даму из его команды, а Вовчик просто решил взять отпуск. Я воспользовался свалившейся на меня свободой и зарегистрировал команду Calleva Solo. Приключения продолжались.

21 июля 2007 года, 8 утра, горы Шенандоа возле города Роанок. 4 часа до старта гонки Odyssey one day.

Одному все делать непривычно и сложно. Я наношу координаты КП на карту, но проверять, что я не ошибся некому. Проверяю сам, но теперь почти не остается времени на сбор снаряжения. Расстояния промеряю уже во время брифинга, слушая в пол уха, куда нам лучше не соваться в этот раз и какие засады поджидают нас на маршруте. На построение на старт прихожу одним из последних, но вроде все успев: карта на перекинутой через шею планшете, паспорт в специальном кармане на груди, описание маршрута в кармане сбоку, фонарик теперь умеет светить не только вперед, но и в стороны, рюкзак 30 литров и даже не совсем полный. Моя команда Calleva Solo зарегистрирована под номером 9, а все однозначные номера принадлежат солистам.

Стартовый выстрел прозвучал ровно в полдень. В качестве пролога нам забацали километров 10 беготни по горкам. На какой-то развилке я свернул не туда и, сделав лишний круг, оказался в самом хвосте. Но постепенно нагнал упущенное и на велосипеды пересел в середине растянувшийся очереди. Бежать и ехать одному оказалось гораздо легче. Никому не надо помогать, никого не надо ждать и ни за кем не нужно гнаться. Держишь свой темп, потихоньку обходя другие команды. В результате к первому этапу дневного ориентирования я прибыл пятым. Я не был до конца уверен в своих силах и избрал очень простую тактику: садился на хвост какой-нибудь команде и ехал или бежал с ними, пока не чувствовал, что в силах спокойно уйти вперед. Догонял следующих и отдыхал некоторое время, чтобы обогнать и их, когда они сбавляли темп. Так к часу ночи, через 13 часов гонки, я приехал вторым на трассу ночного пешего ориентирования на хвосте старых знакомых из команды CheckPoint Zero. Но на этом все мои сольные преимущества кончились.

Координаты 15-ти контрольных пунктов, которые были на ориентировании заранее не давали. Я получил листок с кучей чисел прямо перед выходом на этап. Кое-как пристроившись под фонарным столбом стал пытаться наносить их на карту. И тут я влип: я никогда не проставлял координаты во время гонки в одиночку. Мне всегда кто-нибудь из команды диктовал цифры, а я, иногда переспрашивая, загонял их на карту. Теперь же я, пристроив бумаги на какой-то доске, пытался запомнить шестизначные комбинации чисел, чтобы отметить их на карте. Получалось это очень медленно и, как потом выяснилось, очень некачественно. На ориентирование я выбежал третьим около двух ночи.

С первого же КП я понял, как тяжело ориентироваться ночью в одиночку. Я прошел метрах в 5 от первого флага, просто не посветив в его сторону. Лес был хвойный, с редким подлеском и позволял держать неплохую скорость при беге. Мешали только бесконечные овраги и ручьи, в которых и были запрятаны большинство КП. По условиям гонки закончить ориентирование нужно было до 6 утра, чтобы успеть на этап гребли. Официальный зачет учитывал сначала количество взятых КП, а уже потом время финиша. Я твердо рассчитывал найти все 15 КП, но на седьмом сильно застопорился. Его нигде не было! Я прочесал весь лес вокруг, но ничего не нашел и не встретил никаких других команд. Выбежав обратно на дорогу я встретил команду Марка Латанци, в которой была Сашка. Она то мне и подсказала, что я искал седьмой КП совсем не в том месте. Я перепроверил координаты и ужаснулся: седьмой КП был в совсем другом квадрате. Пришлось остановиться и проверить все остальные координаты. В результате я нашел три ошибки, одну из которых уже не мог исправить - 12 КП был между четвертым и пятым, а это слишком далеко возвращаться, чтобы успеть взять его до 6-ти утра. На лодки я прибежал в 5:40, пятнадцатым, и лишь с 14-ю взятыми КП.

На лодках нужно было плыть сначала вниз по течению 10 километров, а потом эти же 10 километров против течения. Я был зол на себя и греб изо всех сил. Обогнал 8 команд, но из-за пропущенного КП занял только одиннадцатое место. В принципе не так уж и плохо для первого раза соло, но гонка была совсем простой и результат меня не радовал. Я поклялся себе, что научусь наносить координаты в одиночку быстрее, чем с чей-то помощью и выработаю систему быстрой проверки правильности. Уже дома, после гонки, я придумал несколько приспособлений и приемов, которые значительно облегчили мою дальнейшую сольную карьеру.

Следующая гонка была 24-х часовая Overmountain Extreme в Северной Каролине. Мы выступали втроем, в нашем обычном составе с Вовчиком и Сашкой и впервые я почувствовал, что мы сильная команда. Мы без ошибок справились с дневным и ночным ориентированием и были одной из трех команд, взявших все КП. Закончить гонку мы, правда, не смогли, потому что ближе к концу Сашке стало очень плохо. Такое иногда случается во время гонки - сочетание переутомления и плохого пищеварения. Усталость накапливается к концу сезона, организм не выдерживает и дает сбои. Уже дома, через неделю после гонки, мы поняли, что чемпионат Америки нам тоже не потянуть - слишком дорого и далеко. Вот так чуть раньше запланированного закончился сезон 2007 года. Но не для меня...

Новость о том что Одиссей собирается проводить свой чемпионат я получил за месяц до него. Президент компании Одиссей, Ронни Энжел обещал, что это будет эпохальная гонка, собравшая в себе все самые сложные элементы предыдущих соревнований. Одной из новых для меня объявленных дисциплин был сплав по горной реке без лодок - на пластиковых досках для плаванья. В середине октября на северо-западе Вирджинии уже возможны заморозки и вода в реке может быть очень холодной. Поэтому я купил мокрую гидру, а вот на доску решил не тратиться и просто одолжил её у своего сына. Это было ошибкой. За две недели до гонки команда Calleva Solo была зарегистрирована под номером 8.

12 октября, 7 вечера, парк Claytor Lake в Вирджинии. Накануне чемпионата Одиссей сезона 2007 года.

Я специально приехал пораньше, чтобы первым получить карты и проложить маршрут. Но фокус не прошел. Карты нам раздали все, а вот координаты выдали только для первых пяти КП, на которых не требовалось никакой навигации. Остальные обещали вручить где-то на маршруте. Карты были ужасные черно-белые копии стандартных квадрантов, на которых было тяжело отличить тропу от ручья. Карты датировались 1967 годом, с поправками 1981. По легенде все поправки были выделены розовым и на черно-белых копиях не просматривались. Навигация по таким картам обещала быть очень веселой. Еще одной особенностью гонки было отсутствие заброски. Все снаряжение, еду, воду, спажилеты и весло мы должны были нести на себе от старта до финиша в течении всех 24-х часов гонки. Только лодки, гидрокостюмы и доски для плавания организаторы гонки доставляли на соответствующие КП. Сами лодки нам даже не показали, но обещали, что велосипеды в них влезут.

Когда я закончил сбор рюкзака, я понял, что с таким весом мне маршрут не пройти и стал вытаскивать ненужные вещи. Так как велосипедная каска всегда должна быть при нас, то лучшее место для неё на голове, а значит кепку можно оставить в машине. Там же можно оставить запасной компас, пару запасных носков и штаны на случай дождя - с мокрыми ногами не надо обходить лужи. Рацион питания можно сократить со 100 калорий в час до 75 - похудеть никогда не лишнее, и вместо трехлитрового мешка воды можно взять двухлитровый, тогда складное весло влезет в рюкзак и не будет болтаться снаружи. Перчатки для гребли - роскошь, грести можно и в велосипедных, мозоли на руках потом заживут, а пара кубиков сухой колбасы расслабляет и должны быть отданы врагам... Кучка мелких вещей на сидении машины росла, но рюкзак сильно не легчал. Список обязательного снаряжения, которое всегда проверяют во время гонки, был длиной в два листа, и разделить его мне было не с кем.

Гонка стартовала в 8 утра, в субботу, 13-го октября. Ронни сказал, что на пролог у нас времени нет, поэтому прямо со старта мы дружной толпой покатили на великах. Мои ежедневные 50 километров на работу и обратно сразу дали о себе знать, и я без проблем вырвался вперед. Уже через 10 минут пути я ехал один, с трудом различая остальные команды позади себя. Единственный, кто все еще держался совсем рядом, был незнакомый мне солист под номером 9. Он честно ехал чуть в стороне, не садясь на колесо, и все мои попытки оторваться только привели к тому, что он меня обогнал, потом я его, и так несколько раз. В конце концов, поняв, что спор бесполезен, мы спокойно поехали рядом. От наших преследователей к этому моменту и след простыл. Чуть восстановив дыхание после безуспешного спринта, мы разговорились. Номер 9 звали Джон, и он недавно перебрался на наше побережье из центра страны. По профессии он военный, а к нашему спорту относится как к хорошей тренировке. В беседе 40 километров гонки прошли совершено незаметно, и через час двадцать небольших горок мы прибыли на первый КП.

Здесь нужно было оставить велосипеды и пробежать 20 километров вверх по течению реки. Потом вплавь на досках спуститься первые десять, а вторые опять пробежать до велосипедов. Переход на бег я совершил на 30 секунд быстрее, чем Джон и побежал по песочной прибрежной тропе. Первые 15 километров я бежал один, но потом увидел позади своих преследователей. Команда номер 111 из 4 мужиков лихо наверстывала упущенное на великах. Вес их рюкзаков позволял им бежать гораздо быстрее и к воде я прибежал отстав от них метров на 100. Пока я одевал гидрокостюм, к воде прибежал Джон и еще две команды. Утро было прохладным, а вода в реке просто ледяной. Я одел ласты, засунул рюкзак в большой гидромешок с лямками, одел его на спину и взяв доску попингвинился к воде. Я никогда до этого не сплавлялся по реке без лодки, и что-то подсказывало мне, что нужно быть очень осторожным.

Не то чтобы пороги были какими-то страшными, или вода очень быстрой, но на очередной слив впереди я поглядывал с опаской. Очень не хотелось нырять в него носом вниз, а разворачиваться ластами вперед было как-то нелогично. В результате, уже перед самым сливом, испугавшись шума воды, я развернулся на спину, ногами вперед, и плавно скатился с водяной горки. Лишь в самом конце мой гидромешок зацепился за что-то и издал нехороший, режущий звук. Я прикинул, что если мешок порвался, то починить я его все равно не смогу, а мокрые вещи высушу по дороге к велику. Но дырявый мешок создал еще одну проблему. Я стал чувствовать, что все больше нагружаю доску, опускаясь под воду. Плавучий, до сих пор, мешок быстро наполнился водой и нарушил хлипкий баланс моей доски. Наученный горьким опытом, следующий слив я решил нырять головой вперед и, перекатившись через большой камень, сиганул вниз. Доска со скрипом тормознула внизу, на камнях и, гася набранную скорость, смачно треснула пополам. Тут было мелко, и желая оценить нанесенный ущерб, я встал и поплелся к берегу с трудом таща заполненный водой мешок. В этот момент моя правая ласта зацепилась за камень, и склизкое китайское крепление лопнуло у самого основания. На прибрежной гальке я выливал воду из мешка и рюкзака и рассматривал поломанное снаряжение. Выходить из воды по правилам гонки было запрещено, и я, сняв вторую ласту, печально побрел по воде.

На берег я вышел через час после лидеров. Достал все мокрые вещи, часть надел на себя, а часть повесил на рюкзак. На велосипеде ночью надо иметь все сухое и современные материалы, к счастью, сохнут очень быстро. Через 50 минут бега я был возле своего велика с почти сухими шмотками. Тут, разложив карты на траве, сидели три команды, пытаясь разглядеть какие-то невидимые детали. Принимающий на КП протянул мне лист бумаги и, глядя на мою сушку для белья, сочувственно спросил: Промок что-ли?. Я не ответил ему, потому что, глядя на листок, понял, что гонка только началась. Следующие 10 КП были на этапах ориентирования на велосипеде в лесу и на каное по озеру. Но и это было еще не все. В конце гонки нам обещали выдать еще 12 КП для пешего ориентирования. Я начал понимать, почему Ронни отменил пролог. Надежда закончить эту гонку за 24 часа стала медленно покидать мою уставшую тушку.

Дело шло к вечеру. Помня свой печальный опыт нанесения координат на карту, на этот раз я сделал все виртуозно и быстро. Но отчаливать пока что не спешил. Команды впереди меня уже уехали, другие только что вернулись с бега, а я все пытался проложить оптимальный маршрут, интуитивно понимая, что старая карта врет. Там, где были отмечены тропы, их быть не могло, и все, чему я доверял, были долина большого ручья да линия высоковольтных передач, проложенная по хребту высоких сопок. Эти провода я видел утром с велика, их опоры были громадными башнями, стоящими на лесных вершинах. К каждой такой опоре должна вести узкая просека, выходящая на лесную дорогу. Эта дорога на карте не отмечена, но я должен её найти. Это моя единственная надежда. При этом было ясно, что троп в лесу будет гораздо больше, чем отмечено на карте, но будут они в совсем других местах. И все это будет ночью. Потратив лишние 20 минут на изучение карты, я сел на велосипед и покатил в сторону леса. Эти 20 минут окупились мне сполна.

Темнота накрыла меня на границе леса. Дорога кончилась, и на каменистой тропинке пришлось значительно сбавить скорость. Я разблокировал передний амортизатор на велике и включил все фонари. Я не тешил себя иллюзиями и был готов провести большую часть этой ночи, прорываясь сквозь лес с велосипедом и разыскивая КП на не отмеченных на карте тропах, но темнота окутала меня такой безысходной тоской, что предательский ком неуверенности и страха застрял где-то в горле. Я обернулся назад: там была такая же тьма, как и впереди. Мне очень не хватало моих друзей с их фонарями и моральной поддержкой. Я посильнее вцепился в руль велосипеда и покатил вперед. Судя по листу регистрации на первый ночной КП я пришел шестым. Джон, команда 111 из четырех мужиков, две местные опытные команды и еще одна сильная команда-четверка были впереди. Следующий КП был через 20 километров темного леса, на самой высокой горе во всей округе. Оставалось только найти дорогу туда, потому что без дороги про�