«СНЕЖНЫЙ БАРС»

Что не говорите, а красивые и звучные спортивные титулы v альпинистов: «Тигр снегов» - такое звание получил первый восходитель на высшую точку земного шара вершину Джомолунгму (Эверест) - шерп Норки Тенсинг, знаменитый сван Михаил Хергиани, изумляя виртуозностью лазания по скалам, носил титул «Тигр скал», А вот альпинисту, побывавшему на самых высоких верши­нах СССР, присваивается звание «Снежный барс» с вручением почётного знака «Золотой ледоруб». Алуштинка Эльвира Насонова, - одна из немногих женщин в бывшем Союзе, имеющая звание «Снежный барс». Но сначала всё по порядку. Горы вошли в её жизнь, когда Эля ещё была девоч­кой. Они стояли совсем рядом, вздымаясь над окнами школы села Кипарисного серыми скалистыми утёсами, обрамлёнными зелёными крымскими лесами. Летом мальчишки и девчонки весёлой гурьбой спускались из Кипарисного к морю, а Эля в одиночестве убегала к своим горам. Здесь, оставаясь наедине с удивительным миром, она молча исследовала силу девичьего сердца, - Эля упор­но шагала вверх, пока вокруг не открывался синий простор неба. Она подолгу стояла на вершинах скал, любуясь прекрасной панорамой Южного берега Крыма.

А вечерами, вернувшись из своих дальних прогулок, Эля читала книги о дальних странах, где описывались таинственные высокие горы, покрытые льдами и снегами.

- Эля, ты как мальчишка, не куклами интересуешься, а всякие кам­ни собираешь! - ласково говорила мама своей беспокойной дочери.

В 1958 году Эля закончила алуштинскую среднюю школу № 12 и у неё не было сомнения, куда идти учиться: она поступила в Киевский геолого-разведочный техникум. После окончания выбрала направление поближе к суровым и снежным горам. Она приехала в Среднюю Азию в Джалал-Абад и уже через год участвовала в первой высотной экспедиции на Алайский хребет.

Что такое высота? Никто, ни врач, ни тренер не сможет точно сказать никому, как он будет чувствовать себя на высоте. Будь ты даже прекрасным спортсменом, хорошо тренированным, а за 5000 метров тебя встречает горная болезнь и скручивает тяжёлыми

путами. Ты не можешь поднять ногу для следующего шага, голова разваливается от боли, тошнота сжимает грудь, глаза странно и не понимающе смотрят на ледяной мир, раскинувшийся вокруг. Горной болезнью страдают многие люди. Но организм Эли Насоновой будто и не замечал, что она топает и топает за невидимый высотный барьер, который не всякий сильный мужчина преодолеет. Даже бывалые ребята-альпинисты поразились такой крепкой девчонке. И когда в 1964 году они организовали бригаду скалолазов-бетонщиков на строительстве Токтогульской ГЭС, то взяли с собой и Эльку-высотницу, как они её прозвали.

...Сумрачные скалы, как гигантские плечи горных богатырей, сдавили ущелье, где рвался и пенился речной поток. Работа была не из лёгких и совсем не женская: они закрепляли верёвки и спо­койно повисали над бездной, прощупывая и проверяя каждый метр, каждую складку - не обрушится ли камнепад на работающих лю­дей на плотине. Стальными ломами сбивали «живые» камни, и вя­зали проволочную сетку, забивая её бетоном, - такая «рубашка» намертво держала размытую временем породу. Потом парни-скалолазы освободили Элю от тяжелой работы с молотом и кувалдою, и теперь она обучала новичков искусству стра­ховки и передвижению по скалам, своим женским примером воспиты­вала у них мужество и преданность новой профессии. Что ж, неплохой получался тренер-наставник у скалолазов Токтогульской ГЭС.

А вскоре Эля влюбилась в такого же отчаянного парня, так же беззаветно преданного горам - Анатолия Балинского. Он был уже опытный альпинист, но Эля не отставала от мужа и в 1966 году вы­полнила звание мастера спорта. А в 1967 году поднялась на свой первый семитысячник - пик Ленина. Потом будто стала догонять мужа, носившего почётный титул «Снежный барс», и в 1973 году она штурмовала самую суровую вершину - пик Победы, покрывшую себя мрачной славой неприступности и гибели многих альпини­стов. Эля уже имела в своей спортивной книге победы над Хан-Тенгри, серебряную и бронзовую медали чемпионатов СССР по аль­пинизму и даже выполнила мужской норматив мастера спорта.

С вершины пика Победы она взяла маленький камешек для своего годовалого сына Егорки, который ждал маму у бабушки в Кипарисном, ещё не понимая, что такое снежные горы.

Мы с Элей сидели на зелёной поляне Сулоева у ледника Фортамбек. вокруг сомкнулся гранёный контур горных вершин. Они стояли вокруг как хрустальные пирамиды, искрящиеся в алмазных лучах солнца. Ледяная тишина вдруг проливалась грохотом лавин и камнепадов. Эта грандиозная картина природы подтолкну­ла меня к высоким материям жизни, и я начал этот разговор.
- Скажи, Эля, почему ты так рвёшься в горы? - задаю я ей вопрос-штамп, с которым обычно обращаются к альпинистам.
- Послушай, Владлен, если говорить напыщенно, то станет зву­чать фальшиво, и всё же горы непостижимы без красоты, порой суровой. Там, среди скал и снегов, под горящим солнцем или мраморной луной ко мне будто приходит вдохновение. Это не яростное вдохновение художника или поэта, это вдохновение жизни, её бла­городная цель, её одна из самых прекрасных сторон - прикоснове­ние к природе, к её жемчужным и великолепным граням.
- Может, ты говоришь о неуёмной человеческой страсти? - пытался я добраться до самого нутра.
- Перестань, не путай жалкие страстишки перед величием гор. Мои встречи с ними - это исполнение самой сокровенной мечта или моё самовыражение, как у поэта - излить душу и сердце вдохновением стиха.
- Но ты же не поэт?
- Да, но здесь в горах я становлюсь им, и это вдохновение вдыхает мне поэзию жизни, а возвращаясь с гор я всегда по-новому, легко и радостно люблю мою каждодневную суть.
- Но не могут же все ходить в горы и набрать здесь эмоции, покрывающие серые будничные дни?
- Согласна, но целью или поэтическим самовыражением могут быть не только горы. Сколько других граней жизни вокруг нас? Главное - иметь цель, хоть одну, пускай без романтичной и пышной окраски. Может, цель будет не очень громкой, - тогда постарайся влить в неё горящее вдохновение сердца, и твоя жизнь приобретёт прекрасный смысл!
- Звучит хорошо, а реальное бытиё?
- Я знаю людей, у которых раньше горел живой огонь, и глаза радостно блестели, словно алмазы, и дыхание было сильным, а теперь это безжизненные трупы. Жалкие и придавленные суетой. И ничего их не интересует - ни горы, ни море, ни блеск серебряных облаков, ни аромат цветов.
- Скажи, ведь тебе ничто не тормозит встречи с горами?
- Пожалуй, особых препятствий нет, было бы желание.
- Вот видишь, наши эмоциональные порывы и наша цель все­гда исполнима и ей не препятствуют ни социальные условия, ни домашние узы.
Кажется, благодаря своим философским разговором я полу­чил достойный ответ «снежного барса».

В 1974 году Эля удивила многих: сразу в один летний сезон она поднялась на пик Коммунизма - высшую точку СССР (7495 м) и семитысячник - пик Евгении Корженевской.

И первым её, возвратившуюся с трудных восхождений, встречал любимый супруг. Он преподносил её маленький букетик пушистых эдельвейсов, пахнущих чистотой и свежестью горных рассветов.

Эльвира Насонова в беспредельно трудной борьбе со снежными горными гигантами завоевала «Золотой ледоруб» и звание «Снежный барс». Очень не легкое дело для женщины - шагать и шагать с тяжёлым рюкзаком в горы, пробивая ступени в снежном насте, укрываться от жгучих лучей палящего горного солнца или молча и безропотно сохранять в себе маленькое тепло, когда вокруг ревёт и стонет ураган со снегом и морозом. И я чуточку завидую ей и горжусь, что знаю Элю Насонову, что тоже встречал её, приходившую с высотных, восхождений, кружкой горячего чая и бутербродом.

Казалось, теперь ей можно было угомонится, ведь спортивных титулов хватает и больше двадцати лет она ходит к снежным вершинам пора успокоиться и зажить тихой, тёплой жизнью. Нет. это не в её характере - она стала начальником Алуштинского горно­спасательного отряда. Всегда много забот у горноспасателей и летом, и зимой. Кстати, Эльвира Насонова, наверное, одна из первых женщин в мире, которая стала скалолазом-бетонщиком, а теперь вот руководит горно-спасательным отрядом.

...И вновь наши пути сошлись, теперь в Гималаях. О восхождении на Эверест она мечтала всю жизнь.

1996 год. Мы на тренировках на парапланах, участвуя в международной экспедиции по очистке Священной горы от мусора.

Наши нейлоновые крылья легко и красиво скользят над горным миром. На склонах горы Канченджанга лежит тело погибшей болгарской альпинистки Иорданки Димитровой, подруги Эли по вос­хождениям на пик Победы.

На большой высоте Эля получила многочисленные тяжёлые травмы и три дня ждала помощи на леднике Кхумбо. Снял её вертолёт США, а потом её переправили на лечение в Москву. Выжила и вылечилась. И снова «Снежный барс» стремиться в Гималаи, чтобы покорить Эверест, чтобы вознестись над пенсионной серой скукой, в ледяной и хрустальный мир поднебесья.

....Эльвира очнулась от голоса-судьбы, вещавшего ей в глубо­кой ночи. Как прост и прекрасен ритм звучащих фраз, ведущих куда-то по горным кручам. Но куда? К победам или смерти? Но голос жил в ней, невесомый и горячий, будто зарождался и кипел энергией, требуя от неё путь в непонятное и неизведанное, точно по тропинкам её биографии, зависящей только от неё. И она повторяла за вещим голосом его слова:

- Я - птица, летящая к горным вершинам. Я чувствую крылья над собой, мне тяжело и трудно, но я пробьюсь сквозь высоту и ветер, мороз и холод, и поднимусь к Великой вершине.

И от этих будораживших слов радостное чувство охватило её суть, - ведь она покорила страх и лень бытия, покинула тесную кухню, где кисло пахло овощами и протухшими химическими про­дуктами, и взлетела в прозрачную высь. Не поздно ли, ведь годы, как густые перья, обложили Эльвиру? Но всю жизнь её мечтой была Высокая гора, и все дела и события прошедших лет, словно встречный ветер, вставали на пути - и расступались перед ней, рассыпаясь прахом воспоминаний. Теперь она могла свободно перемещаться в пространстве, хотя её полёт-восхождение шел ввысь по скально-ледовой крутизне, грозно и хищно блиставшей сине-зелено-белой улыбкой.

Голос продолжал звучать:

- Я не одна, сотни и тысячи энтузиастов с рюкзаками за плечами идут в горы, оставляя свои следы. Это отчаянные и смелые парни и девушки, влекомые жаждой путешествий и приключений. Великая страсть полёта-пути стучит в наших сердцах и зовёт нас к движению вперёд.

И она отвечала и подражала смелому и сильному ритму выбранной Судьбы: - Срывая мягкий пух и пухлый жир, обливаясь потом и кровью, сменяя сытый взгляд на голод и лишения, я лезу по диким отвесам, взлетая в неведомые пропасти, и здесь я чувствую отраду и прелесть этих мгновенных, но чудесных часов и дней. Я поклоняюсь мужеству, величию, упорству первопроходцев, за которыми мы все сейчас идём, летим и поём.

А голос, как гимн, торжественно и величаво отстукивал удары страстного сердца, и звал познавать Землю, осваивать её трудные параллели и меридианы, Землю, где одной из главных и героических граней стали Горы - большие и маленькие. Эльвира слушала звучание магического и мудрого голоса-судьбы, стараясь не упустить его эхо, будто летящее и скачущее по каньонам, каменным осыпям и ледникам в ревущих потоках воды, снега и льда. И повторяла:

- Моя песня гор, ещё не прозвучавшая до конца, ещё не обласканная Великой горой, ещё не пропетая с вершины, но ставшая птицей, перелетающей с одного грозного пика на другой громовер-жный пик.

Ах, как красива и изящна была эта гордая птица-женщина, летящая над земными вершинами! Синий силуэт скользил в розовой невесомости утренних лучей, а четкая строчка следов ложилась на серебряный снег ведущих к гладким отчеканенным глыбам-навершиям, откуда дальше только Небо и Космос. Птица-альпинистка — наша Эльвира, за которой мы, жаждущие страстных эмо­ций и впечатлений, тоже стремимся в недоступную горную высь, где ждут нас не взятые вершины и не пройденные маршруты!

Вы слышите этот звучащий и зовущий голос, срывающий Вас с теплых и мягких постелей, и бросающих в кипящий ливень при­ключений и путешествий? Ах, жаль, если не прозвенит для вас этот чудесный, неповторимый и заколдованный глас гор!

«СНЕЖНЫЙ БАРС»-2

Это почетнейшее звание альпинистов. В Крыму его имеют только двое: Эльвира Насонова из Алушты и ялтинец Борис Тенигин.

Звание «Снежный барс» даётся за восхождения на пять вер­шин, достигающие высоты 7000 метров: пики Коммунизма, Лени­на, Корженевской. Победы, Хан-Тенгри. Сейчас Борис Яковлевич работает начальником Ялтинской сейсмологической станции. Мы встретились и вспомнили былые походы и восхождения. Привожу рассказ о его последнем восхож­дении на звание «Снежный барс» на легендарный пик Победы.

...Альпинисты отдыхали после удачного восхождения на Хан-Тенгри. Солнце село, и гора, как прекрасное видение, исчезла. Альпинисты не нарушали торжественного молчания, мысленно ещё раз переживая приятные волнения тех минут, когда они вступили на вершину Властелина Духов, как называют её китайцы. Путь оказался не лёгким, но опыт предыдущих восхождений помог им быстро и красиво «сделать гору».

Среди гостей из Германии - известнейший альпинист Зигфрид Хупфауер, занимающий шестое место в мире по рейтингу Меснера. Крымчан возглавляет Борис Тенигин. В его альпинистском ба­гаже - работа тренером-гидом в Международном центре, где он дважды побывал на пике Ленина с австрийскими и швейцарскими горовосходителями, стремительно взошёл на пик Коммунизма с советскими тренерами, руководил югославской экспедицией на пик Евгении Корженевской. Впереди их ждало новое и трудное восхождение на пик Победы (7439 м). одну из самых опасных и грозных вершин мира, - при её штурме сложили головы многие сильные и смелые альпинисты.

Тут же, на отдыхе, составили план восхождения. Неожиданно перед Борей встал вопрос: с кем идти в связке? Среди спортсменов Германии давно «схоженные» связки альпинистов. На Хан-Тенгри он поднимался с симферопольцем Юрием Гриценко, но сейчас к ним просился в связку Анджей Блажко, польский горноспаса­тель, приглашенный в экспедицию. И ещё в лагере к ним подошла болгарская альпинистка Иорданка Димитрова, только что приехавшая с Памира: там она взошла на пик Ленина и обрела хорошую высотную акклиматизацию. И Боря Тенигин поверил в неё.

Восхождение началось. Через два дня Боря добрался до гребня высотой 6950 м. Дул страшный ветер. Два часа он утаптывал место для палатки, чтобы её полог защитил от секущих порывов ветра. Ничего не получалось. Тогда он стал искать укромное ме­сто в скалах. Боря вырыл яму среди двух обломков скал и разме­стил палатку. Медленно подошла Иорданка, - по пути были навешаны верёвки, и она пользовалась специальным зажимом для страховки.

Укрылись в палатке, на груди отогревая газовые баллоны. С большим трудом добыли огонь из кремневой зажигалки, подогрели пищу и воду. Над ними гудел ураган, по ночь провели спокойно. У Гриценко и Блажко ночью разорвало папатку, и утром они повер­нули назад. Альпинисты Германии почувствовали себя неважно и тоже начали спуск вниз. Наверху осталась одна связка.

Утром ветер не утихал. Боря и Иорданка решили не отлеживаться в палатке, а немного пройти по гребню и разведать путь к вершине. Боря ушёл далеко вперёд, нашёл хорошее место для би­вака и ждал свою напарницу. Но Иорданка стала его уговаривать продолжить дальнейший путь к вершине. И они пошли. Особенно нудным оказался подъём: минут сорок им пришлось вышагивать по колено в снегу, под которым стелился лёд. Один неудачный шаг — и летишь в полуторакилометровую пропасть, где у подножия — Китай. Преодолели и эту преграду.

Боря впереди «топтал следы», опережая свою спутницу на час, порой на два. И вдруг в одном месте он соскользнул с гребня и покатился в пропасть: теперь, правда, он летел в родную страну. К счастью, выручили скалы, оказавшиеся на пути, и задержали его.

«Пора возвращаться к палатке, все это не к добру!» - подумал Боря. Но опять Иорданка своим мягким голосом и доброжела­тельной улыбкой убедила его продолжить восхождение.

Вот так, совершенно не думая о покорение вершины в этот не­настный день, они взошли на пик Победы. Отыскали тур, вложили в него записку. И показалось им, будто сделали одно из самых главных восхождений в своей жизни: победу одержали над собой, а не над ледяным пиком.

Приятная усталость стала разливаться по всему телу Но надо было возвращаться назад, а день на исходе. Впереди - лютая ночь, когда нет ни палатки, ни спального мешка.

Это называется - холодная ночевка. Ходили по кругу, чтобы не заснуть, не впасть в беспамятство и не замерзнуть. Ветер сбивал с ног, но укрыться за чем-нибудь не было возможности: там - обрыв, пропасть и верная гибель. А здесь — истощение организма, когда валишься с ног от усталости, от высоты более семи километров, от безводия, холода, голода...

Вниз по рации уже полетела страшная весть: Борис и Иорданка не вернулись к палатке, видно, где-то сгинули в урагане.

Ветер неистовствовап, а мороз - минус двадцать градусов. Под­сечённый сильным порывом ветра, Боря упал на ледяную броню скал. Кажется, всё: сейчас наступит конец. Из последних сил Боря пополз к Иорданке, она где-то укрылась за камнем. И вдруг стал проваливаться в трещину. Какой она глубины? Не это ли его ледя­ная могила? Но и бороться с натиском урагана он больше не мог и стал медленно и безвольно сползать в черное Ничто.

К удаче Бориса, трещина оказалось небольшой. На дне её он и забылся в глубоком сне. Уже много часов без капли воды и пищи они с Иорданкой сражались со страшной бурей на хребте пика Победы.

Примерно через час Боря очнулся, ощутив запах лаванды. Ему приснилась далёкая Родина, знакомое с детства дыхание родных гор. Что это? Откуда сквозь ледяной хаос к нему пробился душистый аромат Крыма? Оказалось - из свитера, куда он спрятал обмороженное и обожжённое горным солнцем лицо. Из свитера просто-напросто вывалился сухой листик лаванды, заложенный в шерсть для отпугивания моли.

Где же болгарка? Боря, чуть окрепнув от короткого сна, стал выкарабкиваться из трещины в снежный ад. Один неверный шаги снова куда-то провалишься. Счастье, что скоро наткнулся на девушку, сидящую в снежной дыре. Ветер навалил вокруг неё снежный заслон, и мужественная болгарка стоически переносила ноч­ной ураган.

На рассвете рёв пурги чуть поутих, сквозь стену ветра и снега пробились белые лучи солнца. Они побрели вниз, ступая наугад.

Труден и опасен оказался обратный путь. Лишь к вечеру они, добредя к своей палатке, замертво свалились от усталости... Мы сидим с Борей и пьём ароматный чай.
- Какое самое трудное было у тебя восхождение?
- Пик Победы, - ответил он, - трижды помноженный на все взятые мной вершины.
- Ну, и что за радость находишь в неистовом поединке с непри­ступной горой, где сама смерть шагает в ногу с тобой?
Борис молчал и улыбался. И мне почему-то показалось, что на вершине Победы он оставил часть самого себя...

Идут годы, мы постарели и теперь лишь способны на горную экскурсию (хотя, когда я пишу эти строки, Боря Тенигин по два-три раза в год поднимается с иностранными группами на Эльбрус). Но в памяти сердца бережно храним наши встречи с горными исполи­нами, приносившими нашей молодости магию и красоту природы снежных вершин и отвесных скал, силу товарищества и остроту лишений и невзгод, радость спортивной победы и нежность ушедших дней...

ПРОСТО ХОРОШАЯ ДЕВУШКА
(Памяти Вали Фатчевой)

Может быть, это и не скромно писать о своей воспитаннице, но Валю я знал очень давно и хочу рассказать о ней.

В школе Валя Фатчева увлекалась спортом, и физическая работа на стройке, куда она поступила после окончания десятилетки в Мисхоре, ей была не в тягость. А в выходные дни она активно участвовала в общественной жизни треста: ходила в туристские походы, тренировалась на стадионе и выступала в художественной самодеятельности. Словом, у неё была полнокровная, интересная, содержательная жизнь.

Есть, к сожалению, у некоторых ребят и девчат пассивное отношение к своему отдыху, они не знают, как провести свободное время, иногда просто лень одолевает, в другой раз «друзья» подбивают на веселье с бутылкой в руках. Валю же интересовало совсем другое: перед ней раскрылся иной волшебный и удивительный мир, в котором ей было легко и интересно. Днём горячий и стремительный ритм стройки, где Валя с удовольствием работала кистью, красила и белила новые квар­тиры, дома, общежития и санатории. Вале казалось, будто она сама строила эти светлые дома, наполняла их солнечным светом и дарила их людям.

Все люди на свете отлично знают, что такое радость труда, что такое творение твоих рук. И Валя с упоением работала.

Рядом со стройгородком, где Валя жила, находился завод железобетонных изделий. В жизни этого завода были не раз подъёмы и спады. Завод частенько «лихорадило»: план не выполнялся, ра­бочие уходили, да и общественная жизнь тут ключом не била. В один из таких дней председатель ДСО треста Владимир Михайло­вич Кравец предложил Вале поработать инструктором физкультуры на заводе, и она согласилась.

Для её восемнадцати лет эта работа - большая ответственность. Валя понимала, что на её плечи легла трудная ноша. Будет ли молодёжь заниматься спортом, найдутся ли помощники, окажет ли спорт положительное влияние на рабочий ритм завода?

Вопросы, вопросы... Но она старалась отвечать на них. Спортивные команды по борьбе, тяжелой атлетике, спортив­ным играм, шахматам и другим видам спорта, составленные из рабочих и администрации завода, начали успешно выступать на спартакиадах треста.

Всё это добывалось в труде, в поисках и раздумьях. Валя ра­довалась победами своих спортсменов. С ними горевала тогда, когда ребята, случалось, проигрывали. Но теперь их уже не скло­няли на всех собраниях. Валентина видела, как незаметный, на первый взгляд, труд буквально преобразил заводскую молодёжь. По воскресеньям Валя уводила ребят в лес, в горы - чарую­щий и волшебный мир. Перед ними во всей своей южной красоте вставала Родина. Они влюблялись в буйную зелень весны, в сухой полуденный блеск жаркого лета, в осеннее золото дождя и груст­ное белое безмолвие зимы. Они грелись у костров, пели песни, брели по колено в воде в теснинах Большого Каньона, замирали от таинственных шорохов в красочных лабиринтах Красной пещеры, слу­шали гул ветра на скалистых утёсах Демерджи.

И порой сердце у каждого щемило от полынной горечи Крыма, от дымных костров, от любви к родной земле. Вот они рядом, твои друзья, твой дом, твоя работа. Вот они, дорогие и милые лица -Толя Трофимов, Лида Ткач, Коля Соколовский, Михаил Гидерман, Таня Демченко, Валя Некрасов, Маша Шевалье, Сергей Головкинский, Алик Федоров, Миша Воробец, Людмила Никитина, Юрий Стасюк, Тимофей Петручок, Сергей Артемьев...

Лично у Вали было два увлечения - легкая атлетика и спортивное скалолазание, - спорт трудный, мужественный, красивый. По вечерам, иногда в одиночку, на скальных обрывах и утёсах она вступала в единоборство с молчаливыми каменными истуканами. Не всё давалось сразу. Были и срывы, не хватало скорости, пальцы не нащупывали зацепок на скалах.

Два года пролетели, как дым костра. И вот Валя поднимает свой победный флаг над суровыми скалами. Она - чемпионка Крыма, её награждают шестью золотыми медалями на первенстве Ук­раины и Центрального Совета ДСО «Авангард». Она первая из крымских скалолазов выполняет звание мастера спорта СССР. И посыпались на неё спортивные награды, как из рога изобилия.

Вот и весь рассказ. Валя Фатчева такая же простая, как и сотни её сверстниц, работающих в нашем тресте, в Крыму, по всей стране. Она живёт ясной хорошей жизнью. Она не тратит время на разную ерунду и безделье. Приношу благодарность её родителям, школе, институту и родному трестовскому коллективу, воспитав­шему хорошую девушку, отличную спортсменку.

... Цветок на скале. - гак бы я сравнил Валю с крымским скальным пейзажем. Хотя, точнее, она похожа была на скальную ящерицу, ловко лазающую по обрывам. Но лучше в памяти пусть оста­нется прекрасными лепестками, смело и цепко выросшими над пропастью. Солнце нежно греет и нещадно палит в полдень, ветер треплет тонкие лоскутики шелка лепестков, дождь сечёт и напол­няет жизнью удивительной силы и красоты цветок, растущий на скалах. Так и Валя жила, цвела и сияла среди нас добротой и лю­бовью ко всему миру, доставляя нам радость общения и гордость за знакомство со знаменитой скалолазкой.

Краткий миг цветения, как улыбка скал, как восторг жизни с силой и смелостью, пролетели краткие годы Вали Фатчевой. Как она была мила и дружелюбна ко всем. Всегда невинная улыбка на устах, как свет горного цветка эдельвейс, широко раскрытые гла­за, как распустившийся цветок, и тысяча новостей обо всём, слов­но бурный аромат прозы будней, исходили от неё. И торжествен­ная её поступь по гранитной набережной во время спортивных парадов и коммунистических праздников, когда она шла впереди ко­манды скалолазов, словно королева, обвешанная драгоценностями - медалями и значками, выигранных в скальных баталиях. И тру­дящиеся Ялты, и солнце, и горы, и море улыбались ей, смеялись вместе с её обворожительным ликом-цветком. И Первомай блистал огнём людских лиц-цветов.

Вот так осталась скалолазка Валя в разноцветных майках-ле­пестках, стройная и стремительная, окруженная необычайным и незримым нимбом, словно гордый цветок, целующий отвесные скалы и воздух всей Вселенной, пролетающий и кружащийся в ба­тистовых облаках...

К предыдущей части _____________ Продолжение следует.....