Добро пожаловать !
Войти в Клуб Mountain.RU
Mountain.RU

главнаяновостигоры мираполезноелюди и горыфотокарта/поиск

englishфорум

"Горы в фотографиях" - это любительские и профессиональные фотографии гор, восхождений, походов. Регулярное обновление.
Горы мира > Австралия и Океания >


Всего отзывов: 2 (оставить отзыв)
Рейтинг статьи: 5.00


Автор: Ден Мэнникс (Dan Mannix)
Фото: Грег Лангрет
Перевод: Екатерина Ананьева
Материал предоставлен: Дмитрий Шаповалов

Гора Фостер

Г. У. Тилман одобрил бы …

Я простой парень из Колорадо. Океан так же далек от меня, как и обратная сторона Луны. Мы в Колорадо храним воду в таких современных устройствах как ванные и стаканы для питья, а наше самое большое озеро, хотя и носит гордое название "Великое", на самом деле вовсе не такое уж большое – по средним стандартам потянуло бы на пруд. Скалолазанье в Колорадо предельно доступно. Скальные выступы окружают дороги, подходы к ним до смешного короткие, а для спасения достаточно просто позвонить по мобильному телефону.

И какого черта такой вот парень, зеленый от морской болезни, оказался на парусной яхте, которую колотили волны и западный ветер в проливе Дрейка, где на помощь извне не было никакой надежды? Какой безумец внушил ему мысль покорить пик, о котором вообще никто не слышал? Для такого моряка-новичка как я, даже попытка пройти "Бушующие пятидесятые" и "Ревущие шестидесятые" в проливе Дрейка было безумной затеей! Такой же по безумию, как решение парашютиста совершить свой самый первый в жизни прыжок с борта космического корабля.

Я не могу возложить всю ответственность за такую дурацкую ситуацию на Г. У. Тилмана (H. W. Tilman), хотя именно он первый, кто приходит на ум, и на кого можно всё свалить. В 1967 году Тилман совершил попытку восхождения на г. Фостер на далеком острове Смита(1), который находится вблизи побережья Антарктического полуострова, но был отброшен массивной защитой горы – постоянно рушащимися айсбергами, жестким прибоем и отдаленностью места. В 1977 году Тилман – истинный искатель приключений – снова отправился в путь с целью покорить эту гору, на этот раз в серьезном возрасте – 79 лет. Скорее всего, в пути он и встретил свою судьбу: его корабль " En Evant" исчез без следа, оставив за собой тайну и непокоренную вершину. В настоящей ситуации присоединение в компанию к старику Тилману на дне морском казалось мне очень вероятным разрешением моего паршивого положения.

Я был не один. Зажатыми на этом раскачивающемся, разбиваемом волнами кусочке обшитой сталью суши, были еще 7 людей, которых судьба как-то свела вместе. Можно утверждать, что Грег Лангрет ( Greg Langreth) и Кери Пашук ( Keri Pashuk), владельцы этого 15-метрового двухмачтового судна по имени "Северная ярость" ( Northanger) – два лучших в мире моряка высоких широт. "Северная ярость", после 400 лет попыток, оказалась первым зарегистрированным английским судном, которое прошло Северо-западный проход, а Грег имеет сомнительную честь оказаться одним из тех немногих людей, кто обошел вокруг обеих Америк на парусном судне.

Неотъемлемой частью "Северной ярости" и нашими сотоварищами по путешествию (а после поездки и экс-совладельцами нашего судна) стали новозеландцы Брюс Доурик ( Bruce Dowrick) и Джо Анна Стретфорд ( Jo Annе Stratford). Брюс талантлив до ужаса: он настоящий человек эпохи возрождения, отличный моряк, скалолаз, конструктор снаряжения, мультипликатор и вообще со всех сторон славный парень. Джо и Брюс какое-то время были совладельцами "Северной ярости" вместе с Грегом и Кери. Из-за философских различий во взглядах на жизнь их пути постепенно расходились, и эта поездка была частью ”платежа ” за судно. И, наконец, как будто на борту было мало представителей Новой Зеландии, в команду добавился земляк Брюса и Джо – Роджер Томпсон ( Rodger Thompson) и его подруга Энн Кемп ( Ann Kemp), родом из Британской Колумбии(2), г. Виктория.

Грег охарактеризовал наше путешествие как "совмещение удовольствий серьезного путешествия в открытом море с горной экспедицией мирового уровня". Не пытайтесь повторить это самостоятельно, ребята, по крайней мере, если у вас нет такого специально сконструированного судна как "Северная ярость". Стальная обшивка, выдвижной киль, широкий бимс, открытая рубка. "Почему открытая рубка?" – спросил я у Грега.

Он сказал: "Во-первых, ты будешь лучше видеть, а во-вторых – не заснешь за штурвалом в море, полном айсбергов." (Теперь по этим же причинам я вожу машину без ветрового стекла и пока что бодрствую за рулем.)


Северная ярость" на пути к
Антарктическому полуострову
Когда мы встретились с "Северной яростью" в Пунта Аренас, Чили, мы вообще не представляли, в какое мероприятие ввязались. Под "мы" я имею в виду себя и мою жену Веронику – документальную команду, которой на протяжении четырех месяцев было суждено играть роль достающей всех съемочной группы. Кстати, в своём описании нашего путешествия Грег забыл указать, что мы должны были сделать небольшой документальный фильм. И это оказалось самой тяжелой частью работы.

После семимесячного плавания "Северной ярости" из Ванкувера до Пунта Аренас вся команда выглядела как узники ГУЛАГа, которых только что выпустили на свободу. Отношения между людьми непросты и на большой земле, а на 49-футовом судне в открытом море каждая отрыжка и пук становятся поводом для дискуссии. Мы с Вероникой нечаянно встали на стезю съемки мыльной оперы в ванной комнате. Предполагаемый фильм должен был быть похож на сюжет Джеральдо Риверы(3) в нашей убогой кают-компании. Однако Роджер на это лаконично заявил "Я не хочу, чтоб вы тут запечатлевали мои неврозы для того, чтобы потом миллионы толстых американцев их смотрели." Огромная удача сопутствовала нам и при планировании его интервью.

К счастью, полная авантюрность нашего мероприятия и отвага небольшой команды, которая собиралась совершить, то, что мы собирались, оказалась преобладающей движущей силой, и большинство личных претензий были забыты. Наш план был таков: обойти вокруг Огненной Земли за некоторое время, осмотреть окрестности, поупражняться в восхождениях, а потом переплыть ужасный пролив Дрейка к нашей цели: суровому, отсутствующему на картах острову Смита, находящемуся у самой оконечности Антарктического полуострова.

После попыток Тилмана взойти на 6700-футовую гору Фостер новых экспедиций почти не было и между ними проходило много времени. За исключением двух восьминедельных попыток Британской армии (в которых одного человека унесло в океан и было брошено много снаряжения), и еще одной попытки Грега несколько лет назад с другой командой на "Северной ярости", других серьезных экспедиций и не назвать. Мы слышали много объяснений: слишком трудно добраться до острова слишком трудно увидеть саму гору, когда ты уже добрался до острова слишком трудно взойти, когда ты уже увидел гору. Воды вокруг острова Смита представляют собой дикий прибой, кишащий обломками айсбергов. Берег же острова – это бесконечный откос с отлетающими от него при каждом приливе кусками льда, а сама гора – это грохочущая мельница, сложенная из мертвых сераков. Когда я впервые увидел гору Фостер, выделяющуюся пиком в морозной дали, у меня мурашки по телу побежали. Она вселяла настоящий ужас. Не удивительно, что она оставалась непокоренной – надо быть сумасшедшим, чтоб даже попытаться взойти на нее.


Первый взгляд на гору Фостер
По мере приближения к острову стали очевидными наши основные проблемы. Негде было припарковать (так в Колорадо говорят вместо "бросить якорь") судно, негде было выйти на берег, и не было видно пути, по которому восхождение казалось бы возможным. К счастью, мои попутчики оказались фантастически умным и предприимчивым народом, и эти проблемы отошли в сторону сами по себе, так же, как и множество бурых водорослей по дороге. При более близком рассмотрении нашелся небольшой отрезок береговой линии, пригодный для высадки – каких-то 100 ярдов из 50 миль ледниковых обрывов. По счастливому совпадению единственный возможный путь наверх начинался прямо от этого места. Я чувствовал в этом какую-то ловушку, но мои сомнения быстро отклонили. Мы надели свои гермокостюмы и на небольшой надувной лодке начали переправлять еду и снаряжение на 8 недель в Лагерь 1, находящийся на 18 дюймов над уровнем воды во время отлива. Для пущей эффектности ледник над нами скидывал в воду блоки льда размером с дома, грозя снести нас с нашего ненадежного насеста. Это было похоже на жизнь возле оживленного аэропорта – пролетающие каждые пять минут сераки заглушали наши разговоры. Перила позволили нам добраться до скальной полки в 150 футах над бушующим прибоем. Дело продвигалось так успешно, что в качестве жертвоприношения богам мы решили сбросить в океан еду на 3 недели и наше коротковолновое радио. (Вообще-то я голосовал против этого, но снова остался в абсолютном меньшинстве). Так как судно перебралось в более безопасное для швартовки место за много миль от нас, то теперь стало невозможно поговорить с женщинами. Им с нами – тоже. У них, конечно, кроме нас были свои проблемы – штормы, айсберги и всё такое. К сожалению, не имея от нас никаких сообщений, они очевидно должны были вскорости совершенно разволноваться и вернуться при первом же удобном случае – и этот фактор сильно повлиял на наш выбор стиля восхождения.

Погода держалась просто отличная. Поскольку пяти- или шестинедельное восхождение исключалось, мы решили начинать немедленно. 15 января мы быстро собрали все вещи и следующим утром вышли. Известно, что в этих краях штормы длятся многие недели. Люди, знакомые с местностью, говорили, что вершину горы удавалось увидеть очень редко. Наш план предполагал быстрое восхождение, так чтобы идти налегке и нести только 1-2 приема пищи и несколько перекусов на каждого. Мы надеялись, что погода будет держаться, и мы не окажемся запертыми на горе.

Маршрут, который мы выбрали, был очевиден до безобразия. Все остальные варианты представляли собой однозначную смерть – ясную, как карамелька на палочке. Ребро начиналось прямо от лагеря, сначала легкое, потом всё круче, потом весьма впечатляющее (хотя и не требующее попеременной страховки). Мы с Грегом сразу решили – если один падает, то второй немедленно прыгает на другую сторону ребра. Хоть это и кажется глупостью в квадрате, но теоретически должно работать: если вы вовремя увидели падение партнера, если достаточно быстро прыгнули, если веревка выдержала и если вы прыгнули в нужную сторону. Я горячо молился, чтобы нам не пришлось проверить эту теорию на практике. Медленно и осторожно мы траверсировали этот "тротуар в небе", пока не подошли к стене, за которой мы ничего не могли видеть, но надеялись, что за ней находится выход на вершинное плато.

Стена выглядела многообещающе, но когда погода начала уходить на юг, мы решили спускаться. Шаг за шагом, во все ухудшающихся погодных условиях мы вернулись по ребру в лагерь. Казалось, что судьба обвела нас вокруг пальца – и столь редкое в этих краях окно хорошей погоды было истрачено для высадки на остров. На новое окно в ближайшие несколько месяцев нечего было и рассчитывать.


На склоне, ведущем к верхнему гребню
Я бы скорее предпочел быть удачливым, чем положительным героем, и мы были удачливыми. Рассвет следующего утра, 16 января, оказался чистым и спокойным. После поспешных сборов и подъёма по нашим вчерашним следам, мы снова оказались возле стены.


Д. Мэнникс на гребне Рика,
названном в честь Рика Томаса (Rick Thomas),
предыдущего владельца "Северной ярости",
погибшего на г.Ваддингтон в 1989 г.
Почему-то я все время думал, что наш маршрут будет в стиле 1950-х: ледоруб в руках, тирольские песни, ну, может ещё выбить пару ступеней в память о старине Тилмане. Но тут я оказался перед грубой действительностью, в которой становилось ясно, что это восхождение дорогого стоит. На всякий случай я захватил с собой свои ледовые инструменты, не ожидая использовать их ни для чего иного, кроме как раскалывания льда для приготовления Pisco Sour(4). Где-то в середине второй серьезной веревки я резко отрезвел. Без сомнений, мне предстояло снять на пленку очень напряженные кадры. (Я мог надеяться только на то, что последующая экспедиция найдет мое тело вместе с камерой и вернет отснятый материал продюсеру). Четыре долгих веревки мы с Грегом попеременно лидировали, проходя крутой восьмидесятиградусный лед, покрывающий скалы. Где мог, я пытался снимать на камеру. После этого второй командой шли, также меняясь, Брюс и Роджер. Погода держалась.

Но вот стена уступила место по-настоящему впечатляющему гребню – острому, крутому, технически простому, но действительно страшному. Мы делали станции из металлических кольев, вкопанных как можно глубже в утоптанный снег, заводили веревку за замерзшие "горбы", делающие гребень похожим на спину дракона. К тому моменту мы уже могли видеть далеко вглубь Южного океана(5), в котором кое-где проглядывали неясные силуэты далеких островов. Никогда ещё я не чувствовал себя так далеко от всех, настолько отданным на волю могущественных сил, как сейчас. (Ну, может один раз было, когда я забыл свои слова на сцене в школьном спектакле. Но здесь некому было суфлировать.) Наше одиночество было полным.

Четыре веревки гребня, острого, как лезвие ножа, привели нас к небольшому кулуару, с которым Грег быстро справился. Оставалось только 2000 футов поднимающегося вверх плато и вершина была бы наша. К этому моменту мы без перерыва лезли вверх уже 18 часов и поэтому решили остановиться, чтобы быстренько сварить кашку. Оглядывая наш маршрут, я молился, чтобы погода продолжала держаться, и если бы она изменилась, вернуться назад мы бы уже не смогли. А однодневных продуктов вряд ли бы хватило до следующей весны.

И тут случилось чудо. Высшее Существо, каким бы оно не было, в этот момент оказалось в настроении изменить атмосферные условия так, что нам удалось связаться с "Северной яростью" с помощью нашего маленького ручного радио. Это все равно что зависнуть на четвертой веревке маршрута Naked Edge в каньоне Эльдорадо и докричаться до кого-то на парковке у супермаркетов в Болдере с вопросом, как лезть дальше. На расстоянии 80 миль от нас, в час ночи, команда с корабля установила с нами контакт. После нескольких слов приветствия ("О боже, неужели вы живы…" "Ну, вроде бы да…") мы перешли к серьезным разговорам, узнали прогноз погоды и договорились, что через пару дней нас заберут снизу.


Ура!
Всё, что оставалось – это идти в ночь. Следующим утром вершина была наша. После обязательного рукопожатия и вопля радости, за которым последовал момент молчания в честь Гарольда Уильяма Тилмана, мы стали спускаться. Мир всё время сжимается, непокоренных вершин становится всё меньше, малобюджетные приключенческие экспедиции случаются всё реже. И когда мы спускались вниз на фоне занимающегося рассвета, я наслаждался мыслью о том, что мы умудрились успешно провести именно такое мероприятие. Старик Тилман точно бы гордился нами.

Фотографии: Грег Лангрет (Greg Langreth, www.northanger.com ),
перевод: Екатерина Ананьева, 2007.
Материал предоставлен: Дмитрий Шаповалов
Оригинал cтатьи был напечатан в American Alpine Journal (vol. 37, 1997) и публикуется здесь с их разрешения.

____________________________________________________

1. русскоязычное название острова Смита – остров Бородино.
2. одна из канадских провинций.
3. очень эмоциональные и сенсационные ТВ-передачи.
4. национальный чилийский напиток.
5. понятие Южного океана было введено в 2000 г. Международным Гидрографическим Союзом. Этот океан включает в себя части Атлантического, Индийского и Тихого океанов, прилегающие к Антарктиде.


Отзывы (оставить отзыв)
Рейтинг статьи: 5.00
Сортировать по: дате рейтингу

от Цинковского

Хорошая статья. Благодаря её авторам мы узнаём о таких местах, которые при обычном существовании не узнали бы ни когда. Спасибо за мужество и сказание.
 
О "Фостер"

Интересно. И с юмором!! Спасибо за интересную статью.
 

Поделиться ссылкой

Дорогие читатели, редакция Mountain.RU предупреждает Вас, что занятия альпинизмом, скалолазанием, горным туризмом и другими видами экстремальной деятельности, являются потенциально опасными для Вашего здоровья и Вашей жизни - они требуют определённого уровня психологической, технической и физической подготовки. Мы не рекомендуем заниматься каким-либо видом экстремального спорта без опытного и квалифицированного инструктора!
© 1999-2017 Mountain.RU
Пишите нам: info@mountain.ru
о нас
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100