Добро пожаловать !
Войти в Клуб Mountain.RU
Mountain.RU

главнаяновостигоры мираполезноелюди и горыфотокарта/поиск

englishфорум

Чтобы быть в курсе последних событий в мире альпинизма и горного туризма, читайте Новостную ленту на Mountain.RU


Всего отзывов: 5 (оставить отзыв)
Рейтинг статьи: 4.80


Автор: Павел Павлович Захаров, Москва

С.И. ХОДАКЕВИЧ – корифей советского альпинизма

Ходакевич Сергей Ильич (1904, Бобруйск, Белоруссия -1974, Москва). МС (1939). ЗМС (1949). Награжден медалями: «За трудовую доблесть», «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945».

О личности Сергея Ильича Ходакевича весьма точно и правильно сказал в свое время один из его сослуживцев с которым несколько лет проработал Ходакевич в КБ города Сарова: «Сергей Ильич – ему тогда было 54 года – обращал на себя внимание своей внешностью: высокая массивная фигура, слегка сутуловат, с походкой человека, много ходившего пешком, коротко остриженные седые волосы. Особое внимание обращали на себя, его руки - прежде всего огромные кулаки, которые были наглядным воплощением физической мощи. Лицо прорезали глубокие морщины, придававшие ему монументальный и тяжелый, на первый взгляд, вид. Однако за этой суровой маской скрывался мягкий, внимательный и чуткий человек».

С. И. Ходакевич родился в белорусском городе Бобруйске. В 16 лет приехал в Москву, работал сначала инструментальщиком, затем инженером-конструктором на различных московских предприятиях.
Первый выезд в горы Сергея Ходакевича состоялся во второй половине 20-х гг.

1928 год. В работе Памирской экспедиции этого года, которой руководили Н.П. Горбунов и О.Ю. Шмидт, кроме большой группы ученых, принимали участие и альпинисты: Л.. Бархаш, С. Ганецкий, А. Поляков, В. Недокладов, С. Ходакевич, а так же немецкие альпинисты: Е. Альвейн, К. Вин, Е. Шнейдер. Немецкие альпинисты сделали в сентябре 1928 года восхождение на пик Ленина — высшую, из побежденных тогда, вершин СССР.

Горбунов Николай Петрович

Отто Юльевич Шмидт

1929 год. В этом году была организована Центральная горная секция при ЦС ОПТ (Общество пролетарского туризма). Возглавил её старый коммунист, дипломированный Альпийский проводник В. Л. Семеновский. В состав Центральной секции вошли: А. Гермогенов, И. Николаев, Б. Делоне, А. Летавет, О. Аристов, Б. Кудинов, С. Ходакевич, И. Покровская, Н. Калиновский, Д. Гущин.
(Далее, вплоть до 1949 года, С.Ходакевич входил в руководящие органы альпинистской секции ВЦСПС и Федерации Альпинизма СССР).

1930 год – был началом большой организационной работы по созданию широко разветвленной сети туристских секций в вузах, на предприятиях, в учреждениях. В недрах общества возникли и первые формы организации альпинистской работы — горные секции (нередко они были совместными — туристско-альпинистскими). Одним из активистов создания нового направления в советском спорте стал С.И.Ходакевич.

1931 год. С. Ходакевич окончил 1-ю Всесоюзную школу альпинизма, которой руководил известный альпинист Семеновский.

1932 год. С.Ходакевич уже сам работал инструктором во 2-й Всесоюзной школе инструкторов альпинизма.

1933 год. Памирская экспедиция этого года состояла из двух отрядов, имевших две разные задачи. Первый отряд, во главе которого стоял руководитель экспедиции Н. Горбунов, был нацелен на покорение безымянной вершины (будущий пик Ставлина). В него входили Е. Абалаков, А. Гетье, Д. Гущин, В. Маслов (врач), И. Николаев, Г. Шиянов, А. Цак. Второй отряд, возглавляемый Н. Крыленко, должен был исследовать северные склоны хребта Петра Первого. В числе его участников были Л. Бархаш, В. Воробьев, С. Ганецкий, В. Недокладов, А. Поляков, В. Рубинский, С. Ходакевич, Д. Церетели.

Отряд Н. В. Крыленко на леднике Москвина, 1933 г. Слева направо: сидят П. Жерденко, В. Воробьев, С.Ганецкий, А. Солдатов, Н. В. Крыленко, Л. Бархаш стоят В. Недокладов, А. В. Москвин, П. Траубе, Д.Церетелли, С. Ходакевич, А.Поляков. (Фото Л.Бархаша)

1934 год. До выезда в большие горы, С.Ходакевич работает инструктором-преподавателем на Всесоюзных курсах по переподготовке инструкторов альпинизма.

1934-1935 гг. Введение значков «Альпинист СССР» 1 и 2 ступени и альпинистских званий: «мастер» и «заслуженный мастер альпинизма», явилось знаменательным событием в нашем альпинизме, оказавшим большое влияние на весь ход его дальнейшего развития. Оно заложило первый камень в фундамент зарождающейся системы советского альпинизма. Это явление подтверждало, что у нас уже сложились условия для создания такой системы, и намечало ступени, по которым альпинизм будет развиваться в будущем.

Первые значки получили наиболее активные альпинисты (41 человек): Г. Агладзе, П. Буков, А. Глаз, А. Глансберг, В. Греков, Л. Гутман, С. Ходакевич, В. Елшанский, В. Недокладов, Т. Рождественский, П. Рототаев, Б. Симагин и другие.

1935 год. С.Ходакевич был одним из организаторов и руководителей 1-й Альпиниады ВЦСПС на Эльбрусе. (200 начинающих альпинистов и 12 спортивных групп). На вершину Эльбруса поднялись практически все 200 начинающих альпинистов. В составе одной из спортивных групп альпиниады С.Ходакевич совершил восхождения на три вершины Безенгийской стены: Катын, Гестолу, Ляльвер, начав восхождение с ледника Безенги, а по окончании альпиниады переехал в Осетию и поднялся на Казбек.

1937 год. На Алтае проводилась школа инструкторов ВЦСПС. Инструктора школы И.Черепов, С.Ходакевич и В.Мухин со всем составом школы (33 человека) совершают восхождения на вершину Металлург (4100) и пик Иикту (4200). По окончании работы на Алтае, он участвует в экспедиции на Тянь-Шане (хребет Куйлю), где с А. Летаветом и Г.Белоглазовым совершает первовосхождение на пик Карпинского (5050). Во время восхождения на пик Карпинского, А. А. Летавет обратил внимание на ранее неизвестную вершину. Она виднелась далеко на востоке, несколько южнее пика Хан-Тенгри и, казалось, не уступала ему в высоте. В следующем, 1938 году была организована экспедиция для восхождения на эту вершину, названную пиком ХХ-летия ВЛКСМ. В 1943 году при точной топографической съемке было установлено, что она наиболее высокая в Тянь-Шане и вторая по высоте в стране. Тогда же она была переименована в пик Победы (7439).

1938 год. На поляну Миссес-кош (будущий а/л «Безенги») одновременно прибыли две конкурирующие команды, заявившие своей целью рекордный траверс Безенгийской стены. С южной стороны к траверсу готовилась третья команда – грузинские альпинисты под руководством Александра Гвалия. Но из-за неблагоприятных погодных условий грузинам пришлось отступить. Они сумели пройти лишь две вершины: Гестолу и Катын-тау. Московскую команду (П. Глебов, В. Крючков, А. Лапин) возглавлял Сергей Ходакевич. В команду Евгения Белецкого входили ленинградец А. Бердичевский, москвич Д. Гущин и И. Леонов (из Нальчика), исполнявший обязанности начальника спасательного пункта района.

Безенгийская стена


Шхара

Джанги-тау


Мижирги

Дых-тау

Цель обоих команд – установить рекорд прохождения траверса. А чтобы установить рекорд, надо выйти на маршрут первыми – это отлично понимали все участники команд. Ведь второе прохождение Безенгийской стены – уже не рекорд, а лишь повторение рекорда. Обе команды намеревались начать траверс с перевала Дыхниауш. Так сложились обстоятельства, что группа Белецкого вышла на траверс первой. Контрольный срок своего возвращения Белецкий оставил на 4 августа, решив, что десяти дней вполне хватит для совершения полного траверса стены. Как выяснилось в дальнейшем, срок этот был слишком мал. Альпинисты не учли возможного ухудшения погоды и состояния снежного покрова К сожаление в те времена даже группы выходившие на сложные восхождения не обеспечивались радиосвязью – просто не было радиостанций.

Из-за недостатка времени группа Белецкого не сделала заброску на перемычки между вершинами Безенгийской стены (как обычно поступают альпинисты перед выходом на продолжительный траверс или высотное восхождение), и поэтому им пришлось идти с очень тяжелыми рюкзаками.

Ночью на гребне Шхары поднялся сильный ветер, пошел снег. А вскоре разыгралась настоящая буря. У «памирцев» – Белецкого и Гущина (они готовились к Памирской экспедиции) были пуховые спальные мешки. Леонов и Бердичевский замерзали в своих ватных спальниках.

Попытки движения по гребню не приносили успеха. Лишь на пятый день группа достигла Главной вершины Шхары. 1 августа пурга вынудила даже устроить дневку. Вскоре прошло два дня, как был просрочен контрольный срок. Восходители знали, что внизу начинаются спасательные работы. Но что делать? Спускаться с маршрута? А как же рекорд? Единственным выходом из их положения оставался путь по гребню к вершине Катын-тау. На 12-й день вершину Катын-тау осветило солнце. И почти сразу же восходители увидели приближающийся самолет. Они поняли, что это разыскивают их.

А тем временем внизу полным ходом шли спасательные работы, участие в которых приняло большое число людей. Как выяснилось впоследствии, военный летчик Липкин опознал группу, сообщил о ее местонахождении и о том, что группа Белецкого уверенно траверсировала Джанги-тау. Но в дальнейших радиопередачах сообщение пилота было сильно искажено. До спасателей дошла радиограмма о том, что летчик Липкин видел траверсантов на северном склоне Джанги-тау (а не на южном, как было на самом деле). Это сообщение вызвало на поляне Миссес-кош полное недоумение.

А наверху было принято решение – даже в таких условиях продолжить и закончить рекордный траверс. Группа двинулась дальше.

На 18-й (!) день траверса, преодолев последнюю вершину, альпинисты спустились на ледник Нижний Цаннер и побрели к Миссес-кошу. Они уже шли, как заведенные автоматы, засыпая на ходу, спотыкаясь о камни и снова возвращаясь к действительности. Их согревала мысль, что траверс Безенгийской стены закончен! Они сделали это первыми в мире! Одолели. Смогли. Выдержали.

...За нарушения, допущенные при траверсе, Белецкий был дисквалифицирован и лишен звания мастера спорта. За грубые нарушения правил горовосхождений участникам группы этот траверс не был засчитан в качестве спортивного достижения. С. Ходакевич, дождавшись улучшения погоды, совершил вслед за Белецким повторное прохождение Безенгийской стены (Гестола – Шхара0). Для заброски продуктов и в качестве тренировки перед основным маршрутом, группа С. Ходакевича совершила подъем на Катын-тау по стене и на Джанги - тау по Сев. ребру.

1939 – в Москве было проведено расширенное совещание руководящего состава альпинистских секций, общественных организаций, начальников альплагерей и учебных частей, направленное на дальнейшее улучшение работы по развитию альпинизма. (За давностью времени не удалось восстановить фамилии и должности всех, кто показан на прилагаемой фотографии).

- сидят:
1-й слева – Ходакевич Сергей Ильич, ЗМС
3-й слева – Кудинов Владимир Федосеевич, зав.отделом физкультуры и спорта ВЦСПС
4-я слева – Казакова Елена Алексеевна, ЗМС
6-й слева – Пелевин Василий Сергеевич, ЗМС
- стоят:
2-й слева - Дурнов Александр Тимофеевич, МС
3-й слева - Балабанов Александр Федорович, МС, ЗТР СССР
7-й слева - Золотарев Алексей Павлович, МС
10-й слева – (возможно) Аркин Яков Григорьевич, ЗМС
1940 год. Работая начальником учебной части альплагеря «Крылья Советов» (Баксанское ущелье) С.И.Ходакевич руководит спортивной группой на траверсе Донгуз-Орун - Накра.

1947 год. В составе участников Памирской экспедиции А. А. Летавета (район ледника Сагран) в альпинистской группе из 14 человек под руководством Е.Абалакова, С.Ходакевич совершает первовосхождение на пик Кинохроники (4980).

В 1948 году одной из экспедиций Министерства геологии в районе хребта Кодар (Читинская область) в горной труднодоступной местности на высоте около 3000 м было обнаружено новое месторождение урановой руды.

Район предстоящих работ отличался тяжелыми климатическими условиями (зимой температура воздуха не редко была ниже 50º С), высокогорье, сложный скальный рельеф (стены крутизной до 75º). Все это поставило вопрос о привлечении к работе квалифицированных альпинистов.

Подходы к лагерю «Мраморный». Видна линия электропередачи, а вдали – строения лагеря.

Характерный пейзаж лагеря: бараки, бараки, бараки…

Учитывая сверхсекретность задания, отбор альпинистов в экспедицию осуществлял НКВД. Конкретный подбор кандидатов был поручен инструктору альпинизма, мастеру спорта Л.Я. Пахарьковой (тогда ответственному работнику ЦК ВЛКСМ). К декабрю 1949 года группа была сформирована в следующем составе: змс, ст. инструктор С. Ходакевич, мс, инструктор В. Пелевин, мс, ст. инструктор Я. Аркин, мс, инструктор А. Багров, инструктора альплагеря «Родина» (Сев. Осетия), И. Калашников (муж Л.Пахарьковой), В. Зеленов, альпинист-разрядник И. Лапшенков, и сама Л.Пахарькова, а также картографы – Е. Сидорова и М. Андронова (жена С.Ходакевича).

Каждый из участников группы дал подписку–обязательство о неразглашении никаких сведений о своем участии в экспедиции в течение предстоящих 30-ти лет. На 8-й день после подписания соответствующего Указа о создании данного предприятия, уже начались работы по переброске оборудования, необходимых материалов к месту будущего рудника. В кратчайшие сроки вошла в строй накатная (из бревен в 2-3 ряда) автомобильная дорога длиной в 30 км, 4 перевалочные базы, склады ГСМ, построены поверхностные сооружения рудника, механические подъемники для транспортировки людей и материалов к горным выработкам, мастерские. К февралю месяцу при Ермаковском рудоуправлении был организован исправительно-трудовой лагерь «Мраморный» на 1700 заключенных.

На следующее утро по приезду в «Мраморный», альпинистов повели к месту предстоящих работ. В основании мощной отвесной стены была прорублена горизонтальная штольня, из которой время от времени доносились глухие раскаты взрывов. Метрах в трехстах над штольней на стене виднелось огромное серо-зеленое пятно. Оно то и интересовало представителей НКВД. Предполагалось, что это и есть выход радиоактивных пород. Задачу перед альпинистами поставили по-военному четко и лаконично: обеспечить подъем к пятну геолога и геофизика с научными приборами.

Сделать это было не просто: во-первых, скала сама по себе была очень сложной во-вторых – в дело вмешивался свирепый мороз.

Я.Г. Аркин в своей книге «Люди в горах» так описывает работу группы: «Много лет тому назад группа альпинистов помогала геологам в промышленной разведке перспективного месторождения в диких ущельях хребта Удокан. Одно из ответвлений ущелья (старатели называют их «ключами») замыкалось снежно-скальным цирком периметром около 700 м, образованным скальными стенами высотой около 250 м. Возникла необходимость сплошного геофизического каротажа этих стен сеткой 2х2 м, то есть надо было произвести измерения примерно 25000 Альпинистам пришлось навешивать многометровые веревочные лестницы и ярусные страховочные перила на специально изготовленных усиленных скальных крючьях, разрабатывать приспособления для перемещения геофизических приборов и датчиков, обучать геофизиков, геологов и операторов технике достаточно быстрого передвижения и организации безопасности на этих «дорожках» и лесенках, снимать контрольные промеры отбивать образцы в самых неудобных местах. Вся работа была закончена за 2 месяца в условиях короткого зимнего дня.

Любовь Яковлевна, единственная женщина в группе, участвовала в обработке геофизиками отвесного сложнейшего скального участка стены, работая на равнее с мужчинами по 10-12 часов на скалах, при температуре, порой ниже -50°С.

Работа продвигалась медленно. В штольне под основанием стены, на которой работали альпинисты, гремели взрывы, и на время этих работ они были вынуждены спускаться вниз. Затем начальник лагеря махнул рукой на эту затею, видимо зачислив их в разряд смертников. Через полтора месяца тяжелейшей и весьма опасной работы (10-12 часов ежедневно и конечно без выходных) альпинисты оборудовали подход с таинственному пятну., закрепив на крючьях алюминиевый кабель (перила) и с его помощью подняли специалистов-геофизиков. Что они там выяснили, альпинистам конечно не сказали. Вопросы в «Мраморном» не приветствовались.

И все же «свободное» время для себя иной раз получалось. Так Любовь Яковлевна совершила с топографами несколько первовосхождений на неизвестные вершины, уходя в дальние «служебные» походы. Из этих походов иногда по месяцам не возвращаясь на свою базу. Работа на этом предприятии заслуженно принесла Любови Яковлевне авторитет руководства. Ей и группе товарищей по ходатайству руководства ПГУ было присвоено звание «Заслуженный мастер спорта СССР». Она была четвертой женщиной Союза, получившей это звание по альпинизму. Она умело использовала своё отличное спортивное мастерство для решения производственных задач».

После долгих измерений геофизиками, поступил приказ: произвести каротаж всей стены – разметить ее сеткой 1х1м – и каждую точку пересечения прозондировать геофизическими приборами. Всего таких точек получалось не менее 25000 точек, расположенных на скальных отвесах высотой до 300 м над основанием цирка, в суровых морозах сибирской зимы. Для обеспечения подъема рабочих и специалистов к месту работы, альпинистам пришлось навешивать многометровые веревочные лестницы и закреплять ярусные горизонтальные перила на специально изготовленных усиленных крючьях. Альпинисты сами разрабатывали приспособления для подъема вдоль стен приборов и датчиков, обучали геофизиков, геологов и операторов технике передвижения по навешенным опорам и необходимым при этом мерам безопасности. Им приходилось снимать контрольные промеры, отбивать образцы породы в самых труднодоступных и опасных для передвижения местах. Труд – каторжный, если учесть, что периметр стены составлял 600 м с высотой не менее 300 м.

Наконец, работы, возложенные на альпинистов в районе Мраморного ущелья, были завершены. Альпинисты поинтересовались у «хозяина» этих мест подполковника Мальцева – «Сколько им еще «куковать» тут, на Удокане»? «Вы, что, смеетесь? – был ответ. - К нам приезжают, а отсюда никто никуда не уезжает!» Настоятельные просьбы и объяснения ни к чему не привели. Начались уговоры. Мальцев обещал альпинистам хорошие оклады и работу каждому по гражданской специальности, но только здесь – в «Мраморном». Из женских колоний обещал привезти для них жен. Такой поворот событий никого не устраивал. В конце концов, нашли компромисс: желающих распределили по засекреченным городам Союза. Одних – направили в Арзамас–16, других – в Челябинск-40. Остались только Василий Пелевин и Яков Аркин, которые наотрез отказались ехать куда-либо, кроме Москвы. Альпинисты придумали свою форму протеста – каждое утро они выходили на пробежку мимо мальцевских окон, демонстрируя всем видом, что, мол, кроме этого им нечем заняться. Акция продолжалась месяц. Наконец подполковник не выдержал и продолжил переговоры.

Предложение было лаконично коротким: для ускорения работ по проходке в штольне необходимо прорубить встречный тоннель с другой стороны гребня. Однако для этого необходимо было «перебросить» через горный хребет мощный компрессор, моторы, высоковольтную линию электропередачи. «Как только застучит с той стороны первый отбойный молоток, черт с вами - гуляйте на все четыре стороны» - заключил подполковник (скорее всего это не было его личным решением или доброй волей, а сработали высокие связи Л.Я. Пахарьковой, которая сумела переправить в Москву одно-единственное письмо). На долю альпинистов выпала непростая работа: надо было протянуть надежную канатную дорогу, для подъема на гребень (более 500 м) и спуска в другое ущелье оборудования весом в многие сотни килограммов, установить мачты под электрические кабели, закрепить на скалах с полдюжины ручных лебедок (для подъема силового кабеля» «перебросить» через гребень все необходимое оборудование. В период этих работ непогода разыгралась не на шутку: скалы покрылись иглами инея, ветер норовил сбросить со скал, случалось, что под напором ветра ломались опоры. Основная сложность заключалась в том, что на альпинистов полностью распространялся режим рабочего времени, установленный для заключенных – никакого дополнительного отдыха, никаких дополнительных мер защиты от непогоды и морозов - всё, как у всех. Правда, была одна разница – альпинисты были чуточку теплее одеты. В конце концов, все было готово окончательно. Началась проходка встречной штольни, а В.Пелевин и Я.Аркин вернулись в Москву.

1950 год. С.И.Ходакевич и А.В.Багров были направлены в город Саров для работы на будущем заводе «Авангард», где в течение 10 лет Ходакевич возглавлял конструкторский ОГТ. После устройства на работу, С.И.Ходакевич и А. В. Багров в полной мере проявили свои активные качества альпинистских руководителей и, организовав городскую секцию альпинизма, начали создавать дружный коллектив спортсменов-альпинистов, проводить выезды в горы для совершения учебно-спортивных восхождений. Так в 1954 году С.И.Ходакевич был начальником спортивного альпинистского сбора «Динамо» (г.Саров) на базе альплагеря «Джайлык» на Кавказе.

1951 год. После завершения «рассылки» по разным городам страны, участникам проекта Л.Я. Пахарьковой, В.С. Пелевину, Я.Г. Аркину и А.В. Багрову было присвоено звание «Заслуженный мастер спорта». Следует отметить, что при номинальном руководителе группы Л.Я.Пахарьковой, фактическим руководителем являлся Сергей Ильич Ходакевич, поскольку он был самым старшим и опытным альпинистом, единственным имевшим уже звание «Заслуженный мастер спорта СССР» и отличался умением «сглаживать» углы в отношениях с местным начальством. Каким образом за свою работу были отмечены альпинисты И.Д. Лапшенков, Н.И. Калашников и В.Зеленов – неизвестно

В июле 2013 года исполнилось 60 лет с момента проведения первой городской Альпиниады, возглавляемой Заслуженными мастерами спорта СССР по альпинизму С.И. Ходакевичем, Л.Я. Пахарьковой и А.В. Багровым. Ежегодно в конце июня Департамент по делам молодежи и спорта проводит туристический фестиваль имени Л.Я.Пахарьковой, а осенью любители бега участвуют в традиционном кроссе, проводимом городской Федерацией альпинизма в честь ее памяти. В городском музее есть экспозиция посвященная Л.Я. Пахарьковой.

С.И.Ходакевич много и активно писал и печатался в журналах и газетах. На основе богатого альпинистского опыта в 1939 году выпустил книгу, написанную в соавторстве с ведущими альпинистами страны:

Л. Гутман, С. Ходакевич, И. Антонович «Техника альпинизма» - Учебное пособие для начинающих альпинистов. Одобрено секцией альпинизма Всесоюзного комитета по делам физкультуры, и спорта при СНК Союза ССР. Государственное издательство «Физкультура и спорт». Москва, 1939.

П.П.Захаров (с использованием материалов из книги Я.Аркина, воспоминаний Л.Пахарьковой, книги Л.Замятнина, архива Альпклуба СПб, публикаций В.А. и А.А.Демидовых, Интернет сведений, фото: Л.Бархаша, Н.Горбунова, М.Голубева, Clubs.ua.ru, Photoclub.bu, «Взгляд из Одессы», Интернет, Кодар-2009,)


Отзывы (оставить отзыв)
Рейтинг статьи: 4.80
Сортировать по: дате рейтингу

Благодарность

Спасибо за Вашу кропотливую работу, Пал Палыч. Читать чрезвычайно интересно. Отдельные факты знаю, но, связанные воедино, они производят неизгладимое впечатление!
 
Из-за чего сыр-бор?

Претендентам на авторство фотографий! Вам бы поблагодарить П.П. Захарова за его труд по восстановлению истории альпинизма, которым только он и занимается! Пал Палыч вытаскивает из забвения десятки имен, которым мы обязаны возрождением альпинизма в нашей (в те годы) стране. Когда мы, альпинисты настоящие и бывшие, читаем его материалы, понимая, сколько труда Захарова за ними стоит, нам интересно узнавание этих имен, а не авторство фотографий. Вам бы гордиться нужно, что вам удалось остановить мгновение, которое возродилось в его тексте. С искренним уважением к Пал Палычу и ожиданием его следующих статей Ирина Батманова
 
Владимиру Копылову

Случайно удалил ответ Пал Палыча.
Отвечу за него.
Дело в том, что в источниках, откуда Пал Палыч взял фото, не было указано ваше авторство, вообще ни слова о вас. По этому напишите, какие конкретно фотографии ваши и мы их или подпишем или снимем со статьи.

Уже от редакции.
Прошу обратить ваше внимание на то, что Павел Павлович занимается очень важным делом - восстановлением истории альпинизма, как советского, так и дореволюционного, что важно и интересно. Часто фотографии берутся из сети и не имеют прямого авторства ПП указывает те источники, которые он использовал при написании статьи, если сайты уже успели стащить ваши фотографии и не подписать их, Пал Палыч в этом никак не виноват.

И ещё раз. Просьба писать в редакцию или Пал Палычу лично, а не заниматься минусованием отличных материалов. Надеемся на понимание. Редакция Mountain.RU

Ваш отзыв снял, чтобы не разжигать войну.

 
ПалПалыч виноват, но он не виноват...Или наоборот

Мне нравится этот исторический проект П.П.Захарова, и я не первый раз об этом говорю, хотя и критикую автора в связи с отдельными недоработками его некоторых публикаций. Проект интересный, нужный и – что несомненно – АВТОРСКИЙ. Это круто. Но когда в авторском проекте те или иные нелегальные «аккумуляции» – это несоответствие уровню, несоответствие масштабу, это некруто. Можно говорить понятливые слова о том, что при той высокой интенсивности и неутомимости, которую показывает автор, у него просто нет возможности (времени) заготавливать «чистый» иллюстративный ряд для каждой публикации. Но что с того? Одно дело, когда ветер дует – Вася пишет, другое – когда создается работа более долгого и емкого звучания, работа национального масштаба в тематике отечественного горовосхождения и альпинизма.

ПалПалычу и Редакции: Основной нелегальный фотокумулятив – в связи со снимками гор Кавказа. Ну почему бы тогда в качестве отправной точки не пользоваться интернет-каталогом Михаила Голубева, где по каждому, даже второстепенному, топографическому образованию именно Кавказа приводятся фотоиллюстрации, причем в подавляющем большинстве случаев с указанием их авторства? Там тебе и Мижирги, и Шхара, и Дыхтау, и Стена Безенги (их фотки в данной заметке), да еще в 33 вариантах и ракурсах каждая! Выбирай! Ну а если уж где-то нашел что-то более желаемое, более фотогеничное, то уж, пожалуйста, представь его по ранжиру. В этом автору могут (и не откажутся) помочь и Редакция, и отдельные читатели.

Евгению Буянову (и Редакции): Вы считаете, что вопрос о целесообразности приводить ссылки спорный. Но он бесспорный. В авторской работе (тем более масштабной) должно и чувствоваться, и видеться полное уважение к другим авторам, произведения которых использованы. Иначе это, да, всё равно работа, но подсдутая в ее авторском статусе. Ваши позитивные рекомендации для В. Копылова вызывают обратный, негативный эффект. И уж тем более сование его носом в ваше понимание того, что его «в определённой мере должен удовлетворять сам факт использования» его фото. Да плевать он хотел на ваше понимание. И на понимание ПалПалыча. И на моё тоже. Он уже 100500 раз излагал свое собственное понимание. Он из года в год делает свою работу, авторскую работу, фотография – дело его жизни. И он понимает и требует, чтобы на использование его работ испрашивалось его разрешение и чтобы при копипасте указывалось его авторство. Что тут не понятно ВАМ? Вам не нравится? Но это его право. И его право негативно реагировать на нарушения его авторских требований.

 
Копылову:

Владимир, я полагаю, что если Вы где-то в Интернете разместили фото без ссылки на авторство и время съёмки, - тогда взявший это фото может не указывать ни авторство, ни время (хотя в статье, я полагаю, надо указать, чьи материалы были использованы). Вопрос, стоит ли приводить ссылку на ресурс, откуда фото взято - спорный. Поскольку по ссылке всё равно неясно, чьё авторство. Здесь могут быть разные мнения. Поэтому я рекомендую Вам всегда указывать авторство и время съёмки, - тогда вопросов не будет. Я тоже использую фото из Интернета и стараюсь их подписывать, если авторство точно известно. Но если оно неизвестно - то что подписывать-то?.. И Вас в определённой мере должен удовлетворять сам факт использования Ваших фото, - это тоже свидетельство их качества и содержательности. Мои фото и картинки тоже используют и далеко не всегда - со ссылками. У меня в таких случаях претензии возникают, если их используют неверно: с неверными подписями (комментариями) или неправильными выводами. На этот счёт стоит "ломать копья". Ну, а по "авторству", - "забейте" его по дате в своём фотоальбоме. И тогда это авторство всегда можно будет подтвердить. Захарову: Пал Палыч, - в конце статей, я полагаю, надо указывать, чьи материалы в статье использованы. В том числе и чьи фото или картинки взяты. Тогда, я полагаю, таких претензий (вполне обоснованных), как у Копылова не будет. По крайней мере, вся их "резкость" будет смягчена такой ссылкой. Просто из чувства благодарности к авторам мы должны это делать, - поскольку они наши "соавторы" в какой-то части представленного материала. Мне данная статья очень интересна и личностью Ходакевича, и этими "разработками урана". Ясно, что и НКВД имела к ним прямое отношение. Интересно, не занимался ли какими-то работами в этой части и офицер НКВД известный альпинист Евгений Абалаков?.. Вы ни о чем таком не слышали, Пал Палыч?..
 

Поделиться ссылкой

Дорогие читатели, редакция Mountain.RU предупреждает Вас, что занятия альпинизмом, скалолазанием, горным туризмом и другими видами экстремальной деятельности, являются потенциально опасными для Вашего здоровья и Вашей жизни - они требуют определённого уровня психологической, технической и физической подготовки. Мы не рекомендуем заниматься каким-либо видом экстремального спорта без опытного и квалифицированного инструктора!
© 1999-2017 Mountain.RU
Пишите нам: info@mountain.ru
о нас
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100