Много трещин, снег. Проходим снежные мосты с организацией перил...
Слова чьи-то возле камеры, диалог: «Не прыгнет. Нет, не прыгнет, он уже разобран». Хорошо, хоть тихо было
Но гораздо интересней конечно ехать там, где велосипеда отродясь не видели. А именно такие дороги мы и выбирали
Здесь, на северной стороне горы, возникло ощущение раскинутого взрывом музея альпинистской истории Эльбруса. Куча сдутых ветром варежек всех поколений, кепки, чехлы, осколки фотоаппаратов, древние рюкзаки, лыжные палки, термоса. Мусор всех мастей. Что-то было и от погибших поляков
Качественная обувь – одна из главных составляющих успешного похода. От правильно подобранных ботинок зависит многое, если не всё.
Обычно в рюкзаке у меня все лежит впремешку, поэтому на какие-то группы вещи разделять не буду, а просто пойду по картинке. Тем более, что вещей не так уж и много
Люди же были помешаны на горах, это было более популярно, чем сейчас фитнес-центры. Такое чувство, что свобода билась в людях, как птица в клетке, и находила себе выход там, где нет того, кто эту свободу ограничит
Здесь и пришло осознание, что иду один, только вместо тяжести появилась приятная легкость. Правда, это чувство довольно быстро закончилось, когда перед канаткой я занял свою очередь в большой толпе
Лет 25 назад, сыну было два с небольшим. Пошли с ним на Столбы. Он залез на камешек и спрашивает: "Папа, я кто? Скалолаз?" "Скалолаз, - говорю, - скалолаз"
После бестолкового спортивного сезона (Невосхождение, попытка восхождения на Труд, недопопытка первопрохода на Джигит) я ждал возвращения в Альплагерь как в тихую гавань
В это самое время, когда вы читаете, а я пишу эти строки, передовые партизанские отряды армии UTMB уже бороздят альпийские тропы
Родина рогейна – Австралия. Зародился этот спорт в 70-тых годах прошлого века. В чемпионатах мира сегодня участвуют 35 стран. 18 из них уже были организаторами чемпионатов