Mountain.RU

главнаяновостигоры мираполезноелюди и горыфотокарта/поиск

englishфорум

Чтобы быть в курсе последних событий в мире альпинизма и горного туризма, читайте Новостную ленту на Mountain.RU
Люди и горы > Очерки, дневники - 2001 год >
Пишите в ФОРУМ на Mountain.RU

Автор: Анатолий Джулий, г. Москва

Траверсы

Траверс, особенно если он соединяет разные долины, может очень гармонично вписаться в горный маршрут. На основе своего небогатого опыта хочу рассказать о траверсах различных массивов, пройденных под моим руководством, сделать некий обзор пройденного другими руководителями и попробовать дать анализ всех этих мероприятий на фоне горных походов.


Читайте на Mountain.RU статьи А.Джулия:

Снаряжение. Обзор, замечания, пожелания
Кашкар – 6435 м. Первый «русский» шеститысячник в Китайском Тянь-Шане
Восхождение на пик Кашкар, 6435 м
Горный туризм
Вторая экспедиция в "затерянный мир"
Лавина
Фанские горы - глазами руководителя
Чемпионат России по технике горного туризма (многоборье) – глазами очевидца
Москва. Подготовка кадров
Стратегия и тактика горных походов
История одного ЧП
Валера Хрищатый
Ледопад
Пик Гармо, 6595 м. Траверс
Фанские горы. Горный поход 6 к.с.
Траверсы
Первопрохождения
Тянь-Шань - 1993

В туризме траверсы и вершины официально ходят с 1989 года, до этого в походах подниматься на вершины было запрещено. У меня к тому времени эта проблема созрела настолько, что если бы это разрешение не прошло, я, возможно, попытался бы уйти в альпинизм. Хотя идея «лагерного» существования мне совершенно не нравится. К этому времени туристский опыт многих групп в Союзе позволял, по сути, делать все, что угодно (в смысле сложности). На Эльбрус и Казбек уже выпускали полуофициально (выход на склоны Эльбруса до высоты 5500 и т. п.). Не мало групп ходили на вершины втихую, в т. ч. и на Ленина, Коммунизма. Уже первый официальный «вершинный» сезон дал ощутимый результат - пройдены траверсы на Памире (траверс п. Корженевской - подъем маршрутом Угарова 5А, спуск по Цетлину 5А, траверс п. Коммунизма - подъем по ребру Бородкина 5А, спуск маршрутом Тамма на лед. Бивачный 5А, В. Юдин, Новосибирск), на Тянь-Шане (траверс п. Шатер В. 5А - п/п, В. Будников, Томск), в этом же году московская команда (С. Фомичев, Н. Степанов, С. Стрыгин) в рамках похода поднимается  на п. Хан-Тенгри по классике 5А, и п. Победы через Важу 5Б. На Хан-Тенгри поднимаются в рамках похода еще несколько команд. В 1990 году - продолжение, траверс п. Гармо 5Б, п. Коммунизма 5А В. Будниковым из Томска, п. Хан-Тенгри по классике, п. Победы по ребру Абалакова 5Б В. Юдин из Новосибирска, 1991 год - траверс п. Ленина 5А (в, Юдин, Новосибирск). Наверно это наиболее сложные мероприятия, выполненные в рамках походов 6-й к. с. Сейчас осваиваются и более простые маршруты траверсов, подходящие для соответствующих походов (от 1Б). За прошедшие годы из серьезных мероприятий были пройдены туристами траверс Безенгийской стены (С. Кабанов, Ростов, О. Фомичев, Москва), несколько траверсов под моим руководством.

Первый траверс мы прошли на Кавказе в 1989 году, в походе 5 к. с. Планировалось частичное первопрохождение массива Дикло на восточном Кавказе. Траверс массива альпинистами к тому времени проходился дважды (К. Ахмедханов, Москва). Информацию о серьезных участках Камиль Энверович дал мне исчерпывающую. Оба эти раза он ходил с востока на юг, поднимаясь со стороны Дагестана по относительно простому рельефу. Мы шли в обратном направлении, поднимаясь с севера через перевал Дикло З. по его определяющей стороне ( 400-метровая скальная стена с висячим ледником на верху). Перевал Дикло З. впервые был пройден в 1984 году в пятерке под руководством Е. Титковой, я ходил участником. Идея пройти этот перевал в обратную сторону появилась уже тогда, оставалось только дорасти до руководства пятеркой. Так что мы делали первопрохождение стены и затем траверс, который начинали немного другим маршрутом по сравнению с альпинистами. Информации, собранной для прохождения, было достаточно.

Ранний подъем, выход еще в темноте и подход под стену. Идем гораздо левее пути спуска 1984 года, чтобы не попасть под возможный обвал льда. Проходим нижний пояс скал, после которого выходим на пологую часть стены, дальше опять крутизна возрастает - более шестидесяти градусов - но лазание везде простое. Где-то в это время прошел обвал льда справа от нас. Грохот, стена под нами вздрагивает, полное ощущение локального землетрясения. Пока поднимались, обвалы повторялись еще несколько раз. Шестьсот метров веревок и мы выходим на висячий ледник. У края он здорово изорван. В связках идем к перевалу. Периодически со стороны вершины мимо нас пролетают «чемоданы» или сланцевые плиты, которые с легкой руки одного из наших участников обозвали «циркулярками» - они встают на ребро и раскручиваются, пролетая мимо с характерным звуком, меняющимся в зависимости от размера «циркулярки».  К вечеру вышли на седловину и поднялись немного вверх вдоль гребня с южной стороны, где и заночевали на удобной осыпной полке. Утром снова ранний выход и проходим траверсом вдоль гребня через несколько контрфорсов, выбирая наш путь выхода на гребень между западной и южной вершинами массива. С очередного контрфорса открывается вид на ледовый склон длиной метров 300, ведущий на перемычку южного гребня. Здесь мы и пойдем. Крутизна градусов 40-45. На склоне - выходы скал высотой по грудь - места, удобные для укрытия от камней. Это актуально - буквально за несколько минут до нашего выхода на склон с верху сыпануло. Огромное количество «циркулярок» веером разошлось по склону, перекрывая его практически полностью. Перебираемся к первой «амбразуре» и начинаем навешивать веревки. До перемычки - 280 метров.  На перемычке устраиваем обед.


Массив Диклосмта с гребня

Место довольно не уютное, но здесь нас накрывает гроза. Делаем укрытие, а часть народа начинает готовить площадку для бивака - рубим лед. Хорошо, что здесь идет град, а не дождь - иначе мы порядком вымокли бы. К вечеру гроза утихает, а мы ставим тент от одной палатки и размещаемся под ним ввосьмером поперек. Тесно, но больше здесь места нет. До утра маемся. Наконец встает дежурный и раздается дружный вздох - удалось вздохнуть полной грудью. Погода великолепная, наверно в подарок к первому траверсу. Выходим по острому гребню и вскоре поднимаемся к началу «Диклосской пилы» - самому необычному скальному рельефу в моей практике.  Пила - это острые зубья на гребне (пила - она и есть пила). Гребень в одну сторону обрывается практически отвесной стеной, в другую - градусов шестьдесят. Зубья пилы 2 -2.5 метра высотой, с одной стороны 50-60 градусов, с другой - отрицаловка. Повисаешь на руках и спрыгиваешь на страховке на продолжение гребня. Иногда приходится, свесившись, забивать крюк, чтобы повиснув на нем опустится на гребень. Пила короткая, всего одна веревка, но впечатлений масса. После пилы очень скоро выходим на западную вершину. Меняем записку и идем дальше. Узкий скальный гребень, страховка сидя верхом через поясницу, основная проблема - обойти такую сидячую точку. Выходим на Главную, затем впечатляющий гребень с карнизами до восточной. И со всех сторон видимость миллион на миллион. Мы на макушке восточной вершины - на остром снежном гребне. Тур - чуть ниже с южной стороны гребня на сыпухе. А дальше спуск по маршруту 1Б на седловину перевала Дикло В. (в основном связки) и вниз через четыре ступени ледопада к языку ледника. Наш первый траверс закончен. Это, конечно, 3Б. От избытка эмоций мои участники говорят, чтобы все наши последующие походы включали траверс.


Пик Высокая стена со стороны лед. Танымас-3-й

1990 год. Памир. Вторая пятерка. Еще в 1985 году в походе 5 к. с., в котором я ходил участником, мы проходили мимо п. Высокая Стена и за одно посмотрели седловину между п. Титова и п. Высокая Стена.  Эта седловина и вошла составляющей частью в нитку маршрута. С севера к седловине ведет очень крутой (до 70 градусов) 500 метровый (по высоте) ледовый склон, по оценкам альпинистов - пятерочное лазание. И карнизы. Смотрится плохо и слишком опасно. С юга - длинный, на вид снежный склон. Все, чем мы располагали для прохождения - это фотографии обеих сторон перевала и вершины. Наша идея - пройти с ледника Витковского (с юга) на ледник Танымас-2 траверсом п. Высокая Стена. Материалов, собранных для прохождения, было вполне достаточно. И вот мы под южным взлетом перевала. Пропорции перевального цирка ввели нас в заблуждение - казалось, что взлет 300-400 метров. На деле - 1 км, и вместо снега - голый лед. А из далека выглядит, как достаточно пологий снежный склон. В результате - промежуточные ледобуры, и в связках поднимаемся под седловину, где навешиваем несколько веревок перил на более крутом льду. На седловине обедаем, ждем нашу отставшую связку - один из участников чувствует себя не уверенно на льду, и они пошли с попеременной страховкой.  Мы готовим бивак на седловине, а связка подтягивается только к темноте.

Утром - великолепная Памирская погода. Начинаем подъем по скальному гребню вершины. Участки пологих скал перемежаются стеночками по 2-3 метра. Везде перила. К вечеру прошли метров четыреста. Наткнулись на небольшую осыпную седловинку на гребне и решили на ней заночевать. Срыли часть седловинки, подготовив подходящую площадку для ночевки под тентом. За одно провесили несколько веревок дальше вверх. Утром продолжаем работать на заснеженных скалах. Еще 300 метров, и мы выходим на огромные предвершинные поля. Высота где-то 6100-6200, до вершины не далеко. Сказывается первый высотный траверс - все устали. В огромной мульде ставим лагерь.

У меня еще не было опыта высотных траверсов, поэтому планирование шло по километражу. Траверс всего три километра, значит один день. Действительность оказалась другой. В результате - лишние два дня. И - приобретенный опыт.

Утром по полям поднимаемся на вершину. Сняли записку украинцев из «Буревестника» от 1985 г., которые тогда шли по стене с ледника Танымас-3. Из сложностей - скальный жандарм, который проходился слева по глубокому снегу, одна веревка. А дальше широкий снежный гребень, постепенно сужающийся в нож. А потом начинаем спуск на ледник Танымас-2 по длиннющему снежному склону. Ближе к вечеру спускаемся на верхнее плато ледника. Траверс закончен. По сложности 4А-4Б альп. Еще предстоит спустится по леднику и пройти приличный ледопад и выйти на травку, где и состоится наша долгожданная дневка.


П. Шатер З. и В. с ледника С. Иныльчек. Маршрут спуска

1991 год. От старой группы нас осталось трое (считая меня), остальные со мной впервые. У всех солидный опыт, у меня - первая шестерка. Задуман был траверс Шатров с Ю. Иныльчека на Северный, через перевал В. седло Хан-Тенгри. Перед этим акклиматизировались, пройдя несколько перевалов в хребте Сарыджаз (в том числе красивого первопрохождения перевала Снежная лестница 3А), и перевалив с Ю. Иныльчека через перевал З. седло Хан-Тенгри. На северном Иныльчеке никого нет, МАЛ уже несколько лет не работает. А на седловине З. седла - «толпы» народа. Спускаемся на южный - там на морене народу еще больше. Дневка, разбор заброски, и мы уходим за «угол», на ледник Разорванный. И снова попадаем в пустыню. Даже не верится, что накануне вокруг нас были люди. Проходим ледопад и подходим ближе к седлу, где ночуем. Утром идем к седловине, и упираемся в приличный бергшрунд. Можно обойти, спустившись вниз метров на сто. У нас же возникает идея пройти бергшрунд вверх. Ужасно интересно. Фи-фи, ледобуры, и я спускаюсь в берг. Перебираюсь по дохлой пробке к нависающему краю и начинаю подъем. Страховка условная. Этот склон бергшрунда - слоенный пирог - слой льда, слой фирна. В одном месте ледобур закручивается, рядом просто втыкается. Подбираюсь к верхнему краю, стараясь за собой снять большую часть промежутков. За спиной - стенка из сосулек, свисающих с верхнего края. Ледорубом срубаю сосульки и прокапываю карниз, выбираясь на верхний край бергшрунда. Подъем занял 40 минут.  А потом Антон Чхетиани шел столько же на стременах, извлекая в совершенно не удобной позе промежутки. Дальше проще. Делаем навеску, перетаскиваем рюкзаки и участников. Все мероприятие отняло три часа. Вверх по снежно-ледовому склону поднимаемся на седловину, к началу нашего траверса. Уже вечер, снова бивак.


Перевал Барьер с севера, с ледника Шокальского

Утром начинаем подъем к вершине, который занял еще два дня. Основные сложности связаны с прохождением жандармов на гребне, прошли серьезный скальный участок (с применением закладок), правда длинной в одну веревку, один раз на долго застряли на 4-х метровом карнизе - первый все время уходил в какие-то пустоты и с трудом прокопался на верх, затратив минут сорок. На вершине забрали записку В. Хрищатого (с его знаменитого траверса), и приспустившись метров на 100, поставили лагерь. Погода к этому времени как всегда испортилась, метет метель. Вершина - 6637, мы сидим примерно на 6600. На следующий день - метель, видимости никакой. У нас дневка. Ветер на улице сбивает с ног, а в нашем шатре тихо и уютно, так как его слегка замело. Утром - яркое солнце и сильный ветер. На Тянь-Шане начинается зима. Время вновь съедено, так что ограничиваемся траверсом западной вершины. До ледника С. Иныльчек нам предстоит сбросить около двух километров. Лавиноопасно. Используем рельеф - на склоне разбросаны ледовые сбросы. Заходим на сброс, дюльферяем и под его прикрытием идем к следующему. На дюльфере первым спускаем рюкзак - и для того, чтобы последний шел налегке, и в целях безопасности. На очередной нашлепке рюкзаком спустили снежную доску. Она нам прочистила дорожку для спуска. Где-то в нижней трети, выбрав безопасное место среди сераков под контрфорсом восточного Шатра, ставим лагерь. Утром опять хорошая погода, и мы продолжаем спуск, навешивая периодически веревки на крутом льду - всего веревок восемь. Прошли по среднему ледопаду, стекающему с Шатров. В конце - выход в лавиносборник, по которому связками бегом выходим на ледник. Наш траверс закончен. Дальше из интересного было пересечение Северного Иныльчека по компасу. Началась метель, видимость… В общем, партнеров по связке видно не было. Да и компас я держал перед глазами, чтобы что-то видеть. Белая мгла, в которой мимо периодически проплывают разломы ледника. Но мы так ни разу и не провалились. Траверс суммарно можно оценить примерно 5А-5Б к. тр. Этот траверс был составлен из фрагментов, пройденных альпинистами-туристами в разных мероприятиях, хотя вариант спуска на север практически полностью оригинален.

1992 год. Задуман был траверс п. Гармо и п. Коммунизма. Правда в силу обстоятельств ограничились только первым. Опять идея связки разных ледников - с ледника РГО через Дарвазские ледопады, которые при желании можно рассматривать, как самостоятельное препятствие, мы планировали подняться на перемычку Дарвазский Кругозор и пройти ее траверсом п. Гармо, спустившись на перевал Крыленко-Блещунова, с которого можно уходить дальше на ледник Вавилова или ледник Бивачный.  Про Гармо у меня есть отдельный рассказ. Так что здесь ограничусь несколькими штрихами. Дарвазские ледопады. Три дня. Наиболее сложная - вторая ступень, проходили примерно по центру. Ледопад интересный - чуть сложнее - и он уже просто не проходим. Дальше с Дарвазского кругозора комбинированный гребень. Работа в основном на льду, чрезвычайно жестком, прохождение карнизов. Скальных участков мало и они не сложные. Затяжная непогода (практически шесть дней). На вершине сняли записку В. Будникова из Томска. Спуск, дюльфера по скалам. Травма участника - камнем, пробоина в голове, перелом ключицы. Обморожение всех участников. Сам траверс из под седловины Дарвазского кругозора шли 10 или 11 дней. Сложность по альп. методике - 5Б. Информации по траверсу у нас не было никакой - не удалось найти ни альпинистских описаний, и В. Будников так и не предоставил мне материалы своего варианта траверса 1990 года.

1993 год. Прохождение перевала Барьер, 3Б*. Этот перевал можно рассматривать в качестве траверса. Основным препятствием на подъеме была северная стена п. Шокальского. Технически перевал максимально насыщен. Это 35 веревок по контрфорсу в правой части стены по самому разнообразному рельефу - снег, скалы, лед. 10 веревок по скалам с участками пятерочного лазания. Прокапывание снежных карнизов. В общем, подъем на перевал занял пять дней. Биваки полу лежачие, в нише и пр. И еще день спуска. Тоже на уровне 3А, но на фоне подъема он не заметен. Перевал соединяет ледник Шокальского с ледником Каинды. По альпинистским меркам это можно оценить, как 5А. Предварительная информация по перевалу отсутствовала (только карта).


Перевал Джайлык, в. Тютю с севера

1999 год.Траверс массива Тютю. Верхняя часть траверса проходила по маршруту 3А классификатора вершин. Но так как все делалось в рамках похода, начинали мы с ледника Тютю. Подъем на перевал Джайлык (его западный вариант - Суворова) из-за повышенной камнеопасности сезона проходил по восточной части северной стены Тютю В. Стартовали в темноте. Но при прохождении бергшрунда огромному чемодану все-таки приспичило съехать. Вывалившись из кулуара он рухнул на ледовый склон и вышиб с кубометр льда, обломками которого нас и накрыло. Большая часть группы уже работала на ледовом склоне, так что досталось только двоим - мне и Наташке. Резюме - остались целы. Хотя у меня было ощущение, что каску впрессует в плечи (вместе с головой). Наташка отделалась синяками, мне слегка отбило плечо, но на дальнейшем движении это не сказалось. Дальше - работа на скалах, где нас не доставали начавшиеся с восходом солнца камнепады. И участок первопрохождения от седловины до начала классифицированного альпинистами траверса - это 9 веревок по скальному гребню с жандармами.

До выхода на классическое место ночевки альпинистского траверса 3А мы провесили 26 веревок, в основном по скалам средней сложности. Для меня это рекорд для одного дня работы. В высоких горах столько веревок за день пройти не реально. Переночевали, и с утра прошли остаток траверса. Стартовали в грозу, но к выходу на Центральную вершину все закончилось, и дальше шли с солнышком. Интересный участок перед 2-й западной - скальный козырек - самый технически сложный кусочек траверса. Раньше, похоже, здесь был ледничек, на стаял за последние годы. Переночевали ниже западной, и к вечеру пришли в Уллу-тау. По нашим оценкам получилась хорошая 3Б. Этот траверс был также составлен из раннее пройденных фрагментов. Подъем на перевал, затем первопрохождение участка восточного гребня до начала альпинистского маршрута, и далее по маршруту 3А.


В. Чапдара. Северный гребень с перевала Талбас

2000 год. Траверс в. Чапдара, 5А. Само восхождение достаточно подробно описано в рассказе про Фанский поход. В туристском понимании это, несомненно, траверс. Пройден традиционным альпинистским маршрутом (Чапдара по сев. гребню, через «Сфинкс», 5А). Основной идеей мероприятия было показать новые возможности, открывающиеся за счет уменьшения состава группы. Идти это вшестером я бы очень подумал. Погодные условия добавили нам эмоций. А потом - траверс в. Энергия. Где-то 4Б.


П. Игнатьева с гребня хр. Сарыджаз

Из острых ощущений - камнепады. Шурик, уворачиваясь, болтался на перилах. А у меня был трехметровый свободный полет, когда вылетела френда, на которой были закреплены перила. Шурик там что-то намудрил. Как я спланировал на полку - до сих пор не знаю. Приземлился на четыре точки, слегка ободрав локти и колени. По прогнозам должен был лететь метров 12. Правда, там гладкая стена, биться не об что.

2001 год. Мы прошли траверс участка хребта Сарыджаз, от перевала Мушкетова до перевала Опасный. Начинался траверс с ледника Мушкетова. По пути совершили первовосхождение на п. Игнатьева. Информации особой по траверсу было не нужно, так как район я и так знаю достаточно хорошо.  А спустились с  перевала   Опасный на ледник С. Иныльчек.Все это мероприятие заняло шесть дней с учетом непогоды и разведок, которые мы делали по маршруту движения. Планировали пройти больше (п. Семенова, п. Баянкол), но из-за дефицита времени пришлось траверс сократить.

Некоторые выводы. Любой траверс сложностью до 4А-4Б можно легко и логично вписать в соответствующий маршрут. Особенно на Кавказе или других низких горах. Более сложные участки и серьезные высотные траверсы практически неизбежно ведут либо к сокращению маршрута, либо к серьезному увеличению продолжительности. Траверс семитысячников, и близких к ним вершин уже довольно плохо вписывается в рамки похода, и требует формирования высококвалифицированной команды. В сегодняшних условиях это крайне сложно сделать. Поэтому, вероятно, походы типа шестерки Володи Юдина с траверсом п. Корженевской и Коммунизма будут повторены не скоро. Остаются и вопросы, связанные с оценкой траверсов. Вы проходите подряд несколько вершин, перепад высот между которыми может составить 500-700 метров. Что это - одно препятствие, или несколько? Нужно вырабатывать механизм, позволяющий уменьшать общее количество локальных препятствий, если маршрут включает, например, траверс Безенгийской стены.

Мой личный опыт говорит о том, что на траверсах не желательно останавливаться. Отсидка только в крайнем случае, когда нет четких ориентиров (например, гребня) и никакой видимости. И нужно максимально использовать любые окна, позволяющие идти. Современное снаряжение позволяет многие вещи проходить быстрее и не оглядываться на погоду. Вероятно, за вершинно-перевальным туризмом - будущее.

При выпуске групп на траверсы можно руководствоваться следующим - первые траверсы в опыте - не сложнее 3Б, желательно не очень длинные (из пройденных под моим руководством - типа Дикло или Тютю, или траверс по хр. Сарыджаз). Предпочтительно, чтобы при заявке больших траверсов руководитель уже имел опыт многодневных восхождений или траверсов.


Дорогие читатели, редакция Mountain.RU предупреждает Вас, что занятия альпинизмом, скалолазанием, горным туризмом и другими видами экстремальной деятельности, являются потенциально опасными для Вашего здоровья и Вашей жизни - они требуют определённого уровня психологической, технической и физической подготовки. Мы не рекомендуем заниматься каким-либо видом экстремального спорта без опытного и квалифицированного инструктора!
© 1999- Mountain.RU
Пишите нам: info@mountain.ru
о нас
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100